Чтение онлайн

– Успокойся, дорогой… – проворковала королева Тура. – Они просто говорят, что это решение весьма трудное. И оно может изменить все.

– Нет, Тура! – Доэм махнул рукой, указывая на своих советников. – Моя мать всегда считала, что мы должны прислушиваться к богам. Теперь перед нами Истинный Бог, и все кричат, что они набожны, а сами боятся сделать хоть что-то. Разве вера недостаточна для того, чтобы поверить? Чтоб быть готовым поступить так, как необходимо? Разве я могу отказаться от помощи Истинного Бога?

– Помощь – это прекрасно, ваше величество, но что касается предоставления ему места в руководящем совете… – начал другой советник. Кажется, он изо всех сил стремился к тому, чтоб его одеяния были не хуже, чем у Тайшая.

– Думаешь, ты заслуживаешь большего, нежели Истинный Бог? – процедил король, стиснув зубы.

– Мой король, мы не хотели проявить неуважение, но я молю вас поразмыслить над ответом на эту просьбу хотя бы несколько дней, – сказал Тайшай.

Доэм замер, размышляя над сказанным, а затем со вздохом откинулся на спинку трона – измученный и побежденный:

– Хорошо. Мы встретимся здесь завтра в это же время. Это будет нормально, Всевышний?

– Ну разумеется! Ровно до тех пор, пока это решение будет именно ваше, а не чье бы то ни было еще.

На следующий день Орберезис в сопровождении Сольви, Таванара и трех глав культа вошел в Церемониальный зал и приблизился к королю, который сидел на троне, скрестив руки на груди. Комната совершенно не изменилась, но мигрень Орберезиса усиливалась при каждом шаге и туманила взор. Иногда мужчина задавался вопросом, не была ли эта боль платой за всю высказанную им ложь. Если так, то худшее было впереди, а сейчас голова раскалывалась настолько, что он с трудом мог сосредоточиться и разглядеть всех этих дворян и купцов, смотревших на него так, словно они были готовы в любой момент вонзить ему кинжал в спину.

«Верующие, нахер». Орберезис задумался, понимают ли придворные, насколько он волнуется, какое решение примет король. Или могут ли они догадаться, как дико у него болит голова. Повисшее в тишине напряжение, и ему казалось, что кожу покалывают невидимые иголки. Затаившееся в душе беспокойство смешивалось со страхом того, что он может потерпеть неудачу, того, что так и не исцелится от своей болезни, того, что после провала он вечно будет влачить несчастную жизнь. Это был последний шанс. Если он сейчас проиграет – вряд ли когда получит доступ к королевским целителям и лекарствам. Понятно, что и сейчас ему не было обещано, что он все получит, но он больше не мог жить с такой болью. С этой дикой головной болью и постоянно преследующими кошмарами про гиганта просто невозможно жить.

Он огляделся по сторонам. За спинами лордов и торговцев притаились солдаты, и в их невнятном бормотании явно слышалось презрение. А еще среди охранников наверняка были курильщики.

Он сглотнул комок, застрявший в горле.

Конечно, зная, насколько набожен был король, можно было надеяться на его согласие, но Тайшай и остальные придворные целую ночь поливали душу короля сомнением.

– Благодарю вас за ожидание, Всевышний, – изрек король.

Справа от него сидела королева Тура. Тайшай стоял слева. Судя по напряжению на их лицах, они понятия не имели, какое решение примет король.

Орберезис кивнул и улыбнулся, дозволяя королю продолжить. Несмотря на снедающее его беспокойство, он старался держать лицо.

«Вот дерьмо…»

– Прежде чем объявить о своем решении, я скажу несколько слов, – начал Доэм. – Думаю, все здесь присутствующие знают историю моей жизни, но все же вы знаете меня не настолько хорошо, как думаете. Как известно, я был младшим ребенком в семье. Меня не готовили к тому, чтобы стать королем. Всю мою жизнь у меня были наставники, готовившие меня стать ученым. Я изучал поэзию, священные книги, историю, науки и искусства.

Орберезис украдкой окинул взглядом слушателей. Кто-то нервно сглатывал, переступая с ноги на ногу, кто-то почесывал шею под воротником рубахи. «Они волнуются не меньше меня».

– После смерти моей матери стать королем должен был мой брат. Корона должна была принадлежать ему. Он стал бы великим правителем благодаря своей хитрости и храбрости. И он стал бы королем, если бы не его… тяга к приключениям.

Орберезис слышал о судьбе, постигшей принца. Он сел на корабль, решив отправиться ловить пластунов, но не догнал ни одного, а лишь запутался в сети и выпал за борт, утонув в глубинах Пластунского океана.

– Он был настолько храбр, что стал бы великолепным королем. А я – всего лишь посредственность. Тем более что физически я очень слаб. – Доэм уперся взглядом в пол, помолчал и лишь затем продолжил: – Вы оцените мою честность, когда я скажу, что меня мало интересует политика. И, что еще хуже, я не произвел на свет наследника. Мой брат был бы гораздо лучшим королем.

Залу наполнили вздохи и перешептывания, но он продолжал, сосредоточившись на своих мыслях:

– Но я не столь уж неумел. Я не ленив и не желаю, чтобы другие делали за меня мою работу. Я еще проявлю себя. Я помогу возвыситься Двум Народам. И пусть я слеп, но вокруг меня всегда будут находиться великие люди. Руководящий совет не может состоять из одних лишь старых вояк и деловых умников современности. Мы все нуждаемся в духовном руководстве, и это касается и меня. Разве, считая себя верующим человеком, я могу не прислушаться в просьбе Всевышнего? Своим чудом, сотворенным десять лет назад, он уже доказал, на что способен. Он поможет мне соединить Два Народа с небесной империей. Люди – ничто без веры или страсти. А потому разве я могу отказать своим подданным в близости к Истинному Богу, пути которого они следуют? – В голосе Доэма зазвучала искренняя убежденность, и Орберезис, сдерживающий до этого дыхание, наконец позволил себе вы- дохнуть.

– Это было нелегкое решение, но я намерен посвятить свою жизнь служению Истинному Богу точно так же, как он поможет мне управлять Двумя Народами. Истинный Бог займет постоянное место в руководящем совете. Сегодня утром я подписал об этом указ. Да будет так.

– Но, ваше величество, вы… – начал Тайшай.

– Следи за своим языком, Тайшай. Я выразился предельно ясно.

Королева с озабоченным видом наклонилась вперед и взяла супруга за руку. Орберезис заметил, что у нее покраснели глаза, распух нос, а под глазами появились темные круги:

– Мой дорогой, подумай о том, как бы поступила твоя мать.

– Не впутывай в это мою мать, Тура! – прошипел Доэм.

– Никогда! – вдруг рявкнул шагнувший вперед напыщенный торговец. Пальцы у него были унизаны кольцами, а на голубой мантии виднелись золотые вставки. – Морские торговцы, такие как мой отец и до него – его отец, потом и кровью строили благополучие Двух Народов! – Он угрожающе ткнул пальцем в Доэма: – Ваша мать, поняв это, наградила их. Вот почему мы процветали. Я не позволю нашему дому превратиться в теократическую выгребную яму!

В детстве Орберезис не видел никакого процветания. А Два Народа были обычной торгашеской выгребной ямой. Особой разницы в этом не было.

Человек двадцать слуг торговца угрожающе шагнули вперед, сжав в руках алебарды и изготовившись к бою. Королевские гвардейцы заступили им дорогу, приготовившись защищать короля. Больше никто не пошевелился.

– Ты осмеливаешься оспаривать мое решение, Кене? Предаешь свой народ? Поднимешь оружие против меня? Не забывай, кто создал твой род! – рявкнул на торговца Доэм.