Чтение онлайн

А Кинг сумел выстоять против моего удара, воткнув палку в землю и навалившись на неё всем весом.

– Я и тебя немного поджарю, - пообещал он сквозь зубы, - а потом отжарю, - хрипло посмеялся лев над собственной шуткой.
– А этого посажу на цепь и заставлю смотреть, - ударился зверолюд в свои больные фантазии, не заметив, как грузовик пришёл в движение, трясясь и прыгая на земле, будто кто-то невидимый пытался по грохоту отгадать содержимое кабины водителя, из которой пулей вылетел ушастый и хвостатый зверолюд. Предположительно, гиена.

Уши Кинга зашевелились в поиске источника шума. Он оглянулся и в мгновение око потерял своё преимущество: грузовик взмыл в небо, вырвав из рук зверолюда оружие. Все присутствующие, кроме лежащего без сознания Люка, уставились на выросшее из-под земли дерево. А оно продолжало расти и увеличиваться в обхвате, заставив Кинга, главу научного отдела и водителя грузовика отойти подальше от места, где только что стоял грузовик.

Пользуясь общим замешательством, бросилась к Люку и проверила его пульс на шее. Не почувствовав ударов в подушечки пальцев, запаниковала, но вспомнив уроки ОБЖ, попыталась сделать непрямой массаж сердца. На третьем толчке волк хрипло выдохнул, сморщился от боли и отстранил мои руки от себя.

– Ты меня убить хочешь?
– поинтересовался от осипшим голосом.

– Нет, - выдохнула, округлив глаза.
– У тебя сердце не билось, - добавила в своё оправдание.

– Билось, только...

– Схватить их!
– прервал наш разговор Кинг, вспомнивший, что внезапно выросшее во дворе дерево — не повод отказываться от своей цели: заполучить меня и волка для удовлетворения своего больного эго.

Охранники, способные крепко стоять на ногах после демонстрации моей силы, ринулись вперёд, готовые ударить шокерами, но они замерли в двух метрах от нас с Люком не в состоянии сдвинуться с места. Я опустила взгляд и увидела гибкие лианы, опутавшие их ноги.

– Простите, заметила библиотеку по пути и не смогла устоять от соблазна полюбопытствовать, какие же у зверолюдов книжки, - смущённо призналась возникшая возле дерева Гнэйв.

– Ты еще кто такая?
– удивился Кинг и искоса посмотрел на меня.
– Ты привела одну из своих подружек, - пришёл к выводу лев, одарив ведьму плотоядной улыбкой.
– Хорошо! И тебя возьму в любовницы.

– Вот ещё, - фыркнула Гнэйв, - ты не в моём вкусе, мальчик.

Кинг открыл рот, не находя слов. Лев не привык, чтобы с ним говорили так пренебрежительно.

Люк поднялся с земли. Настойчиво отстранив меня, он обратился к ведьме, взглядом указав на Кинга:

– Можешь сделать для нас клетку?

Гнэйв сдержанно кивнула, бросив на меня оценивающий взгляд. Я отступила, выходя за пределы вырастающей стены из гибких лиан. Сердце замирало от ужаса, но разум настаивал дать Люку возможность разобраться с обидчиком один на один. Это было важно для него.

Непроглядный зелёный купол накрыл двух зверолюдов. Охранники замерли вместе со мной, прислушиваясь к звукам: рычание, вскрик... Два голоса порождали пугающую музыку. Но пока звучали хриплые рыки, сохранялась надежда, что Люк жив.

– Так, а с этими что делать?
– спросила Гнэйв, отвлекая меня от жутких фантазий на тему происходящего под зелёным куполом.

– Оставь их пока как есть, пусть подумают над своей жизнь и тем, куда они идут, подчиняясь приказам того, у кого голова отбита, - процедила я, окинув злобным взглядом притихших охранников. Только старая тигрица попыталась выпросить пощады у Гнэйв, но я отрицательно качнула головой, и глава научного отдела вынуждена была смириться со своим затруднительным положением.

В нашу сторону приближалась группа зверолюдов. По характерным ушам и хвостам я узнала волков Хунта. Сократив дистанцию, один из них неуверенно поинтересовался, не нужна ли мне помощь. Я отказалась, спросив про главу их стаи. Волк доложил: после перепугавшего всех землетрясения в доме по неизвестной никому причине разрослись растения, которых никогда в этих краях не видели. Гаур Хунт воспользовался тем, что почти вся охрана была отправлена на урегулирование возникшей ситуации, и бросил вызов Калифу Сафару, выказав недовольство его политикой.

– У этих волков и львом словно на роду прописано подраться друг с другом, - пробурчала я, прислушавшись к звукам, доносившимся из-за ветвистой преграды.

– Гнэйв!
– ударил по ушам окрик.

– Убирай!
– всполошилась я, замахав руками на стену из лиан, которые медленно стали расползаться в разные стороны.
– Люк!
– бросилась на шею голого зверолюда, который прикрывал самое пикантное место широкими ладонями и помятым хвостом для верности, поэтому оторвать меня от себя сразу не смог.

– Кому-то нравится перекидываться в зверя, - хихикнула Гнэйв и наколдовала моему застеснявшемуся мужчине одежду.
– Учись Рита создавать предметы из окружающей среды, если хочешь снизить число свидетелей шикарного хвоста твоего мужчины, - залилась она смехом, прикрыв рот ладошкой.

Замечание ведьмы я пропустила мимо ушей, мельком бросив взгляд на знакомую картину: Кинг весь истерзанный лежал в луже крови. Песчаная дорожка стала багровой.

– Не смотри на него, - строго одёрнул Люк.
– В этот раз он не оживёт.

– А...
– слова застряли в горле.

– За убийства такого ублюдка отвечать не намерен, - припечатал он.

– Я, как новый мэр Прайдбурга, не буду выдвигать обвинений!
– громогласно заявил стремительно приближавшийся к нам Гаур Хунт. На его белой рубашке были заметны пятна крови, наводя на малоприятные выводы о судьбе отца Кинга.
– Всё семейство Сафар помещено под стражу, - пояснил глава волчьей стаи.
– Калиф вынужден был передать мне своё место. А вы...
– волк замер, устремив острый взгляд на блондинку, стоявшую в тени высокого дерева.

– Гнэйв, - представилась женщина, кокетливо стрельнув глазами.

– Гаур Хунт, рад знакомству, - поклонился зверолюд.

Из-за того, что значительная часть дома Сафар пострадала из-за лиан, глава волчьей стаи пригласил нас, в том числе и Гнэйв, в свою резиденцию. Мы с Люком пробыли в ней неделю, отдыхая от пережитого стресса и обсуждая свои планы.

Гнэйв приняла решение остаться жить среди зверолюдов, чем навлекла гнев верховной ведьмы: Харсан заявилась в первую ночью, всполошив всех в доме Хунта. После тяжелого разговора несгибаемая из всех ведьм разрешила своей сестре жить так, как той хочется, проживая свою жизнь и совершая свои ошибки. И это было начало переезда ведьм в их любимый мир, который они с теплотой создавали.