Чтение онлайн

– Ой, и не говорите, сплошная суета. То ли дело здесь: красота, тишина, воздух такой, аж дышать хочется, - согласилась я и захрустела малосольным огурцом.

«Ты что делаешь? Это уже шестой! Ешь что-нибудь другое!» - послал мне странную фразу Сергей.

– «А ты что специально считаешь?»

– «Не только я один! Мама с папой тоже!»

– «А почему мне нельзя есть много огурцов? Разве они в вашем мире являются дорогим деликатесом? Гном вон тоже их уплетает. Да ещё похлеще меня. И грибы почти все сожрал».

– «Ему можно, а тебе - нет» - просто и доходчиво объяснил Вотар.

– «Не поняла. Чем это я заслужила такую «честь»?»

– «Потому, что могут подумать, что ты беременна».

– «Так уже».

– «Что «уже»?!!» - мгновенно покрылся испариной Серый и посмотрел на меня огромными глазами. Не знала, что они у него так могут увеличиваться.

– «Уже так думают», - уточнила я.

– «Ты что их мысли читаешь?!»

– «Чуть-чуть».

– «Прекрати».

– «Ну ты же свои заблокировал. Кстати, это «сестрица» тебя научила?»

– «Да. Ты же меня только обещаниями кормила».

– «Не спешила, потому что хочу знать, что у тебя на уме».

– «В зеркало посмотрись».

«Зачем?» - не поняла я.

– «Увидишь того, о ком все мои мысли», - пояснил Серый.

– «Ой, ты такой милый. Ладно, ещё немного просканирую их и закончу».

– «Нет, сейчас же перестань!»

– «Фу, уже не милый. Теперь не скажу, о чём они ещё думали».

– «Извини, солнышко».

– «Ещё раз так назовёшь – получишь в… Нет, ничего не получишь ночью!»

– «Ой, опять забыл. Прости, киска, рыбка, зайка, кто угодно, но не солнышко. Так о что же ещё удалось прочесть в головах родителей?»

– «Мама желает спросить, но в тоже время стесняется: вместе нам с тобой стелить или раздельно. А отец хочет курить, но не решается при мне показать свою дурную привычку».

– «Да. Он много раз бросал. Но что-то никак не добросит».

– Светка, я не пойму, ты, что волосы покрасила? – разглядел Алексей Алексеевич пепельные пряди на голове Цветаниэль.

– Это мода сейчас такая. Скажи же Теона? – толкнула светлая меня локтём.

– Самый «писк», - подтвердила я.
– «Серебряные локоны» называются.

– А мне кажется, такой цвет старит молодых девушек. Выглядит, словно седина, - сказала мама.

– Эх, всыпать бы тебе ремня, но при гостях не могу. Да и стыдно лупить. Вон уже невеста какая.

– А они отвернутся, - растянул рот в улыбке Вотар.

– Тогда и Серого выпори. За то, что не доглядел за младшей сестрой, - не осталась в долгу магичка.

– А давайте, раз все уже поужинали, посмотрим фотографии? – предложила мама.

– Точно, - поддержала я свекровью идею, - хочу посмотреть, каким Сережка был в детстве.

– Да он и сейчас ещё дитё, - усмехнулась «сестра».

Мама Катя принесла тяжёлый альбом и села на диван. Мы со светлой плюхнулись рядом. Вотар тоже составил нам компанию, обнял меня сзади, стал приятно поглаживать пальцами между лопаток и, вызывая «мурашки», задышал в шею.

Папа Лёша похвастался Базирогу, что изобрёл новую зернодробилку. Тем самым, попав в самое слабое место гнома. С радостью оба отправились в сарай: один удовлетворять своё любопытство, другой, чтобы, наконец, выкурить сигарету.

Вотар. Мама, как обычно, листала альбом с последней страницы. Она всегда просматривает газеты и журналы задом-наперёд. Объясняла она это тем, что у неё не так хватает времени, чтобы прочесть всё. А так как всё самое интересное печатают в конце, то главное она не упустит.

Вот и сейчас альбом листался последней страницы. Однако сейчас это ничем не мотивировалось – просто привычка.

Цветаниэль с интересом рассматривала «свои» детские снимки.

– Ой, какой, лапочка!
– вскрикивала Теона почти на каждую мою фотографию. И с умилением любовалась моими пухленькими щёчками и пузиком. – Ты не рассказывал, что был толстячком.

– Это ещё до того, как пошёл на борьбу, - хмурил я брови и переворачивал лист.

– Ух-ты, какие симпатичные хвостики. А банты? Какие банты! – воскликнула светлая эльфийка, увидев Светку-первоклашку.

«Поменьше, эмоций. Ведёшь себя, будто видишь не пятисотый, а первыё раз эти фото», - «маякнул» я ушастой сестрёнке.

– «Ну я же и правда… А-а, поняла. Постараюсь».

– Тебе всегда с боем приходилось делать причёску, - вспомнила мама. – А сейчас смотрю и не узнаю собственную дочь: у вас с Теоной такие красивые косы заплетены. Прямо настоящие русские красавицы! Только, дочка, мне кажется, уж сильно вы их затянули. Уши не сдавливает?

– Нет-нет, всё нормально! – хором ответили эльфийки и все засмеялись (мы с мамой искренне, а «ушастые» нервно).

Перелистнули альбом дальше. На следующей странице всего лишь одна фотография - около дверей роддома, совсем ещё юная мама держит на руках младенца, судя по дате внизу карточки - Светку. Но фотография нестандартного размера. Создалось впечатление, что кто-то отрезал половину.

Если бы в тот момент я не взглянул в глаза мамы, но ничего бы не заподозрил. На мгновенье, только что радостная женщина вдруг превратилась в убитую горем. Трясущимися пальцами она попыталась быстрее перевернуть дальше, но я положил на альбом ладонь.

«Что-то случилось», - сообщила мне Теона.

– А почему эта фотография обрезана? – тут же задала вопрос Цветаниэль.

– Да не помню уже, столько лет прошло.

– Мам, ты не умеешь врать. В чём дело? – строго спросил я. – Что тебя расстроило?