Чтение онлайн

— Она?

— Да вроде бы. — Я приоткрыл шкатулку, посмотрел внутрь. — Да, точно эта.

— Что там? — спросила Рабера и протянула руку. — Дай сюда.

— Не надо так нервничать, — со смехом ответил я, отдавая ей шкатулку.

Эльфийка открыла ее и замерла. Судя по всему, ей не надо было объяснять, что это такое.

— Где вы нашли это сокровище? — потрясенно спросила она.

— Да тут торговец на рынке впарил нам эту штуку. Сказал, что очень ценная вещь. Пришлось ползолотого отдать. — Раз днем под дурачка закосить не получилось, то почему бы сейчас не попробовать.

— За сколько? — вскрикнула эльфийка, потом присмотрелась ко мне и, ткнув в меня пальцем, закричала: — Ты меня разыгрываешь.

— Конечно, разыгрываю, — рассмеялся я, причем остальные тоже не скрывали улыбки, — мы прекрасно знаем, что такое меллран и сколько он стоит. Скажи, хороший подарок?

— Более чем. Я его забираю?

— Нет, — ответил я и взял шкатулку. — Думаю, Торрен захочет написать письмо своей любимой и приложить его к подарку.

— Кхм… Какое письмо? — поинтересовался Торрен.

— Как какое? Письмо, в котором ты признаешься в любви самой прекрасной девушке на свете. С твоей точки зрения, конечно.

— Мы так не договаривались… — начал Тор.

— Как хочешь, — пожал плечами я. — Я лично все, что мог, предложил. Думаю, Ратире будет приятно получить от тебя письмо. Если передумаешь, Джула и Рабера тебе помогут.

— А ты куда собрался? — хором спросили Джула, Рабера и Тор.

— А я с парнями схожу на задний дворик потренируюсь, — ответил я и, глянув на братьев, спросил: — Фериш, Родигес, вы еще здесь? Метнулись кабанчиками за оружием и брысь во двор.

Рабера, Джула, Торрен

— Наконец-то, — сказал Торрен, поставив точку.

Сочинение письма стало для него мукой, так как большая часть текста состояла из слезливых признаний, которые продиктовали Джула и Рабера. А когда две женщины чего-то очень сильно хотят, то лучше не сопротивляться.

— Но я же не такой, — сказал Торрен, перечитав письмо. — Я, конечно, дико извиняюсь, но тут одни сопли, или, как вы это называете, одна романтика. Я разве похож на романтика? Это фактически обман Ратиры…

— Не волнуйся, все мужчины перестают быть романтиками после свадьбы, — сказала Рабера, — а бедной Ратире будет приятно получить такое письмо. Ты его теперь на чистовик перепиши.

— Зачем? — удивился Тор.

— Затем, что тут куча исправлений и помарок, — вмешалась Джула, — а любовные письма должны быть идеальными.

Торрен что-то неразборчиво буркнул себе под нос, а потом сказал:

— У нас нет больше чистых листов.

— Сходи, — предложила ему Рабера.

— Сейчас вызову служку. — С этими словами Торрен потянулся за шнуром вызова.

— Сходи сам. Зачем из-за каждой мелочи дергать людей? — сказала эльфийка.

— Могу и сам, — пробормотал Тор и вышел из номера.

Сначала девушки сидели молча, потом Рабера нарушила тишину:

— Твой брат Сен, кто он?

— Он? — Джула задумалась и ответила: — Он мой брат.

— Я это заметила. Но чем он занимается? И откуда вы?

— Мы беженцы из Вольных баронств, а Сен… Сен тоже беженец. — Джуле не очень хотелось рассказывать этой незнакомке все подробности.

— Странные вы. Беженцы не снимают самые дорогие номера в гостиницах.

Джула только пожала плечами.

Рабера зашла с другой стороны:

— Сегодня в разговоре со мной он сказал, что бессмертен, — Джула опять промолчала, и Рабера почувствовала, как ее охватывает раздражение, но она справилась с собой и продолжила: — Так ли это?

— Он умный, ему виднее, — снова пожала плечами Джула.

Сен

Тренировка заняла чуть меньше часа. Мышцы немного гудели от приятной усталости.

Вернулись мы с братьями в комнату вовремя: похоже, Рабера спровадила куда-то Торрена и приступила к обработке Джулы. Зря она так. Джула хоть и производит впечатление закомплексованной, но я-то знаю, что это не так. И добиться от нее слова сложнее, чем от братьев.

— Фериш и Родигес, принимать душ, я после вас, — скомандовал я. — Написали письмо? Где Торрен?

— Я здесь, — донеслось из-за спины, — письмо на чистовик собираюсь переписывать.

— Хорошо, я приведу себя в порядок и присоединюсь к вам.

Стоял под душем и думал о Рабере.

«Думаешь, уложишь?»

Вся моя интуиция кричит об этом. Правда, не уверен, что я уложу, а не меня уложат.

«Могу пожелать успехов».

Будем стараться…

Я вернулся ровно к тому моменту, когда чистовой вариант был готов, и бесцеремонно им завладел. Читать было интересно, особо трогательные места я зачитывал вслух: «…Твои глаза как чистые горные озера, в которых хочется утонуть… твоя кожа что бариинский бархат, прикосновение к ней вызывает…»

После моего третьего комментария Торрен вырвал у меня письмо, спрятал его в шкатулку и отдал ее Рабере.

— Я пошла, — сказала она и встала.

— Я провожу, — вскочил я. Около ее номера я спросил:

— Поужинаешь со мной? Глупо, конечно, и на редкость банально, но…

…Первые лучи солнца осветили черепицу на соседних с гостиницей домах.

— Ярик, Арик, — сказал я, — вот вам золотой. У вас есть полчаса, чтобы найти мне самый красивый букет цветов в этом городе. Справитесь?

— Конечно, господин, — ответил кто-то из них, и они буквально исчезли с моих глаз.

Вернулись они минут через пятнадцать, я только успел прикурить вторую сигариллу. Букет был превосходен: пятнадцать нежнейших веточек, напоминавших земные орхидеи и покрытых разноцветными цветками. Букет выглядел так, как если бы собрали воедино несколько сотен бутонов.

— Ух ты, — произнес я, принимая букет, — даже мне понравилось. Что это?

— Фарфская лилия, цветок любви и нежности, — ответил Ярик (или Арик) и извиняющимся тоном добавил: — Вот тут десять серебряных сдачи. Простите, господин, но каждая веточка стоит шесть серебряных.

— Оставьте себе, — отмахнулся я, — букет того стоит.

Я положил букет на постель рядом с Раберой и вышел.

За завтраком внизу мы встретились: Рабера с охранниками и я с моей командой. Разговор не клеился. Потом один из охранников расплатился с хозяином, и они вышли во двор, мои спутники деликатно поднялись в номер.

— Вот и все, — произнесла самая красивая девушка на свете.

— Вот и все, — повторил я за ней, как идиот.

— Не грусти, — сказала она и, оглянувшись, прижалась ко мне и поцеловала в губы. Немного подумала, достала небольшой камушек, вложила его мне в руку и произнесла: — Амулет для дальней связи со мной. Пользоваться умеешь?