Чтение онлайн

Кстати, недавно к нам приезжала из Далласа моя дочь, которая работает медсестрой. Она рассказывала о своей работе с пациентами. Работа у нее напряженная, много экстренных вызовов, дежурить приходится подолгу. Их отделение занимается пострадавшими в автомобильных катастрофах, а в Далласе их жди в любую минуту.

Мать спросила, как ей удается уснуть после изматывающего дежурства. «0, это очень просто, – ответила Роксана. – У меня есть часы со светящимся циферблатом. Я знаю, что если через десять минут я все еще смогу различать циферблат, я встану и 20 раз спущусь и поднимусь по лестнице из спальни в гостиную. Я в общем-то лентяйка и мне еще ни разу не приходилось 20 раз бегать по лестнице. Но я твердо знаю, что если через 10 минут я все еще не буду спать и смогу различать цифры на часах, я обязательно вылезу из кровати и 20 раз сбегаю вверх и вниз по лестнице».

У меня есть статья о человеке, который потерял жену. Он жил вместе с сыном-вдовцом. Они сами вели хозяйство и вместе управляли делами в своей конторе по операциям с недвижимостью. Вдруг им пришло в голову поделить хозяйственные обязанности.

Наконец, старик пришел ко мне и сказал: «Я целую ночь не могу сомкнуть глаз, все ворочаюсь с боку на бок и пытаюсь уснуть. Я сплю от силы часа два. Засыпаю где-то часов в пять утра, а в семь просыпаюсь».

«Хорошо, – сказал я. – Займемся вашей бессонницей. Сделаете все, как я скажу. Вы говорите, что поделили с сыном домашние обязанности. Как вы их поделили?» Он ответил: "Сын делает то, что ему нравится, а я – то, что нравится мне ". "А что вы больше всего ненавидите делать? – спросил я. «Натирать полы. У нас хорошие полы из твердого дерева, люблю, когда они блестят. Я готов сделать всю работу и за себя и за сына, лишь бы он натер полы. Сам я этого занятия терпеть не могу».

«Понятно, – сказал я. – Я придумал для вас лекарство. Только придется часов восемь не спать. Переживете потерю восьми часов сна?» «Я уж за год столько этого сна потерял, что вполне выдержу лишние восемь часов», – ответил старик.

Я посоветовал: «Когда вы будете возвращаться домой сегодня вечером, купите банку мастики и специальную тряпку для натирки и полируйте пол всю ночь. Закончите к тому времени, когда вы обычно встаете утром. Затем занимайтесь обычной дневной работой. Так вы потратите два часа сна. На следующую ночь начинайте натирать, когда все укладываются спать. Натирайте всю ночь, пока не придет время отправляться в контору. Вот уже четыре часа сна потеряны. На следующую ночь продолжайте натирку – и еще двух часов сна как не бывало».

На четвертую ночь, прежде чем приступить к натирке пола, старик сказал сыну: «Я, пожалуй, присяду на минутку, пусть глаза отдохнут». Проснулся он в семь часов следующего утра.

Теперь у него на трюмо красуются банка мастики и тряпка для натирки. Я ему сказал: «У вас часы со светящимся циферблатом, если через пятнадцать минут не заснете, вставайте и натирайте пол». С тех пор спит как сурок, ни одной ночи не пропустил. (Эриксон смеется.)

Однажды пришел ко мне на прием доктор и рассказал: «Чтобы окончить колледж, мне пришлось учиться и работать. Много недосыпал. Учиться в медицинском институте тоже было нелегко. Еще до окончания института я женился, пошли дети. Надо было платить за учебу и содержать семью, так что на сон времени оставалось очень мало. С тех пор я ложусь спать в 10.30 вечера. Без конца верчусь, смотрю на часы в надежде, что уже наступило утро, а его все нет и нет. Г^це-то под утро, часов в пять, я засыпаю, а в семь мне уже надо вставать и идти на работу. Знаете, когда я еще учился в институте, я дал себе зарок прочитать всего Диккенса, всего Вальтера Скотта, Достоевского, я ведь очень люблю литературу. Но времени для этого так и не нашлось. Только и знаю, что ворочаться с боку на бок до пяти утра».

«Вы хотите нормально спать, как я понял, – заметил я. – И вы все еще сожалеете, что никогда не читали Диккенса. Так купите себе собрание сочинений Диккенса».

«Расскажите, как устроен ваш дом. У вас есть камин и полка над ним?» Он ответил, что есть. «Прекрасно! Тогда возьмите настольную лампу, поставьте ее на каминную полку, рядом положите том Диккенса, встаньте у камина и читайте в свое удовольствие с 10.30 вечера до пяти утра. Так вы осуществите свою давнюю литературную мечту».

Через какое-то время мой доктор зашел ко мне и спросил: «А можно мне читать Диккенса сидя?» «Разумеется», – ответил я. Вскоре он заявляется снова.

«У меня появились осложнения с чтением Диккенса. Я сажусь и, не успев прочесть даже одной страницы, проваливаюсь в сон. Просыпаюсь только утром, а от сидячей позы все тело затекает».

«Хорошо, – сказал я, – достаньте часы со светящимся циферблатом и, если через 15 минут после того, как улеглись в постель, вы все еще будете различать цифры на часах, вставайте, становитесь у камина и читайте Диккенса. А поскольку вы уже прочитали кое-что из Диккенса, то сумеете найти другое время, чтобы познакомиться с ним полностью». Доктор прочитал всего Диккенса, Скотта, Флобера и Достоевского. Он теперь с ужасом вспоминает свои чтения стоя у каминной полки. Уж лучше спать.

Иногда за помощью обращаются те, кто сами в состоянии себе помочь. Одна женщина хотела бросить курить и похудеть. Я заметил, что она успешно может этого добиться и причем без особых неудобств для себя. Она ответила: «Я не могу устоять перед едой и перед сигаретами, но что касается физических упражнений, тут у меня появляется стойкость… и я их не делаю».

«Вы, кажется, очень верующая, не так ли?» – спросил я. Она ответила утвердительно. «Дайте мне твердое обещание, что выполните несколько очень простых вещей, о которых я вас попрошу». Она пообещала. Я перечислил свои просьбы: "Храните спички в подвале. Вы живете в двухэтажном доме с чердаком. Курите сколько душе угодно, но храните спички в подвале, а сигареты на чердаке. Как потянет закурить, спускайтесь в подвал, возьмите из коробка спичку и оставьте ее на коробке, бегом поднимитесь на чердак и возьмите сигарету, спускайтесь в подвал и закурите. Вот вам отменные физические упражнения.

«Вы сказали, что любите перекусить. Предлагаю на выбор: бег вокруг дома или где-нибудь в окрестности. Сделайте определенное количество кругов, возвращайтесь и ешьте, что душе угодно. Такой вариант вам подойдет?» «Неплохая идея», – ответила пациентка. «Хорошо. Само собой разумеется, что, когда вы испечете торт, следует разрезать его на очень тонкие кусочки. Чтобы съесть один кусок, вам надо с предельной скоростью обежать вокруг дома – и приятного аппетита. А если захочется съесть второй кусочек, надо обежать вокруг дома дважды».

Просто удивительно, как быстро моя пациентка стала терять интерес к сигаретам… Спускайся в подвал за спичкой (брать ее с собой нельзя), несись на чердак за единственной сигаретой, лети опять в подвал и закуривай. Сомнительное удовольствие. А беготня вокруг дома… Один круг за один кусок, два за два, три за три… Вскоре аппетит у нее стал гораздо скромнее.

Главное, не надо слепо следовать учебникам и вызубренным из них правилам. Самое важное – побудить пациента делать то, что чрезвычайно полезно именно для него.

Как-то приехал ко мне один фермер из штата Мичиган. «У меня совершенно неуправляемый характер, – заявил он. – Стоит мне выйти из себя, и я могу влепить оплеуху любому, кто окажется под рукой. От меня уж и жене не раз доставалось. А уж сколько пощечин я раздал дочерям и сыновьям – не счесть. Такой у меня характер, не владею собой».

«У вас ферма в Мичигане, – заметил я. – Как у вас отапливается дом? На чем вы готовите пищу?» «Печка у нас на ферме топится дровами. Зимой она служит для отопления. На ней же и готовим». «А топливо где достаете?» – спросил я. «У меня есть большой участок леса», – ответил фермер. «А что рубите на топливо?» – спросил я. «Когда дуб, когда ясень. Вот только вяз не рублю, его так трудно колоть на дрова».

«Так вот, с нынешнего дня будете рубить только вязы, – распорядился я. – Когда срубите вяз и распилите его на части, вам надо раз за разом вгонять топор в чурбан, чтобы расколоть его пополам по всей длине. Это страшно неподатливое дерево. Расколоть один вязовый чурбан все равно что расколоть дюжину дубовых. Так вот, когда вы почувствуете, что еще мгновение – и вы сорветесь, хватайте топор и рубите этот чертов чурбан и дайте выход накопившемуся пару». Я-то знаю, что такое колоть вяз, – страшнее задания не придумаешь. Так он и разряжался на своих вязовых чурбаках.