Чтение онлайн

Он кинул на нее уничтожающий взгляд.

— Проклятье! Теперь не время и не место.

— У тебя всегда не время и не место. — Она опять схватила его за руку. — Идем немедленно, не то я учиню такое, что нас обоих выгонят отсюда.

Оцепенев, он уставился на нее. По ее лицу было видно, что слов она на ветер не бросает. И в самом деле добьется, что их выгонят, если он ей не уступит.

— Ладно, Ева. — Он устал с ней спорить. — Если ты вбила себе что-то в голову…

И прежде, чем он успел закончить, она поволокла его по коридору мимо дежурной, заглядывая во все открытые двери и закоулки, но подходящего места, где бы им никто не мешал, так и не нашла. Она уже хотела обратиться к дежурной, однако испугалась, что он может опомниться и передумать. Здесь она заметила дверь на улицу, за которой виднелась стоянка машин, и прямиком направилась туда.

— Что за чертовщина! — возмущался Джордан, следуя за ней.

Ева приехала на машине Нэнси, так как машина, взятая ими напрокат, была у Джордана. Она проскользнула в тяжелые двери больницы, и в лицо ей хлестнул ледяной ветер.

— Это наконец смешно. Мы оба схватим пневмонию.

Не обращая внимания на его невнятный лепет, она тащила Джордана к машине, потом довольно долго искала ключи, наконец нашла и открыла дверцу — Заходи.

— К чему все это?

Снег кружил, ложился ему на плечи и таял на волосах.

Взгляд Евы был полон решимости.

— Я сказала: «Заходи».

Глаза Джордана были такие же холодные, как и воздух во дворе, и все же он повиновался. Ева закрыла за ним дверцу, а сама поспешила устроиться на водительском месте.

Потом включила зажигание, благодатное тепло сразу разлилось по салону, согревая им ноги и высушивая намокшие от снега туфли. Ева протянула руки навстречу струям теплого воздуха и постаралась собраться с мыслями, потому что и сама еще толком не знала, как объяснить Джордану, зачем она его сюда притащила.

Но он не дал ей долго раздумывать.

— Говори, что хотела. Я должен вернуться к Алме.

Ева пригладила волосы, смахнула с лица капли тающего снега. Они оба понимали, что все эти жесты были тщетной попыткой протянуть время.

— Это бессмысленно, Ева. — Он надавил на ручку дверцы.

— Нет. — Она вцепилась в ручку. — Послушай, что я тебе скажу.

Почти что лежа на его коленях, Ева ощутила, как он вздрогнул, точно возмущенный близостью ее тела, и все же открыть дверцу больше не пытался.

Она выпрямилась на своем месте, понимая, что терпение его на исходе.

— У Алмы все будет хорошо. У нас с тобой тоже. Только это зависит от тебя.

Он даже не повернулся в ее сторону и продолжал смотреть на снежинки, прибитые ветром к дворникам.

— Конечно, у нас все будет хорошо, — машинально повторил он. — Я также слышал, что говорили врачи. Если верить им, с Алмой тоже все будет в порядке.

— Но ты же им не веришь?

Теперь он повернулся и посмотрел на нее взглядом, таким же мрачным, как ночь за окном.

— Это неважно. Что будет, то и будет. Ты все сказала, что хотела?

— Нет, Джордан. Мы только подходим к главному.

Он опять уставился перед собой.

— Нам не о чем говорить и не к чему подходить. Мы уже все выяснили. Мы поженимся. Все будет хорошо.

— Нет, хорошо не будет до тех пор, пока ты будешь страдать. Пока будешь долбить, что все хорошо, когда все совсем не хорошо. Пока будешь держать свою душу на замке и никого туда не пускать.

Он все еще сидел с мрачным лицом, уставившись в одну точку. Переведя дыхание, Ева мягко продолжила:

— Я люблю тебя, Джордан. Всем сердцем. Я очень тебя люблю.

— Прекрасно, — напряженно пробормотал он. Прекрасно.

Облокотившись на дверцу, Джордан подпер голову кулаком и продолжал смотреть вперед.

Она ощущала его боль, как свою, боль, которую он старался скрыть и которую она должна была прогнать, если это вообще было возможно, если вообще были возможны по-настоящему близкие отношения между ними. Она постаралась смягчить его обиду, хотя понимала, что сейчас он ее лишь терпит.

— Я.., я была не права, сорвав бракосочетание, и теперь жалею об этом. Но я же говорила, что недостаточно хорошо знаю тебя. Я и не предполагала, что для тебя нет худшего поступка, чем отказ от данного обещания. Но у меня были свои причины. После неудачного замужества я боялась, не подумав, связать себя узами нового брака. И не доверяла своему сердцу. Но когда я увидела тебя с Алмой, то поняла, что усомнилась в тебе напрасно. Что ты никогда не откажешься от своих обязательств.

— Я говорил тебе это.

— Знаю. Но я все равно боялась. И сама хотела убедиться. К тому же были и другие опасения. Я вбила себе в голову, что во мне нет ничего такого, что могло бы надолго тебя привязать. Я думала, что не смогу стать тебе равной, но я ошибалась, Джордан. Я думала, что от меня требуется только любовь, но бывает в жизни, когда нужно мужество, чтобы на тебя могли опереться. Например, как сейчас. — На его щеках заходили желваки, и Ева ласково погладила его стиснутый кулак. — О, Джордан, пожалуйста. Я нужна тебе сейчас. — Так и должно быть. Для этого люди и находят друг друга, для этого и существует любовь.

— Остановись, — зарычал он и скинул ее руку.

— Нет. — Она опять схватила его руку, отчаянно пытаясь сломить броню его неприступности. — Я не остановлюсь. Никогда. Теперь Алма будет жить, но придет день, когда ее не станет. И если ты никому не позволишь себя любить, если не будет никого, кому бы ты смог довериться в трудную минуту… О, Джордан! Что с тобой будет, когда придет настоящая беда?

— Все. Хватит, — отрезал он и вновь взялся за ручку дверцы, стараясь освободиться от Евы.

Но она упорствовала.

— Я люблю тебя, Джордан. Я никогда тебя не покину. Пожалуйста, доверься мне.

Он резко повернулся и посмотрел на нее. Его лицо было искажено гневом — иначе он бы не мог скрыть свой страх и боль.

— О, черт, отпусти же меня.

И, распахнув дверцу машины, он поставил свои длинные ноги на заваленный снегом асфальт. Но сдаваться Ева не собиралась. Вслед за ним она тоже выскочила из машины и кинулась его догонять. Каким-то чудом ей удалось схватить его за рукав.