Чтение онлайн

— Эльфийка из северных, — перебил я Тора, — очень обеспеченная, поэтому надо постараться, чтобы ее чем-то удивить.

— Даже так! — Мастер надолго задумался.

Мы ему не мешали.

— У меня есть кое-что.

— И? — спросил Торрен.

— У меня есть меллран.

— Мы берем, — порывисто сказал Тор, бросившись к полуэльфу.

— Не так быстро, мой друг! — Я взял его за плечо и усадил обратно. — Что такое меллран?

— Это корень меллирона, священного дерева лесных эльфов, — объяснил Торрен.

— И что в нем такого?

— Можно я объясню? — спросил полуэльф и, получив утвердительный кивок Тора, продолжил: — Во-первых, меллиронов не очень много, во-вторых, корень можно взять только тогда, когда древо умрет, а живут меллироны весьма и весьма долго.

— Корни у такого долгожителя огромны, — предположил я, — можно на тысячелетия вперед запастись.

— Это так, — согласился мастер, — но не каждый корешок является меллраном. С дерева получается не более тысячи меллранов. И, я повторюсь, деревьев мало, живут они долго…

— Я понял, что меллраны уникальны. В чем их польза?

— Это весьма ценный реагент, точнее катализатор. Многие сложные алхимические реакции проходят только при наличии меллрана. Он весьма устойчив к любым внешним средам. Не горит, не пропитывается водой или другими жидкостями, не растворяется в кислотах. Поэтому чтобы его повредить, нужно очень постараться. Есть также побочный эффект.

— Какой? — поинтересовался Торрен, опередив меня на мгновение.

— Понимаете… меллирон не умирает, все-таки дерево жизни не может умереть, поэтому вся его жизненная энергия, которую он сумел накопить за тысячелетия, уходит в корни. Те места, где эта энергия скапливается, становятся меллранами. Побочный эффект меллрана — сильнейшие регенерационные свойства, из-за того что он может подпитывать своего хозяина огромным количеством жизненной энергии. При условии, что корень будет контактировать с открытой кожей.

— А что случится, когда в нем закончится жизненная энергия? — В этот раз я опередил Торрена.

— Такого ни разу не случалось, запасы меллрана просто огромны. К тому же меллран поглощает жизненную энергию из окружающего мира. Поэтому владельцы меллрана обычно носят его всегда при себе, а не держат в лаборатории.

— Теперь главный вопрос, — улыбнулся я. — За сколько вы готовы расстаться с этим сокровищем?

Полуэльф задумался и осторожно произнес:

— Понимаете, это очень уникальный и редкий…

— Сколько? — прервал его Торрен, заподозрив, что алхимик просто набивает цену.

— Сто двадцать золотых, — сказал он, но, увидев наши озверевшие от его жадности лица, быстро исправился. — Но вам уступлю за сотню. Как крупным клиентам.

— Дорогая у тебя любимая, — проворчал я, наблюдая, как Тор достает два мешочка с золотыми и передает их мастеру.

— Тут по пятьдесят золотых в каждом, уважаемый. Мы ждем товар, — сказал вампир.

Мастер забрал деньги и ушел. Вернулся он только через полчаса.

— Простите, что задержался.

— Да мы понимаем, — сказал Торрен. — Пока все сейфы откроешь, пока ловушки отключишь, пока все обратно включишь.

— Именно так. — Мастер бросил подозрительный взгляд на Тора. — Вот ваше сокровище.

Торрен открыл шкатулку.

— Ну что там? — ткнул я его в бок. — Дай посмотреть.

— Смотри, — ответил вампир.

Я осторожно принял от него резную деревянную шкатулку. Внутри на черном бархате лежал корешок в два-три сантиметра длиной. Обычный коричневый корешок, которых можно сотню за пять минут в ближайшем лесу накопать. Точнее, он выглядел обычным ровно до тех пор, пока я не глянул на его силовые линии.

— О, черт! — невольно вырвалось у меня. Корешок состоял из миллионов тончайших разноцветных линий, хаотично переплетающихся между собой.

— Шкатулка бесплатно, — сказал мастер Реовале.

— Ага, спасибо. — Я вернул подарок Торрену. — У вас случайно еще одного такого не завалялось?

— То есть? — Удивлению полуэльфа не было предела. — Вы хотите приобрести еще один меллран?

— Почему бы и нет? Мне это кажется неплохой идеей, — улыбнулся я.

— Сен, — спросил Фериш, — а тебе денег не жалко?

— Вам должно быть стыдно, — я развернулся к команде. — Как вы могли забыть о нашем старом немощном дедушке, который находится при смерти? Как можно оставить его без такого изумительного подарка? Как тут вообще можно думать о деньгах?

Братья, Торрен и Джула сразу поняли, о каком дедушке идет речь, но назвать Бератрона старым и немощным язык повернулся только у меня.

Дождавшись их неуверенных кивков, я повернулся к полуэльфу:

— Ну как? Случайно не найдется у вас еще одного чудодейственного корешка для старенького дедушки?

— Случайно найдется, но…

— Что?

— Это будет стоить еще сто золотых.

— Не вопрос. Будьте готовы передать его нам через два дня, когда соберете все реагенты. Я тогда же и расплачусь. Хорошо?

— Да, конечно.

— Тогда мы уходим.

Мастер проводил нас до двери. Перед уходом я задержался и тихонько шепнул ему:

— Надеюсь, вы понимаете, что распространяться о наших заказах не стоит?

— Да-да, конечно. До свидания, надеюсь, наше сотрудничество будет долгим и продуктивным.

— Я в этом уверен, — улыбнулся я и вышел.

Вернувшись в гостиницу, мы заказали ранний ужин на шесть персон в номер. Когда стол был накрыт, я попросил пригласить к нам госпожу Раберу.

Эльфийка пришла, и мы с аппетитом поужинали. После того как все было съедено, она промокнула губы салфеткой и спросила:

— Нашли?

Мы с Торреном переглянулись. Так получилось, что Торрен заметил мое отношение к этой красавице и уступал мне право разговаривать с ней. Поэтому ответил я:

— Да, думаю, нашли то, что надо.

— И что же это? — Рабера подалась вперед. Эльфийка или нет, она оставалась женщиной и обладала сугубо женским любопытством.

— Тор, куда мы бросили безделушку? — небрежно спросил я, играя на зрителя, точнее — на зрительницу.

— Что-то я забыл, где мы ее оставили, — подыграл мне Тор.

— Кажется, она у тебя в мешке была.

— Точно, я его в своей комнате бросил. — С этими словами Тор встал. — Сейчас найду.

Вернувшись, он небрежно отдал мне шкатулку и спросил: