Чтение онлайн

Но всё когда-то кончается, наконец, в двери раздалось шебуршание, и в квартиру стайкой ввалились шумные и весёлые вчерашние знакомые. Все трое были в комплекте! Не обращая внимание на возгласы приветствия, Аркадий ринулся к их сумкам, выглядевшим подозрительно скромно. В сумках были сигареты, коньяк и какие-то предметы женского туалета. Возгласы подружек были примерно такого рода:

— Арно! Мы тебе курить принесли, хороших сигарет!

— Я не курю! — простонал пленник.

— Разве? — почти хором удивились подруги. — А нам показалось, что ты любишь курить!

— Я жрать люблю! — простонал пленник, — Элеонора, давай отправляй меня назад, в Мурманск!

— Арник! Мы же договорились о встрече с начальником радиостанции!

Проказницы не уточнили, что договор был только лишь между ними и Аркадием. Он же понял, что они договорились с самим начальником, поэтому обречённо промямлил:

— Ну, это меняет расклад. А, пожрать могли бы принести, хотя бы!

— А вот!

Эльвира развернула пропущенный страдальцем пакет, и компания набросилась находившиеся в нём пирожки из общепита. Пирожков оказалось неожиданно мало. Аркадий с голода заглотал большой кусок. У него начала развиваться икота, но пока он бегал на кухню и совершал судорожные глотки, с пирожками было уже покончено. Он выжидающе пошуршал пакетом и разочарованно стал смотреть на хозяйку квартиры. Та не преминула отреагировать и воскликнула:

— Что же мы медлим! Давайте выпьем, вы, что, сюда жрать пришли?

Пока пили коньяк, несчастный Аркадий пытался выяснить перспективы ужина, но он был резко прервали:

— Не будь таким плотоядным! Мы будем сыты любовью!

Началась вчерашняя кутерьма. Секс царил прямо по масштабам запрещённых порнофильмов! Лишь изредка участники оргии прерывались на распитие коньяка. Эльвира приободряла:

— Пей, Арлекино, коньяк поднимает потенцию!

Сон от усталости, наконец, свалил героя-любовника. Он уже не ведал, что там подружки выделывали с ним, пока он спал. Но сны снились ему суперэротические!

Когда он проснулся, на столике была новая записка, но с тем же содержанием. Аркаша обречённо выглянул в окно. Там всё было по-старому. Небритая щетина начинала чёсаться. День прошёл точь-в-точь похожий на предыдущий. Голод, вроде бы, стал даже привычным. Он уже не пытался искать съестное в этом доме. Всё время, в отупении, он смотрел с лоджии на открывающийся взору пейзаж. Дом стоял на окраине, хотя, судя по размеру города, здесь всё было окраиной, пейзаж представлял собой лысые сопки Заполярья, то есть был весьма унылым и навевал дикую тоску. Надежды, что шабашник на «Жигуле» вернётся и перевезёт его в багажнике назад, становилось всё меньше. Настроение у пленника было хоть вой!

К вечеру замок в двери опять зашебуршал. Истощённый Аркадий плохо реагировал на всякие изменения во внешнем мире. Однако, ворвавшиеся подруги источали радость и веселье. Так ведут себя домашние собаки, когда хозяин возвращается после долгого отсутствия. В сумках подруг был опять коньяк и масляные пирожки. Других яств Аркадий не надеялся увидеть… Так же, как и в предыдущий раз, подружки съели почти все пирожки сами и принялись терзать свою жертву. Аркадий пытался задавать им вопросы о начальнике радиостанции. Взамен ему предлагали посмотреть дефицитный тогда порножурнал. Когда вконец изможденный герой-любовник забылся во сне, подружки продолжали работать над его плотью.

Наутро всё повторилось вновь. Эльвир и других Эльз в квартире уже не было, а была опять же новая записка, но с прежними словами. Уже безразличный ко всему Аркаша просто вышел на балкон, даже не вглядываясь в унылый пейзаж, который никогда не менялся. На сопках лишь кое-где торчали клочки кустов и где-то по гребню шли столбы то ли ЛЭП, то ли связи. Вдруг слух Аркадия заострился — с соседнего балкона послышался лязг защёлок. После этого дверь балкона отворилась и на свет вышел свежевыбритый мужчина, весь вид которого являл высокую харизму.

— Здравствуйте… — робко проблеял невольный пленник амурных дел.

— Здравствуйте! — с высоким достоинством промолвил гладко выбритый сосед.

Аркадий, увидев в лице этого благородного мужчины надежду на своё спасение, заискивающе попытался завязать знакомство:

— Прекрасная погода, не правда ли?

— Погода, в нашем понятии — это когда ветер крепчает! — загадочно ответил аккуратно одетый в спортивные одежды гладко бритый сосед.

Аркаша не стал вдаваться в тайный смысл чужих понятий. Осмысливая дальнейшие ходы, он стал соображать: «Блатной, может? Уж больно повадки у него как у пахана!» — судорожно думал он. Но, похоже, это был единственный шанс вырваться из заточения. Ему, как не имеющему возможности посоветоваться с кем-либо, приходили порой фантастические мысли: «Может, Эльвира с подругами, мстя в его лице кому-нибудь, решили высосать его, как паучихи, а жалкую оболочку похоронить где-то?»

Аркаша решил «заблатниться», чем, как ему казалось, он приглянулся бы соседу, как собеседник:

— Зусман Колосовский! — выкрикнул он отчаянно первое пришедшее на ум, как ему казалось, блатное выражение.

— Вы, что, поляк? — заинтересованно спросил сосед.

«Есть контакт!» — ликовал в душе Аркаша, но от блатного сленга стал отгребаться и сообщил, как ему казалось, с налётом интеллигентности:

— Да в некотором роде!

— Зашло в торговый порт намедни польское судно. Встало под загрузку апатита! Вы, часом, не с него? — сосед явно ориентировался на небритость собеседника.

— Почти! — цеплялся за малейшую возможность продолжить знакомство Аркадий, поэтому продолжил бессвязно. — Я имею отношение к пропавшему в Арктике самолёту!

Сосед стал поглядывать на небритого Аркадия уже с уважением. Как потом оказалось, гладковыбритый был капитаном атомной подводной лодки и как истинный моряк с уважением относился ко всяким катастрофам, всегда был готов к участию, к помощи терпящим бедствие. Это чувство локтя присуще на генетическом уровне всем истинным морякам. В биографии любого из них обязательно есть факты пребывания в катастрофе, сильном шторме, или загадочных явлениях на море, явно угрожавших жизни и плавучести корабля. Также в памяти моряка всегда живы погибшие товарищи и родственники. Моряк всегда придёт на помощь любому, даже врагу! Поэтому после сообщения Аркадия о пропаже самолёта, разговор пошёл совершенно в другой плоскости.

— Так что же вы его не ищете? — вскричал хорошо побритый сосед.

— Хозяева квартиры ушли, дверь захлопнулась, а я выйти не могу! — бессвязно молотил Аркаша.

— Сейчас мы что-нибудь придумаем! — принял решение сосед.

Раз уж он был капитаном, он мог только руководить. Вскоре сквозь не притворённую дверь послышались команды, отдаваемые по телефону:

…С концами бегом ко мне!..

Через четверть часа — Североморск город крошечный — на балконе появились ещё два молодых мужчины офицерского вида. В руках у них был кусок фала толщиной со взрослый палец. Один, который был постройнее, вскарабкался на перила и увязал фал за низ прута перил верхнего балкона. Который был поздоровее — страховал его за ноги. Бритый отдавал резкие чёткие команды. Вскоре концы фала были перекинуты Аркаше и он получил распоряжение:

— Подтянись на руках и прыгай к нам!

Аркаша, утомленный голодом и сексом, незамедлительно сиганул с балкона на балкон. Он больно ударился ногами о перила, но это было ничто на фоне общего спасения! Наконец, все участники операции стали знакомиться, скрепляя сей акт рукопожатиями. Сосед, капитан подводной лодки, оказался Егором Бриттовым. Виртуозный верхолаз представился его первым помощником Сашей. Третий, который был на страховке, назвался Азевым Жорой. Служил он на той же лодке старшим помощником. Когда возбуждение компании после акции спасения стало проходить, благоразумный Жора поинтересовался, что вообще-то делал Аркаша на чужом балконе? В глубине его замполитовской души бродили сомнения, уж не квартирного ли воришку они спасли, став, тем самым, соучастниками преступления?