Чтение онлайн

– Кто?
– не поняла Юлька.

– Так звали их дочь, - объяснила Верочка.
– Ту самую, из-за которой маленькую Анечку лишили родного дома и внимания отца и бабушки.

– Ну и имечко, - вздохнула Мариша.
– Чего только люди не придумают, чтобы выпендриться.

– Охотно верю, что с головой у этой Ренаты было не слава богу, - согласилась Юлька.
– Надо же так обозвать дочку!

И по словам соседей, душевное состояние Ренаты с каждым годом все ухудшалось, - добавила Верочка.
– А потом они ее даже почти не видели - то ли родные держали ее дома под присмотром, то ли на некоторое время отправили в специальное учреждение. Этого они сказать не могли. А спрашивать у Макеевых такие вещи, сами понимаете, тоже ни у кого язык не поворачивался.

– А где они жили?
– спохватилась Мариша.
– Адрес вы помните?

– Вообще-то сам дом помню, - задумалась Верочка.
– А вот адрес... Он был у меня где-то записан. Подождите немного.

И она ушла в другую комнату. Искала адрес долго. Уже вернулся ее муж - белокурый здоровяк со славным улыбчивым лицом. Вышла Верочка, муж первым делом крепко обнял жену и от души чмокнул в щеку. Подруги наблюдали за этой семейной сценой с улыбкой. На эту пару было приятно смотреть. Есть такие люди, которые словно светятся изнутри. И стоит на них взглянуть, как сразу становится ясно - хорошие люди.

С помощью мужа, который лучше самой Верочки помнил, где она хранит все свои бумажки, адрес Анькиных отца и бабушки был наконец найден.

– Только учтите, этому адресу уже, наверное, лет пятнадцать, а то и все двадцать, - предостерегла Верочка подруг на прощание.
– С тех пор они могли десять раз переехать.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Верочкино пророчество сбылось. В элитном доме на Красногвардейской площади, который до сих пор производил благоприятное впечатление своими массивными колоннами у входа и общей породистостью, никаких Макеевых не оказалось. В их прежней квартире жили совсем другие люди. О прежних владельцах они ничего сказать не могли или не хотели. И даже дверь не открыли.

– Вот ведь какие! Не хотят войти в положение других людей. А ведь у них должен был сохраниться договор купли-продажи на квартиру, - возмущалась Мариша.
– И если продажа - была не прямой, а встречной, в документе должны быть указаны новые адреса всех участников сделки. Кто откуда выехал и куда переехал.

Но ломиться в запертую дверь подруги не стали.

– Уже поздно, люди могут и милицию вызвать, - очень разумно рассудила Юлька.

– Но нам надо как-то их оттуда выкурить!
– не хотела сдаваться Мариша.

– Давай до утра, отдохнем и подумаем. Утро вечера мудреней.

Но до утра подругам предстояло еще много приключений. Началось все со звонка Ильи.

– Маришечка, ты уже освободилась?
– поздоровавшись необыкновенно ласковым тоном, поинтересовался он у девушки.
– Лично я страшно по тебе соскучился. Увидимся мы наконец?

– Хм, - пробормотала Мариша.

Пойти на свидание? Или не пойти? Вот в чем был вопрос. Вообще-то вел себя Илья не так чтобы очень уж хорошо. Но станет ли он вести себя лучше, если она будет ему по-прежнему отказывать?

– Скажи, что устала!
– прошептала Юлька.

– Я устала, - кокетливо протянула Мариша, чувствуя, что настроение у нее повышается с каждой минутой.

Но Илья не сдавался.

– Вот и отдохнем!
– жизнерадостно пообещал он Марише.
– Все будет, как ты любишь. Я очень, очень хочу тебя видеть. Надеюсь, твоя мигрень тебя отпустила?

Мариша покосилась на Юльку и мяукнула что-то ласковое. Юлька скорчила недовольную гримаску.

– А что такого?
– поинтересовалась у нее Мариша, когда они договорились с Ильей, где и когда встретятся.
– Ты что-то имеешь против Ильи?

– Лично против него я ничего не имею. Но, Мариша... Как же быть с нашими подозрениями?

– Рустам со дня на день признается в совершенном убийстве!
– легкомысленно отмахнулась Мариша.

– Честно говоря, теперь я уже не уверена в его виновности, - покачала головой Юля.

– Можем позвонить Никите Гадкову и все узнать, - предложила Мариша.
– Звони! Наверняка он скажет, что Рустам уже признался.

Но Никита сказал совершенно другую вещь. Рустам ни в чем признаваться не желал. И напротив, у него откуда-то появился очень дорогой и хороший адвокат, который прославился во всем криминальном мире России именно тем, что был способен вытащить любого преступника из страшнейшей передряги. Разумеется, в ход шло отнюдь не его красноречие, как это любят показывать в американских мелодрамах.

Америка - это Америка. А Россия - дело совсем другое. И в России привыкли доверять не словам, а денежным знакам. Причем чем их больше, тем выше доверие к их обладателю. Адвокат Кривин располагал огромными средствами, которые предоставляли ему его клиенты для подкупа. Но, кроме внушительных взяток, он имел и другие рычаги управления составом суда, который выносил приговор его подзащитным.

В итоге всегда следовал необычайно мягкий приговор. Или иной раз даже полное оправдание подсудимого. И счастливые криминальные воротилы, которые во время суда даже не старались сделать вид, что озабочены исходом судебного разбирательства, выходили на свободу прямо из зала суда на глазах скрежещущих в бессильной ярости конвоиров. Они-то знали цену оправдательному приговору этим преступникам. Но сделать ничего не могли.

– Откуда у Рустама мог взяться такой защитник?
– Это было первое, что спросила Юля, выслушав доклад Никиты.
– Он же босяк!

– А родители, - напомнил ей Никита.

– Но они же должны были порвать с ним все отношения после того, как он попал в тюрьму!

– Почему?
– удивился Никита, у которого был очень заботливый отец, и Никита таких вещей просто не понимал.

Как это порвать отношения с сыном? Когда помощь родителей нужна ему больше всего? В голове не укладывается.

– Они ведь и раньше выделяли Рустаму лишь небольшое содержание, - продолжала Юлька.
– И грозились, если он попадет из-за своего образа жизни в беду, то они не станут вытаскивать его из передряги. Ведь это так!

– Когда жареный петух куда положено клюнет, родители это понимают, - с неожиданной проницательностью ответил Никита.
– Что же, они своего сына и не отмажут? Нельзя же в самом деле допустить, чтобы он на нарах парился. А знаете, кто им помог?

– Кто?
– отозвалась Юля.

– Футболист ваш, - ответил Никита.
– Он к родителям Рустама пошел, договорился с ними и теперь денежки адвокату отстегивает, чтобы тот Рустама вытащил.

– Илья платит адвокату?

– Он его нанял!
– поправил ее Никита.
– А денежки родители Рустама, ясное дело, платят.

– Ты уверен, что это они?

А кто же еще?
– от души заржал Никита.
– Не сам же футболист из жалости к нашему убийце из своего кармана «зелень» тащить начал. Разумеется, родители парня Илье деньги передают. Чтобы, значит, лицо свое перед сынком сохранить. Но от тюрьмы избавить.