Чтение онлайн

– Моя еда не так ужасна.

– Как скажешь.

– Я тоже по тебе скучал. Но если ты еще раз мне соврешь, мы расстанемся.

Потом мы поцеловались, и я решила, что заполучила его навсегда. По крайней мере, он навеки пропал из всех моих списков.

Мартин Сноу уже две недели не отвечал на мои звонки. Пора было объяснить ему, что намерения у меня самые серьезные. Утром я приехала к нему в офис.

– Уэнди Миллер из ПРСТУ (случайный набор букв, не пытайтесь расшифровать), – представилась я.

– У вас назначено? – спросила секретарь.

– Нет, но я по срочному делу.

– Можно узнать по какому?

– Я должна поговорить с ним лично. Он у себя?

– Да, но…

Поздно. Я вошла к Мартину в кабинет и закрыла за собой дверь. По системе внутренней связи секретарь объявила:

– Уэнди Миллер из ПСТ…

– ПРСТУ, – поправила я. – Спасибо! – крикнула я погромче. – Я все слышала!

– Кто вы? – более-менее вежливо спросил Мартин. – Что такое ПР…

– Не важно, – сказала я. – Меня зовут Изабелл Спеллман. Вы уже две недели не отвечаете на мои звонки.

– Что вы тут делаете?

Если не считать испуганного взгляда, лицо Мартина Сноу было почти таким же, как на фотографии в моей папке. Обычно первые десять лет после школы хуже всего отражаются на внешности мужчины, но Мартин выглядел прекрасно. Только уверенности у него поубавилось, когда я назвала свое имя.

– Я хочу задать несколько вопросов, ответить на которые можете только вы.

– Полиция сделала все возможное, чтобы расследовать это дело, потом еще год над ним работали ваши родители. Что можно узнать двенадцать лет спустя?

– Может быть, ничего. Но я должна признать, что ваше нежелание сотрудничать вызывает у меня подозрения.

– И в чем же?

– Почему вы не перезвонили?

– Думал, если не отвечу, то вы угомонитесь.

– Глупо с вашей стороны.

– Мисс Спеллман, я не хочу заново все это переживать. Мне хватило.

– Разве вам не нужны ответы?

– Нужны, однако вы вряд ли сможете их предоставить. Пожалуйста, оставьте меня и мою семью в покое.

– Если вы ответите на мои вопросы, я уйду.

– Вы уйдете, если я вызову охрану.

– Возможно. Но я буду вам звонить, – предупредила я. – И я могу быть очень настойчивой.

– Три вопроса. На этом все.

– Почему Грег Ларсон не поехал с вами в тот день?

– Он гостил у своего дяди в городе.

– Он часто к нему ездил?

– А почему вас так интересует Грег? Вам нужно его алиби?

– Не совсем. Ответьте на вопрос, пожалуйста.

– Нет, он не часто к нему ездил. Кажется, Грег хотел попасть на какой-то концерт. У вас остался один вопрос.

– Когда я на прошлой неделе разговаривала с вашей мамой, она упомянула, что потратила сто тысяч долларов на ваше образование.

– Это был вопрос, мисс Спеллман? У меня очень много дел.

– Вопрос такой: если у вас были деньги, зачем вы взяли кредит на сто тысяч долларов в департаменте образования США? Неувязка выходит.

Мартин явно пытался придумать логичный ответ. Я избавила его от этой необходимости:

– Не утруждайтесь, Мартин. Я не собираюсь никому рассказывать о вашем обмане. Но здесь что-то неладно, и я этого так не оставлю.

Всю ночь белые пятна в деле Сноу не давали мне уснуть. Число вопросов росло гораздо быстрее, чем число ответов. Улучить время для сна удавалось все реже. Наутро я выбралась из кровати и решила наведаться на родительскую кухню, потому что страшно хотела кофе. Кофейник был полон, а кухня пуста – настоящий рай. Я налила себе огромную кружку, села и понадеялась, что тишина продлится еще какое-то время.

Тут же на кухню вошел Дэвид, в костюме и с портфелем.

– Что ты тут делаешь?

– Здравствуй, Изабелл, как твои дела?

– А ты как думаешь?

– Если судить по твоему внешнему виду, дела не фонтан.

– Спасибо. Зачем ты приехал?

– Я вместе с Рэй еду в школу. У них сегодня День профессионала. Буду рассказывать детям о своей работе.

– Почему она не попросила маму или папу?

– Говорит, не хочет, чтобы ее одноклассники становились частными детективами. Ей не нужны лишние конкуренты.

– Ничего себе дальновидность!

– Я тоже так подумал.

– Она нарыла на тебя компромат, верно?

– С чего ты взяла?

– У тебя таинственная подружка, и ты даешь Рэй карманные деньги. Работаешь ты восемьдесят часов в неделю. Неужели ты решил убить полдня на разговор с девятиклассниками, минимум десяток из которых станут адвокатами и без твоего участия?

– Умно.

– Пару месяцев назад у мамы был на тебя компромат. Теперь он есть у Рэй. Я думаю, это одно и то же. И еще я думаю, что ты на многое готов, лишь бы я не узнала твою тайну.

– Рэй, ты идешь или нет?! – нервно крикнул Дэвид, и я поняла, что почти его расколола.

– Минуту! – проорала Рэй.

– Если бы ты оказывал ей услугу, она бы так на тебя не кричала. Просто расскажи мне все как есть. И не надо будет скрываться.

– Я расскажу. Но сначала расскажи мне, чем займешься после увольнения.

– Пока! – сказала я и пошла наверх.

Поднявшись на несколько ступенек, я наступила на халат и пролила кофе. Села на лестницу, сняла носок и вытерла лужицу. Я невольно оказалась на «слабом месте». Четвертая ступенька была идеальной зоной в доме для подслушивания кухонных разговоров. Все равно что на кухне сидеть. Стоит немного подняться или спуститься, как уже ничего не слышно, но на четвертой ступеньке можно разобрать каждое слово. Я совершенно случайно оказалась на ней как раз в ту секунду, когда мама спросила у Дэвида:

– Это была Изабелл?

– Думаю, да. Теперь уже трудно сказать, – ответил тот.

– Она что-нибудь съела?

– Нет, только кофе выпила. Можно дать совет?

– Ты же все равно его дашь.

– Вели ей бросить дело. Пусть увольняется. Потом она сама к вам вернется, увидишь. Сейчас вы только злите ее еще больше, и я, честно говоря, очень удивлен вашим поведением.

– Дорогой, я знаю, что делаю.

– Неужели?

– Если она достаточно долго проработает над делом, то забудет, почему хотела уволиться.