Семья взаймы
Шрифт:
Господи, снова? Я же объяснил ей все.
– Дана, я же попросил тебя… закончить эксперименты и…
– Здравствуйте, – выглядывает из кухни женщина. – Я Элеонора Александровна, мама Даночки. Вот… В гости прибежала, узнав свежие новости. Что же это вы, Чеслав, не пришли просить ее руки? Не познакомились с мамой и…
– Извините, Элеонора Александровна, мы…
Дана смотрит на меня с нескрываемой мольбой во взгляде. Не хочет, чтобы я выдавал наш секрет? Ведь так? Для этого она меня поцеловала?
– Извини, любимая, – притягиваю ее к груди и целую в губы. Сам, блядь… Вдыхаю аромат ванили и теплого, топленого молока…
– Я просто в шоке, Чеслав! – всплескивает руками теща. – Позвонила дочери, а тут такое! Она развелась, попала в аварию, успела полежать под наркозом. И, главное, ни слова не сказала! Я вызвала такси и… Вот она я.
– Вы очень красивая женщина, Элеонора Александровна, – улыбаюсь я, замечая облегчение в глазах Даны.
Миниатюрная, темноволосая, она до чертиков напоминает дочь.
– Спасибо, – кокетливо произносит она.
– Но ваша дочь… Я от нее без ума. Вот так бывает, верите? – тараторю, сжимая холодную ладошку Даны.
– Моя Дана – сокровище… Неудивительно, что вы в нее влюбились. Давайте пить чай, Чеслав. Квартиру вашу я уже оценила. Расскажите, чем вы занимаетесь и… И вообще.
– Ксюша, поставь чайник.
– Я уже, пап, – произносит она.
Ну вот… впервые назвала меня папой…
Глава 9.
Дана.
Я успела пожалеть, что все рассказала маме… Едва я осмотрелась в квартире, она позвонила. Словно почувствовала что-то… Беспокойство, любопытство, тревогу… И так взволнованно говорила со мной, ласково, нараспев. Пожаловалась на боль в сердце, плохой сон и аппетит. Ну это вполне в ее духе – концентрировать внимание собеседника на себе.
Слушала я ее долго, надеясь, что рассказом о мерзавце Коле наша беседа и закончится. Но мама спросила, многозначительно вздохнув:
«Даночка, а теперь ты подробно расскажи, что произошло за это время?»
И я рассказала… Придумала любовь… Побоялась открывать маме правду. Она непременно бы меня осудила или высмеяла. Или, куда хуже, рассказала все Андрею. А так… пусть до моего бывшего и Любаши дойдут слухи, что я счастлива в браке.
Мама прибежала к нам в гости через полчаса. Охала и причитала, хваталась за сердце. А сейчас сидит, подложив ладони под подбородок, и сверлит Чеслава взглядом.
– Чеслав, у вас мало табуреток. И вообще… Квартира требует ремонта, новых штор и мебели. Даночка наведет здесь уют, – добавляет она, изобразив на лице улыбку ведьмы Урсулы из Русалочки.
– Мам, перестань, – сиплю я, расставляя на столе чашки.
Я даже успела приготовить горячие бутерброды. Ксюша сбегала в булочную за батоном, я нашла в холодильнике колбасу и сыр, парочку помидоров и зелень.
– Дана, ты можешь присесть на… – хлопает он по своему бедру.
– Спасибо, милый, – принимаю его приглашение и сажусь.
Обнимаю его за плечи, чувствуя исходящую от Чеса дрожь… Она прокатывается по телу, концентрируясь в груди… Мне дышать больно от ощущения нелепости ситуации… Я его хочу… Пожалуй, я могу быть благодарной Чесу только за это – о бывшем я не вспоминаю.
Греюсь в его объятиях, вдыхая запах… Так мне нравится, с ума сойти можно.
– Даночка, родная, завтра нужно будет заказать новые стулья. Съездим в мебельный? – спокойно, словно делал это всегда, спрашивает Чес.
Вскидывает ладонь и заправляет мою выбившуюся из гульки прядь за ухо.
Как у него все просто! Я едва дышу, сидя на нем и делая вид, что ничего не происходит, а он… Хладнокровный, спокойный. Хирург, привыкший принимать решения быстро и на холодную голову.
– Да, любимый, конечно. Еще бутерброд?
– Да. Они восхитительные. Как вам так быстро удалось все приготовить?
– Это я помогла, папочка.
Ксюша умница, подыграла мне. Чес вмиг стал папочкой, а я – его любимой невестой.
– Вы такие классные, – улыбается мама. – Вернусь домой и расскажу Коле вашу историю любви. Если он сегодня останется у меня, конечно. Чес, тебе крупно повезло с Даной. Моя девочка заслуживала большего. Ее Андрюша никогда мне особо не нравился, он…
– Мамуль, давай не будем о нем. Расскажи Чесу о себе.
– Да, Элеонора Александровна, я с удовольствием узнаю больше о маме моей любимой невесты, – протягивает Чес, обнимая меня за талию. Мамочки, как все это выдержать? Его близость, прикосновения, ощущение теплого дыхания, щекочущего кожу.
– Я бухгалтер-экономист, проработала в банке почти тридцать лет. Сейчас фрилансер, веду бухгалтерию у трех предпринимателей. Нам бы выпить, а, зятек? А то чай, кофе…
– Элеонора Александровна, в следующие выходные я приглашаю вас в гости к моему отцу. Обещаю вкуснейший шашлык, чачу, домашнее вино и сыр…
– Ох, – кокетливо произносит мама. – Это же через две недели! А если похолодает?
– Ничего страшного, у отца уютный дом с камином.
– Как интересно… А ваша мама, она…
– Они развелись, папа живет с новой женой. Ну, так что? Планируем вылазку на природу?
– Я за, папуля! – кричит Ксюшка.
Интересно, Чеслав предупредит отца? Расскажет о нашей неземной любви, проинструктирует о правилах поведения с новой родственницей? Моя мама – та еще сердцеедка.. Господи, кажется, я никогда столько не врала… Весь день только и делаю, что притворяюсь. Не влюбленной, а равнодушной… Это сложнее всего…
Погрязаю во лжи все глубже, понимая, какую сильную боль она мне принесет. Нам принесет… Чеславу ведь тоже потом придётся все объяснять близким?
Мама тепло прощается с новоиспеченным зятем и уходит, поцеловав меня на прощание. Странно, что ей хватило воспитания не расспрашивать о Ксюше. Я потом ей все скажу, позднее…
– Фух, – выдыхает Чес, запирая дверь и выпуская из спальни Лесси. – Ну, ты даешь, Дана. Хорошо, что я быстро все понял.
– Спасибо тебе. Правда… Мама сама позвонила, я не ожидала, что все будет… так.