Чтение онлайн

– Ну я понимаю почему ты взяла нож. А лук-то зачем? – удивился Евпл.

– На всякий случай. Когда за мы пределы полиса собираемся выходить, ты же настаиваешь, чтобы лук был со мной.

– Ох уж эта женская логика! – простонал парень, но согласился, что жена права…

Ветер был южный и корабль просто летел по морской глади. Дарья, которая ещё ни разу не плавала на кораблях, не очень хорошо переносила морскую болезнь, и Евпл увёл её с носа ближе к корме, где качка чувствовалась не так сильно. К счастью для девушки, водное путешествие закончилось часов через восемь и она, придерживаясь рукой за мужа, сошла на пристань. Первое время Дарью немного мотало из стороны в сторону, но довольно скоро она пошла твёрдым шагом. Арендовав комнату в той гостинице, что была подальше от порта, супруги сели обедать, а потом, пройдясь по вечернему Зефирию, осмотрели местные достопримечательности и пустеющий рынок.

Следующим утром агора гудела, как растревоженный улей. Сюда приезжали продавать свои товары купцы из всей Киликии и здесь же они покупали необходимое. Евпл заметил несколько лоточников, торгующих и различными камнями – надо будет потом посмотреть и прицениться. Дарью же тянуло к работорговцам. Просто удивительно, что пробыв не так уж мало времени в клетках для рабов, она запросто разговаривала с продавцами говорящего товара.

Евпл не спеша шёл за супругой и читал таблички, висящие на шеях рабов, и искал ремесленников. Вот стоит какой-то довольно мускулистый мужчина. Не кузнец, но выглядит представительно. Критянин, продаётся за сто двадцать золотых. Нет, не надо. О жителях этого острова издавна ходит дурная слава. Эпименид – древний провидец и поэт – однажды сказал о своих соотечественниках: “Критяне всегда лгут", а другой стихотворец добавил – "они ленивые звери и ненасытные обжоры”.

Вот красивая светловолосая девушка из Хазарии. Издалека её привезли сюда. Ну да, девственница, цена сто пятьдесят золотых. Теперь всё понятно.

Вот симпатичная египтянка. Такие ценятся. Вот только вряд ли она что-то знает о временах древних фараонов, а, иначе, зачем покупать египтянок?

Евпл заметил, что Дарья внезапно остановилась и начала о чём-то беседовать с темноволосой рабыней. Если нашла кого-то из своих, то придётся покупать, скорее всего. Так оно и оказалось – рабыня была парфянкой двадцати пяти лет. Дарья смотрит в глаза мужу и молчит, а он уже всё понял и без слов, и просто одобрительно кивает. Сколько за неё хотят? Ого! Пятьсот золотых?! От удивления Евпл не может сказать ни слова. А-а… понятно, она может делать женские причёски. Теперь от него жена не отстанет точно… Пятьсот золотых! Надо торговаться.

Купец оказался прожжённым и ни в какую не хотел снижать цену и разглагольствовал, что в Афинах продаст эту рабыню за восемьсот золотых и ему ещё спасибо скажут. Ну-ка, а сможешь ли ты воспротивиться мысленным внушениям?.. Нет, не поддаётся… Действительно, тёртый калач этот работорговец. Вот только беда – нет у Евпла столько монет с собой. Непросто целый день такой тяжёлый кошель.

– Уважаемый, – начал Евпл. – Столько монет у меня с собой нет, но могу предложить обмен.

– Обмен? – переспросил торгаш. – И что хочешь дать? Бриллиант?

– Намного лучше – три защитных амулета от стрел и копий.

– Это что за штука такая? – в голосе послышалось искреннее удивление и интерес.

– Хороший товар. В Антиохии его продают за двести золотых. В Афинах ты сможешь легко продать каждый за триста.

Пришлось объяснять и показывать на себе принцип действия амулета. Вокруг собралась небольшая толпа, которая с интересом слушала парня и ахала, когда стрелы отказывались поражать такую близкую цель. Работорговец понял, что в его руки попался уникальный товар, но всё-равно начал торговаться.

– А, случайно, нет ли ли у тебя рабов-ремесленников, уважаемый? – вдруг задал вопрос Евпл.

– Да, есть парочка. Один, правда уже не молод, но крепок и будет таким ещё много лет, а второму около тридцати пяти лет – в самом расцвете лет. Ты не найдёшь таких на всём рынке, уважаемый!

– Показывай!

Первому рабу было лет сорок пять, а второму, как и сказано, было на десять лет меньше и выглядел он довольно крепким. Оба ранее жили в Колхиде, и они родственники. Могут работать с медью, с железом, и с серебром. Жаль, что с золотом не имели дела. Смогли немного выучить эллинский язык, потому что общались с воинами ромейской крепости. За первого торговец хочет триста золотых, за второго – четыреста. Пришлось Евплу отдать за всех троих семь амулетов. Торгаш хотел восемь, но к этому времени он уже расслабился, предчувствуя большой куш, и парню удалось внушить ему желание сделать скидку.

Ну что же… сплавали они сюда не зря. Приобрели кого и хотели, да ещё недорого – амулеты Евплу ювелир продал почти по себестоимости за тридцать золотых. Итого двести десять за троих ремесленников. Очень дёшево! Хорошо, что он в последний момент догадался взять дюжину амулетов. Евпл думал, что теперь-то можно уходить с торга, но Дарья не была готова так быстро сдаться. Пришлось потратить ещё час, но никто им больше не приглянулся, а покупать рабынь лишь из-за смазливых личиков и красивых фигур, а рабов – из-за бугристых мускулистых рук, не хотелось.

Ехать в Тарс уже смысла не было, и пришлось пойти в порт, договариваться о возврате в Антиохию. Нашёлся капитан, который согласился перевести двух человек и трёх рабов за почти приемлемую сумму. Пришлось для виду немного поторговаться и чуть снизить стоимость. Отплытие утром, надо постараться не опоздать, поскольку задаток уже отдан…

Ну вот опять море, но теперь корабль плывёт значительно медленнее – ветер был далеко не попутный, западный. В лучшем случае, прибудут в порт Антиохии к следующему утру. Пришлось направить судно чуть в сторону, чтобы не тащиться почти против ветра. Пока плыли, Евпл разговаривал с купленными ремесленниками об их будущей работе, а Дарья о чём-то увлечённо болтала с теперь уже своим парикмахером… о модных причёсках, наверное.

День уже клонил к вечеру, когда был замечен корабль, плывущий в сторону Зефирия. Капитан, конечно, обратил внимание на приближающееся судно, но как-то вскользь – таких встречных кораблей он видал-перевидал – обычный грузовой корабль, судя по очертаниям. Такие постоянно между Кипром и Киликией туда-сюда шныряют. Странно только, что идёт он почти встречным курсом. Ну плывёт и пускай плывёт… море широкое, всем места хватит, разойдутся.

Не разошлись. На палубе встречного корабля появилось множество матросов и капитан понял, что на транспортных судах столько людей обычно не бывает. Пираты! Была отдана команда “тревога” и “все на верхнюю палубу”, но что может сделать дюжина матросов против такого количества морских разбойников?

Евпл услышал звуки тревоги и тоже понял, что приближается большая неприятность. Как бы ему не оказаться снова на невольничьем рынке, но уже по другую сторону. Что же делать? Первым делом, приказал жене доставать свой лук. Потом повесил на шеи своих рабов защитные амулеты… хуже не будет уж точно. И начал смотреть на вражеский корабль, который, рассекая волны и разбрасывая во все стороны тысячи брызг, неумолимо приближался.

– Что намерен делать, капитан? – спросил Евпл.

– А что тут сделаешь? – мы даже развернуться не успеем, как нас настигнут и возьмут на абордаж. Их раза в четыре больше, чем нас, и исход битвы понятен.

– Я попробую им помешать.

– Помешать? Ты полубог, что ли? – даже в такой критической ситуации капитан попытался пошутить.

– Боги меня любят, – уклончиво ответил парень. – И вряд ли они захотят, чтобы меня убили в этой стычке.

Пиратский корабль был всё ближе и ближе. Он не обладал большой скоростью, поскольку был переделан из обычного тихоходного грузового судна. Всё его преимущество было во внезапной атаке, производимой под благоприятным курсом, и в большой команде. Вот уже хорошо видны довольные и алчные лица морских разбойников. Они в своих мечтах уже делят неплохую добычу. “Ещё неизвестно, кто добыча!” – подумал Евпл.