Чтение онлайн

– Массивы, конечно же, сдохли безвозвратно...

– Лапшерезка, - уныло подтвердил Злыдень, легко подпадающий под гипнотизм обсуждаемых тем.
– Да еще низкоуровневая. По существу, место, где хранились массивы, заново размечено.

Жмур покачал головой.

– Да-а, дядька... Мистикой попахивает. И что ты намерен делать?

Злыдень оторвался от банки.

– Этот Фриппи не первый раз оставляет треки. И везде извиняется за неровный почерк, зараза. Правда, до сих пор все обходилось без мистики.

Вообще-то, треки после удачного лома оставляла только молодежь, у которой багов в голове больше, чем мозгов. Потому что хакер, оставляющий трек - отслеженный хакер. Не в этот раз, так в следующий. Да что там, ловились такие зубры, которых отследить не удавалось годами. И те иногда оступались и падали в вязкие сети охранных систем. С таким обширным и наглым треком этот Фриппи должен был вляпаться если не в первый же лом, то во второй уж точно. Не лезло рассказанное ни в какие ворота, и Жмур это по-прежнему чувствовал.

Рюкзак на пуфике делал недвусмысленные знаки, потому что пиво у него иссякло. Прохладный цилиндр взвился на миг в воздух и надежно утвердился в руке Рюкзака. Тихо пискнуло кольцо и явилась соблазнительная пена.

– И сколько треков рассеяно?
– спросил Жмур Злыдня, выуживая очередную банку из холодильника.

– Больше семидесяти.

Злыдень сказал это спокойно, словно пожаловался на надоевший дождь.

– Федералка устраивала на него тотальную охоту, эдакое лихое сафари с перекрестным серверным эхом - без толку. Народ посерьезнее, в том числе и Лощинин, до сих пор не страдал; вляпавшись же сразу вызвонили меня.

– И ты за это взялся?

– Возьмусь. Вот отдохну недельку, и возьмусь, - подмигнул Злыдень, на глазах веселея.

Жмур сразу понял: старая железяка просто выжидает, чтоб Фриппи успокоился и снова начал шастать по сетям, потому что сейчас он, безусловно, затаился и валяется на самом дне, отгородившись непроницаемым сигналом занятости.

Жмур понял и улыбнулся.

– Мы сможем помочь?

– Думаю, сможете, - заверил Злыдень.
– Есть у меня идея... А пока оттягивайтесь, семнадцать дней на перегоне - это не два байта переслать! Завтра свяжемся с Лощининым. Он обещал подкинуть какую-то заезжую команду в дубль.

– Ладушки, - Жмур не скрывал радости, потому что Лощинин всегда платил щедро.
– Но молодежь оборзела. Пора показать ей, что такое настоящий затык.

– Может, еще и Энди подключить?

Злыдень с готовностью кивнул:

– Лощинин его крутит. Но ты же знаешь Энди...

Жмур знал Энди: курчавого бородача в неизменном полосатом халате, любителя чая и четырехмерного тетриса. Его "Я" всегда было в блаженном равновесии, потому что на одной чаше весов покоились безграничные знания хакера старой школы, а на второй - безграничная и необоримая лень.

Жмур мечтательно зажмурился. Если Энди согласится, это будет добрая стая. А где добрая стая - там и добрая охота. А где добрая охота (сама по себе вещь заманчивая и щекочущая нервы) - там и пир вскорости.

Больше хакеру желать было нечего.

~# root

~# open console 3

@comment: user [Аурел Чогоряну]

@comment: status [swimming node]

@net locate: Slider.88.slider

Восьмиэтажные шпили "Зонул Сенсера" вонзались в темное вечернее небо, утопая в холодном свете прожекторов. Выглядели эти башни совершенно чужеродными, и то, что высота их не расплющила, представлялось странным. Люди, которые осмеливались подняться выше первого этажа всегда казались ему идиотами. Впрочем, теперь это чувство притупилось. Иногда он и сам переходил улицы по подвесным эстакадам, в двух шагах от проносящихся каров, а дасфальт оставался далеко-далеко внизу, метрах в четырех-пяти. Но представить себе безумцев, ежедневно возносящихся в лифте на восьмой этаж, было трудно. Даром, что лифты с компенсаторами.

Аурел помнил горы Южного Пояса. Разве их забудешь? Как забыть темные провалы ущелий, где брошенный вниз камень исчезает прежде, чем успеваешь это сообразить и взрывается на дне, словно маленькая водородная бомба? Восьмиэтажки - те же горы, только рукотворные. Впрочем, строителям сити нужно отдать должное: возвести эдакие громадины, конечно, было непросто. Да и поддерживать их в вечном антиполе - разве сахар?

Выплюнув на равнодушный дасфальт пустую капсулу нейростимулятора, Аурел зашагал прочь от центра. Рассеянный свет лился сверху, рождаясь прямо над улицами. Бесшумно проносились кары, исчезая в ночи.

Комнату он снял совсем недавно. Дня три. Даже привыкнуть еще не успел - Аурел долго сживался со звуками и запахами нового жилища, всегда, сколько себя помнил. Переезды с места на место случались регулярно, как рассветы, сидеть на одном не получалось. А вещей у него было всего-то: мотоцикл, портативная борда, портативный диал да старая кожаная сумка, где болтались, словно горошины в матрешке, несколько коробок с дисками и зубная щетка. Заношенную одежду он просто выбрасывал, купив предварительно новую, как правило - что-нибудь джинсовое от Говарда Шепарда. С обувью поступал так же, только здесь у него определенной привязанности к производителю не было. Покинув горы Аурел старался больше не влезать в зимние широты, держась вблизи экватора, благо места от побережья до побережья хватало. Наверное, он пустился бы в пробег по островной цепи, если бы его мотоцикл умел скользить по волнам. А так...

Аурел резко остановился. Мысль была мгновенной и завершенной, как вспышка прорванной защиты. От побережья до побережья! Черт возьми! Сити стоит на западном краю материка, зона высадки - на восточном. Два самых больших города в мире, и между ними - миллион километров равнины. Редкие городки, разбросанные по экватору. И перегон - неведомо кем укатанная до полироидной гладкости земля, трасса, о какой можно только мечтать. Аурел ни разу не пересекал материк. Почему бы не сделать это впервые?

Не дойдя до улочки, где ждала снятая комната, Аурел свернул под ближайшую голограммную зыбь - рекламу небольшого бара. Бар звался "Потерянный кластер". Вероятно, его основали давным-давно, еще когда компьютеры были большими, потому что столики до сих пор были расписаны под древние трехдюймовые магнитные дискеты, которые вмещали - смешно подумать - аж полтора мегабайта! Интересно, кому были нужны файлы в полтора мегабайта? Что в такой спейс вообще можно впихнуть?

Народ здесь тоже собирался околокомпьютерный, ибо "сквишь", "дупес", "давить поганые форточки", "рулез" и "суксь" доносились из каждого угла. Аурел окинул взглядом зал, но взгляд вяз в табачном дыме. Длинная стойка, около которой грибами торчали высокие вертящиеся табуреты, показалась ему заманчивой. Он пересек прокуренный спейс бара, огибая столики-дискеты и стараясь никого не задеть. Взгромоздился на гриб-табурет и встретился с водянистыми глазками бармена.

– Пива, пожалуйста, - попросил он как можно вежливее. В этом баре, скорее всего, собирались обитатели какой-нибудь местной локалки, знавшие друг друга давно и прочно, и, без сомнений, успевшие обрасти пропастью законов и правил, непонятных чужаку. К чужакам и относились неприязненно, это Аурел безошибочно прочел в бесцветных глазах бармена. Вероятно, Аурел был здесь единственным чужаком.

Бармен с сомнением взглянул на истертую куртку Аурела.

– А заплатить у тебя найдется чем?