Чтение онлайн

Даша кивает, но сразу же передергивает плечами.

— С твоим отцом буду я разговаривать, минимизируй контакт. Хорошо?

— Да. Я поняла.

Как только заезжаем на территорию дома Дашкиных родителей, жена откидывает козырек и смотрит на себя в зеркало. Пару раз натянуто улыбается. И закусив нижнюю губу, прикрывает глаза.

Ее нервозность мне не передается, но, если она продолжит так себя вести в доме тестя, он не оставит это без внимания. Хотя бы потому, что в основном его дочь транслирует злость, а не вот эту забитую потерянность.

— Даш, — беру ее за руку, припарковав машину у гаража, — все нормально.

— Ты правда думаешь, что он может… Что Марк…

— Я могу ошибаться, — откровенно лукавлю, — но нам нужно перестраховаться.

— Ладно. Ладно, — сама сжимает мою руку сильнее, — я поняла. Сейчас. Сейчас улыбнусь или как я себя веду обычно?

— Точно не улыбаешься, — ухмыляюсь. — Недовольное лицо сделай.

— Да. Недовольное…

— Идем?

— Может, ты сам?

— Нам с твоим отцом нужно поговорить. Ты же не будешь сидеть в машине все это время?

Дашка кивает и вылезает из тачки. Поправляет свой белоснежный пиджак, на контрасте с которым ее слегка загорелая кожа кажется еще более смуглой.

В дом заходим по отдельности, пропускаю жену вперед и даже подталкиваю. В основном, если это не мероприятие, она старается держаться от меня на расстоянии, это всегда бросается в глаза. Сейчас же, наоборот, держится слишком близко.

— Мама!

Поворачиваю голову и вижу бегущего к нам Марка.

— Мамуля, — сын обнимает Дашку за ноги, и она неловко наклоняется, чтобы прижать его к себе и потрепать по голове. — Пап, привет, — сын взмахивает рукой, но обниматься со мной не спешит.

Так происходит всегда, если Даша куда-то надолго уходит или уезжает.

Тупо будет отрицать то, что к ней он привязан гораздо больше.

Жена права, даже если я и заберу его себе, то не справлюсь. Не потому, что плохой отец, а потому что подсознательно он все равно больше тянется к матери, как и все дети.

— Долго вы, — тесть выползает нам навстречу с недовольной рожей.

Киваю и протягиваю ему руку. Здороваемся и сразу идем к нему в кабинет. Без слов.

Дашка смотрит нам вслед. Чувствую ее прожигающий спину взгляд.

Закрываю дверь в кабинете и присаживаюсь в кресло.

— Ты почему не предупредил? Сорвался среди дня. Куда вы вообще ездили?

— Шопинг.

— Тебе заняться нечем больше, чтоб ее по магазинам катать? Водитель на что? Или грешки замаливаешь?

Юрий Николаевич по-крысиному хихикает.

— Рассказала мне дочь о твоих похождениях. Знай, я не одобряю.

Вопросительно приподнимаю бровь. Изначально у нас был договор, что «вроде как» без Дашкиного согласия я к ней не лезу. Хотя я и не особо собирался. Насиловать жену в мои планы никогда не входило.

— Потише надо быть, — продолжает тесть. — Мозг тебе на что? Отели, квартиры съемные. Моя дура же, — обзывает дочь, — одержима разводом, скандал устроить может. Вывалит всю эту грязь на публику. Оно нам надо?

— Вы правы, — киваю, — такого больше не повторится.

— Ну и ладненько. Антипов пропал, — тесть берет сигару и кладет ее в гильотину. — Половину дня на связь не выходит.

Антипов — адвокат. Работал на прямого конкурента тестя до недавних пор и, естественно, сливал ему информацию. Точнее, то, что ему позволяли сливать. Сейчас в свободном плавании и вроде как окончательно решил прибиться к Анину, что портит мне планы.

Илья многое знает и может подгадить. Наша последняя с ним встреча закончилась на не самой приятной ноте. А теперь вот он пропал…

Интересно.

— Найдется, нашел очередную бабу и забурился в какой-нибудь отель.

— Тоже верно. Но проверить надо. Не нравится мне это.

— Проверю.

— Не нужно. Я уже подключил ребят. Ты лучше скажи, как у тебя с Шумаковым дела? Он клюнул?

— Он верит, что я хочу помочь ему вас подвинуть.

Тесть довольно улыбается.

— Ох, Лёша всегда был дурачком. Сидел бы в своей деревне и не высовывался…

Улыбаюсь.

Шумаков когда-то был партнером моего тестя, потом Юрий Николаевич его кинул. Сейчас у них намечается второй раунд дележки бизнеса.

Снова приходится выбирать сторону, но теперь это не Анин.

— А Снегур? Он вроде в стороне держится, но Лёша его слушает.

— Вы знаете, что он предпочитает держать нейтралитет в таких ситуациях. Ничего не изменилось.

— Ладно. Марк говорит, что Дашка его фортепиано мучает. Ты бы повлиял. Он пацан, какие, к черту, песенки? На бокс надо.

— Даша говорит, что ему нравится музыка.

— Разонравится. Мы из него мужика растим или девку слащавую?

— Ему нравится, — повторяю так же спокойно, а тесть покрывается красными пятнами от негодования.

— Ну лет через десять вспомните меня, когда ему где-нибудь в школе оплеух навешают. Что он сможет в ответ? Бетховена сыграть?

— Юра, Миша, — теща толкает дверь после короткого стука. — Мы накрыли. Пойдемте ужинать.

— Ты не видишь? Мы разговариваем, — тесть повышает голос, и Маргарита Максимовна тут же поджимает губы.

— Мы сейчас подойдем, — киваю.

Теща растерянно улыбается и прикрывает за собой дверь.

— Лезет вечно… Ты тоже Дашке спуска не давай. А лучше охрану к ней приставь. Мало ли что она выкинет. Не нравятся мне эти ее разговоры про развод.

— Согласен. Приставлю человека.

С одним но, правда. Этот человек будет за ней присматривать, чтобы сам же тесть какой-нибудь дряни не выкинул.

— Ну и хорошо. Пойдем, мне там коньяк подарили. Попробуем.

— Руки помою.

Как только выходим из кабинета, иду в ванную на первом этаже.

Открываю кран и слышу, как открывается дверь. Дашка проскальзывает в просторное, светлое помещение и прилипает спиной к стене.

— Ты чего? — смотрю на нее через плечо.

— О чем вы говорили?

— Дома расскажу.

— Не врешь?

— Нет.

Вытираю руки полотенцем, теперь уже повернувшись к жене лицом.

Даша сдувает упавшую на лоб прядь волос, обхватив предплечья ладонями.

Все семь лет ее отец, ну и я в том числе — творим полный беспредел. Все семь лет я держу ее от себя на расстоянии, потому что каждое сближение — это взрыв, после которого наступает ядерная зима.