Чтение онлайн

Мужчина пытается перехватить мою руку, но у меня словно проснулось второе дыхание. Меня захлёстывает ярость, я размахиваюсь и сильно шлёпаю бывшего любовника по щеке.

Ого, я смогла! Я дала оплеуху!

Глаза Игоря расширяются, и я вижу, как он напряжён – на шее начинает пульсировать венка.

– Я не понял, ты чего такая смелая стала? На курсы самообороны записалась, что ли?

Он опускает руки, и, не мигая, смотрит на меня изучающее, очень настороженно. Ага, он меня опасается!

– Были бы у меня ногти, я бы сейчас тебе всю рожу расцарапала!

Беляев криво ухмыляется:

– Значит, сегодня мне ничего не грозит? Чудесно!

– Убирайся!

Протискиваясь между мужчиной и манежем с сыном, я спешу в прихожую. Очень надеюсь, что всё закончилось, и Игорь больше не станет пытаться взять меня силой.

Толкаю дверь наружу:

– Уходи! Я не желаю тебя больше видеть!

Мужчина подходит ко мне вплотную и выставляет вперёд руку. Затем наклоняется в бок, и прикрывает входную дверь:

– Не думай, что тебе так легко удалось от меня отделаться! Я ещё вернусь, и ты обязательно будешь моей, не сомневайся!

По моему телу проносится волна дрожи от этого шипящего, угрожающего голоса. Коленки начинают трястись, а внутри всё переворачивается – неужели, он, наконец-то, уйдёт?

Тут входная дверь распахивается, и на пороге возникает подтянутая широкоплечая фигура хоккеиста. У Игоря вытягивается лицо, и он, нахмурив брови, спрашивает:

– Мужик, ты кто?

У меня как будто камень с души свалился!

Я кидаюсь к ничего не понимающему спортсмену, и обвиваю его шею своими руками. Полонский удивлённо переводит взгляд с Беляева на меня, но, слава Богу, молчит. Мне нельзя дать ему сказать хоть что-то, иначе он выдаст меня с потрохами!

– Дорогой, ты пришёл!

Я целую Максима Дмитриевича в губы и сразу отстраняюсь. Блин, я сама от себя не ожидала такого поступка. Никогда ранее мне не приходилось целовать мужчину первой вот так, с наскока.

Мммм, а губы хоккеиста очень нежные, мягкие, и с каким-то сладким привкусом – возможно, он ел какую-то конфетку только что.

– Что тут происходит?

Полонский явно обескуражен моим пылким поцелуем. Но ещё больше он недоумевает по поводу присутствия рядом со мной незнакомого мужчины, который настроен весьма враждебно.

– Познакомьтесь. Игорь Беляев – мой бывший молодой человек. А это – Максим Полонский, мой любимый мужчина.

Я хватаю спортсмена за руку, и изо всей силы сжимаю её. Господи, только бы он промолчал и всё понял!

– А вы случайно не хоккеист? Мне кажется, я видел игры с вашим участием.

Беляев выжидательно смотрит на соперника оценивающим взглядом, чуть отступив от меня на шаг.

– Да, вы правы. Я – нападающий сборной.

Понимаю, что знакомство состоялось, и хоккеист не выдал меня. Это просто отлично!

– Так значит, вы теперь вместе с Риткой?

Игорь кидает презрительный взгляд в мою сторону.

– Нет, вы не правы. Не с Риткой, а с Маргаритой. Я очень люблю и уважаю свою девушку, и прошу от всех остальных такого же уважения к её персоне!

Голос Полонского звучит громко в моей маленькой прихожей, и у меня от счастья перехватывает дыхание. Вот он какой! Не только всё понял, но и заступился! Вряд ли Игорь полезет в драку с профессиональным спортсменом – побоится за своё здоровье.

– Да-да, вы правы.

Беляев опускает глаза в пол, а потом, прищурившись, спрашивает:

– А вам известно, что вы живёте на моей жилплощади? Я уезжал ненадолго, но эта квартира Маргарите не принадлежит – мы покупали её совместно. Я думал, что наши хоккеисты – состоятельные люди и не будут ютиться в двадцатиметровой студии на окраине Москвы.

У меня забилось сердце. Чёрт возьми! Чего хочет добиться Игорь? Компенсации за полквартиры? Но мне не выкупить сейчас его долю, я и так погрязла в долгах и кредитах!

– Не знал. Что ж, в таком случае, Рита пока переедет в мою квартиру в центре. А вы занимайтесь разменом этой студии!

– На что я разменяю полквартиры? На комнату в коммуналке?

Полонский пожимает плечами, а я подскакиваю к бывшему любовнику, и трясу кулачком у него возле лица:

– Ты – мерзкий и наглый! Как бросить меня с двухмесячным ребёнком на руках – пожалуйста! Не платить алименты – тоже! А квартиру тебе подавай! Я не откажусь от нашей с Никитой доли, она принадлежит нам по праву, туда вложены мои сбережения!

– Да ты вон к Максиму Дмитриевичу переедешь. Неужели, тебе денег не хватит? Оставь мне квартиру, а?

– И не подумаю! Убирайся! Я подумаю, как можно разделить жилплощадь. Но дарить тебе ничего не собираюсь.

Игорь морщится и оттопыривает губу. Он вмиг становится похожим на обиженного мальчишку, которому не купили понравившуюся машинку. И что мне раньше нравилось в этом мужчине? Почему я думала, что у него сильный характер? Теперь видно, что он обижает только тех, кто слабее, а перед трудностями – пасует.

Обычный домашний тиран. Жалкий и гадкий. Вряд ли он вообще что-то может, кроме угроз.

В душе поднимается какая-то волна гнева, и я понимаю, что у меня появилось стойкое отвращение к некогда бывшему любимому человеку.

– Вот ты, какая стала. Что ж, ещё встретимся.

Он отталкивает Полонского и выбегает из квартиры. Хоккеист смотрит ему вслед и выгибает одну бровь дугой:

– Хочешь, я его догоню?

Я машу рукой, и захлопываю дверь. Вот ещё! Марать руки об этого гнилого человека? И где были мои глаза, когда я любила его?

– Проходи, пожалуйста. Спасибо, что подыграл.

Я щёлкаю замком и иду в комнату – проверить, что делает Никитка. Нужно и впрямь будет подумать о том, как разъехаться с Беляевым, чтобы он оставил меня, наконец, с сыном в покое.

– Уснул?

Максим Дмитриевич аккуратно заглядывает в манеж, где лежит, свернувшийся клубочком, мой любимый мальчик.

Киваю.

– Ну, что ж поделаешь. Не будить же. А долго он спать будет?