Чтение онлайн

– Да на неё не только орать, её дубасить по жопе за такое надо! И на учёт в полицию. Хулиганка! Это всё ваше воспитание! Всё ваше тхэквондо. Вы специально туда дочку водите, чтобы её учили калечить других детей?

– Следите за своим языком, – обнимаю Юльку за плечи, чувствуя, как её сейчас колбасит.

Мама пострадавшего мальчика надувается как воздушный шар, вот-вот лопнет.

– Родители, давайте не будем ругаться, – говорит директор, который до этого момента покорно молчал, переводя взгляд с одной мамочки на другую. – По существу. Что будем делать?

– С нашей стороны будет честным, если мы полностью оплатим лечение, а Юля публично извинится перед Антоном.

– Мама, я не буду перед ним извиняться. Он обозвал меня нагулянной, а ещё сказал, что моя мама честная давалка. Я втащила ему за дело!

Мой мозг готов взорваться от неожиданной порции информации. Это тот случай, когда стало стыдно всем взрослым, находящимся в кабинете директора. Я же такого позора ещё никогда не испытывала. Ну надо же! Зато теперь всё понятно! И причина детских разборок ясна как дважды два. Я в шоке и это мягко сказано. В голове не укладывается, откуда такие слова знает девятилетний мальчик? Ну не на улице же он их услышал, а скорее подслушал разговор старших дома, вряд ли в школе учителя обсуждают мою личную жизнь. Так что тут без вариантов.

– Юля, мы с тобой на эту тему дома поговорим, – напустив на себя строгий вид, обращаюсь к дочери, а затем перевожу взгляд на маму пострадавшего мальчика: – а вы, Регина, всё-таки следите за своим языком и лучше научите сына хорошим манерам, а не плохим словам.

***

Перед тем как подойти к подъезду, вспоминаю недавний инцидент.

– О том, что случилось в школе бабушке ни слова. Договорились?

– Почему? Она будет гордиться мной, когда узнает, что я защитила твою честь.

– Бабушку инфаркт накроет, если она узнает, что ты мальчику руку сломала. Так что не смей, ясно? Обойдёмся без приступов гордости за внучку.

– Не знаю, что такое “инфаркт”. И вообще, я правда не виновата. Это Антон первый начал, он ко мне всегда пристаёт: то за косичку дёрнет, то огрызком яблока в меня кинет.

– Значит, ты ему нравишься, раз пристаёт.

– Кому? Антону? Ой нет, фу-у-у… Мне он точно не нравится!

Я улыбаюсь, вспоминая свои школьные годы. Юлька боевой растёт и сама может дать отпор любому мальчику, а я в её возрасте всегда “стучала” маме. Ну не могла я втащить, как дочка. Поэтому всю начальную школу меня называли ябедой и плаксой, но то отдельная история.

Оказавшись в квартире, мы с дочкой быстро переодеваемся, съедаем по тарелке супа и даже успеваем сделать уроки, а потом вместе идём в спортивный клуб на тренировку.

И пока Юлька переодевается в раздевалке, я по привычке устраиваюсь в зале, усаживаясь на скамью. Люблю наблюдать за тренировками дочери, в эти моменты Юлька раскрывается с другой стороны, демонстрируя отличную выдержку и дисциплину. Ещё я люблю снимать мою спортсменку на телефон, а затем делать из фоток красивый коллаж и публиковать его на своей страничке в социальных сетях. Сколько лайков собирает моя маленькая звезда!

Тренировка начинается с разминки. Вся группа выполняет стандартные упражнения, чтобы хорошо размять мышцы и подготовить тело к эффективной работе.

– Добрый вечер, Алёна, – в поле зрения мелькает белое кимоно и я вынужденно отрываю взгляд от зала, где в первых рядах красуется моя гордость.

– Здравствуйте, Вадим, – улыбаюсь Юлиному тренеру.

– Как ваши успехи?

– Ой, – отмахиваюсь рукой, – лучше не спрашивайте. Юлька сегодня такое отчебучила в школе.

– Да? И что же?

– Подралась с мальчиком, в итоге сломала ему руку.

Тренер мгновенно меняется в лице, отрывает взгляд от меня и переключает его на детей. Сегодня в зале работает стажёр – будущий тренер, которого подготавливает Вадим, а потому мужчина может вот так свободно стоять сейчас рядом со мной.

– Ну надо же… – осуждающе качает головой. – Я поговорю с ней.

– Буду вам очень благодарна, Вадим. Вы у Юльки в авторитете, вас она точно послушает.

– Да не за что, Алёна. Всегда рад помочь.

По идее после короткой беседы тренер должен вернуться к детям, но он не спешит. Переминается с ноги на ногу, будто сказать что-то хочет, но не может подобрать нужные слова.

Решаю прийти на помощь. Так-то Вадим не из робкого десятка – чёрный пояс по тхэквондо всё-таки, но вот при виде меня он очень часто превращается в кисель. Нравлюсь ему – это и ежу понятно.

– Вы хотели что-то спросить, Вадим?

– Да, то есть нет.

Вздыхает, смотрит на меня застенчиво, на что мне хочется сказать ему прямо: “Да пригласите меня уже на кофе. Я согласна!”.

– Алён, а как вы смотрите, чтобы сходить в кино?

Победная улыбка озаряет моё лицо. Ну надо же… Полгода с духом собирался, я уже, грешным делом, думала, самой придётся звать на свидание – какие-то робкие нынче пошли мужики!

– А давайте. Я сто лет не была в кино.

– Супер, – теперь улыбается он, – я посмотрю расписание сеансов и позвоню.

***

Из-за Павловича я вынуждена подготавливать тот самый отчёт, который потребовал генеральный в понедельник. Приходится несколько дней кряду перерывать базу данных и поднимать дела несчастных случаев на производстве и много чего ещё.

Работой загружена по самое донельзя, даже голову оторвать от стола едва получается. Поэтому принимаю решение сходить в столовую немного раньше обеда и взять еду с собой, чтобы употребить её прямо на рабочем месте.

Между лифтом и лестницей я всегда выбираю лестницу: немного размять затёкшие после сидячей работы мышцы, да и лишние физические нагрузки мне только на пользу. Спускаюсь на первый этаж в столовую, но уже словно по традиции встречаюсь с генеральным директором. И не то чтобы я откровенно его избегала, но вот попадаться на глаза стараюсь как можно реже.

Динар замечает меня ещё за несколько секунд до того, как мы поравняемся. Я же делаю вид, что в упор его не вижу.

– Здравствуй, Алёна, – говорит он первым и я вынуждена ему ответить на приветствие. – Ты что избегаешь меня?

Султанов всегда был прямолинейным, иногда аж до тошноты. Это его качество меня жуть как бесило и он, конечно же, знал про это, но всё равно рубил правду-матушку даже когда это и не требовалось.

Вот что ему стоило поздороваться и пройти мимо? Да ровным счётом ничего, но у Динара всегда зашкаливало чувство собственной важности и это бесило меня в нём не меньше, чем прямолинейность.