Чтение онлайн

Проснувшись раньше всех остальных, я тихонько выбралась из пещеры. До рассвета оставался примерно час, и я решила потратить его на изучение местности. Строго говоря, мы находились на весьма небольшом участке земли, на котором высился холм с пещерой, «раздаточная» скала и несколько десятков квадратных метров абсолютно пустой неплодородной поверхности. Разгуляться в принципе негде. Я обошла весь наш островок два раза по окружности, потратив на круг около пятнадцати минут. Каньон огибал остров, не имевший никаких способов сообщения с остальной землей, и на данный момент времени был пуст. Откуда берется вода? Она прибыла с рассветом и исчезла с закатом. Весьма интересный биоритм местной природы. Слишком сильная гравитация какого-нибудь близлежащего небесного тела? Ну должна же она хотя бы на донышке оставаться. Но её не было. Как не было и других источников воды, за исключением пресловутого ночного конденсата, который мы коллективно надышали.

Я подобралась к скале и обошла её вокруг. Скала как скала, ничего выдающегося. Детектор имел неприметный вид, и, если бы не вчерашние действия Рико, даже не подумала бы искать здесь что-либо.

Я обошла ещё раз, приглядываясь уже к деталям. Единственное, что привлекло моё внимание, это обломки чьей-то миски. Я подошла поближе. Обломки имели обугленный вид, как будто их кто-то основательно поджарил. Очевидно, кто-то забыл свою миску здесь, и она в течение дня хорошенько поджарилась. Машинально подняла кусочек, повертела его в руках и выбросила и уже собиралась вернуться в пещеру, когда заметила свои испачканные пальцы. Осознав свою находку, я чуть не заверещала от восторга и схватив обломок, вытерла о него ладонь. Чёрный след подтвердил мои мысли.

Постаравшись как можно удобнее ухватить обломок, попыталась провести им по щербатой скальной породе. Неровно, прерываясь, но я нарисовала линию. Моя душа ликовала и пела. Да, мне трудно удержать в четырех пальцах тонкий обломок, но терпение и труд всё перетрут, в этом я была уверена. Поэтому собрав аккуратно все обломки, я потащила их в пещеру, аккуратной горкой сложила рядом с проснувшимся Рико. Тот смотрел молча и заинтересовано. Я же подхватила свою вчерашнюю миску и оставила её рядом со скалой, надеясь, что местные катаклизмы сотворят из посуды инструмент для творчества.

Послышался рёв воды, и мы по очереди покинули пещеру. Моё настроение и боевой дух озадачили Рико, но мне было всё равно. У меня были кисти и холст. Остальное – приложится.

Весь короткий день – мне показалось он длится здесь всего несколько часов – мы искали золото. Я наравне со всеми копала этот странный безжизненный грунт, отбрасывая песок в сторону своими большими ладонями с очень твёрдыми, почти каменными ногтями. Но сколько я не погружала пальцы в землю, ничего не находила. У других ситуация была не лучше. Через пару часов одному существу повезло, он нашёл небольшой, с грецкий орех, кусочек золота. И тотчас пожалел о том, что выразил довольное «Гррх». На него набросились сразу трое. Завязалась нешуточная драка. Я обернулась на Рико, но тот покачал головой, не собираясь предпринимать усилия для прекращения кровопролития, и продолжал копать. Одно из существ отскочило в сторону и помчалось куда то, двое рванули за ним. Подождав минуту, я подошла к яме проверить, что там с четвертым и застыла от ужаса.

Он лежал на дне собственноручно вырытой ямы, со странно вывернутыми ногами и стеклянными глазами, а его голова… Его голова была оторвана и держалась за шею куском сероватой кожи, залитой кровью, быстро впитывающейся в землю. Казалось, я забыла, как дышать, настолько это было невероятно. В мире, где психология преподаётся в начальных классах и всех учат науке переговоров. Убийство? Убийство за кусок металла? Непостижимо.

Мне на плечо легла чья-то ладонь. Рико молча сел рядом и с грустью посмотрел вниз, после чего стал кидать песок в яму. Я присоединилась к давно забытому ритуальному действу, ведь так хоронить в наше время не принято. Все остальные продолжали заниматься своими раскопками, будто ничего не произошло.

Закопав погибшего, Рико положил сверху большой камень и потянул меня за собой, недвусмысленно показывая, что нужно продолжать. Ну да, иначе мы останемся без еды.

Прошла ещё пара часов, солнце катилось к горизонту, но у меня на руках был нулевой результат. Я не нашла вообще ни одного кусочка даже самого завалящегося золота. И когда мы вернулись к пещере, понимала, что сегодня останусь без еды. Голода как такового я не испытывала, но понимала, что любой механизм, даже органический, нуждается в топливе.

Мы последними перебрались на наш островок и Рико не очень торопился на ночлег. Дождавшись, пока все зайдут внутрь, он тихо подошёл к скале и выложил на выступ горсть золотых камешков. Он нашёл! Я обрадовалась и нервно затопталась на месте. Рико обернулся, поманил меня. Я радостно подбежала, прислонила лапу к сканирующей штуке и как только на месте золота появилась долгожданная миска, пусть и не полная, схватила её и моментально осушила. Заурчав от удовольствия, обернулась, чтобы Рико мог положить золота и получить свою еду. Но увидела лишь его удаляющуюся спину. Понимание пришло мгновенно. Он отдал своё золото, чтобы я поела. А я даже не поинтересовалась, есть ли у него ещё. Эгоистка.

Чувствовала себя паршиво. Уселась на землю и с грустью смотрела на этот дурацкий выступ и если бы могла глубиной своей разъедающей душу вины разжалобить невидимых хозяев, то здесь бы уже материализовалась бы кастрюля еды. Но выступ продолжал пустовать.

Продолжать сидеть дальше смысла не было, я не знала, могу ли заболеть простудой, но и принцип «назло маме отморожу уши» здесь не сработает. В конце концов надо элементарно поблагодарить Рико, а завтра просто работать с утроенной силой.

Миску я положила рядом с новообразовавшимися угольками и поплелась в пещеру. Рико, как и большинство существ, уже спал, и я ничего не смогла придумать лучше, чем лечь рядом и обнять. Пусть здесь не холодно, и не требуется дополнительного тепла для нормального сна, но простые объятия греют не тело, а душу.

Я опять проснулась рано. Рико лежал на спине, вытянув ноги и спокойно дышал, явно находясь в стадии глубокого сна. Привстав с его руки, на которой покоилась моя голова, тихо, стараясь не шуметь, подобрала свои угольки и вышла из пещеры. Солнце ещё не встало, но свет уже растекался повсюду. Я поспешила к скале.

Обойдя её, осмотрела оборотную сторону. Да, идеально. Схватила первый уголек и начала рисовать. Это конечно было громко сказано, но превозмогая боль из-за непривычного положения пальцев – ну не приспособлены они для того, чтобы держать в них что-нибудь кроме камня – упрямо вела линии, одну за другой.

К тому времени как по каньону прокатился первый звук бегущей воды, нарисовано было удручающе мало и совсем непонятно зрителям, будь они здесь. Но я вернусь к рисунку завтра утром. Судя по всему, дождей здесь не бывает, а значит, рисунок мой не смоется.

Быстро отнеся оставшиеся угольки в пещеру, я поспешила за Рико, который шёл к воде. Тот улыбнулся, если можно было бы назваться улыбкой искривление щербатого рта, увидев меня и в душе проклюнулся росток того, что я бы назвала надеждой.

– Так, так…

Рэй пригляделся к бегущей строчке внизу программы безопасности, не прекращающей своей деятельности ни на секунду. Снова попытка взлома, уже шестая за последние два часа. Надо сказать, что взломать базу данных «СовТела» пытается каждый уважающий себя хакер на планете, да и с планетоидов тоже. На заре работы компании одному талантливому программисту это удалось. Служба безопасности вычислила его сутки спустя и … предложила работу. С тех пор рубежи информационных ресурсов «СовТел» неприступны даже для государственных структур, что неизменно вызывало нарекания со стороны последних, но служило железным гарантом для клиентов. Единственный, кто извне имел ограниченный доступ к базе – центральный ИскИн. Именно он «выуживал» необходимые данные для третьей ступени распознавания личности.