Чтение онлайн

Ева почувствовала себя как товар на распродаже.

— Но это не просто так. Мы предлагаем вам сделку: если Ева выйдет замуж за Павла, мы будем ежемесячно присылать вам рубины с наших рудников, — сказал Граф, делая акцент на выгоде.

Она взглянула на отца, и его глаза выдали интерес. Ева была в ступоре, понимая, как жил принц, и почему он не желал этого союза с Софией. Здесь, в этом зале, ощущалось отвратительное давление.

— Павел, может, ты прогуляешься с Евой? Познакомитесь ближе, — предложила Графиня.

— Да, конечно, матушка, — согласился Павел, протянув руку к Еве.

Она не приняла его руку и, молча, встала. Взгляд, брошенный на родителей, был полон горечи и отчаяния: если они согласятся, она никогда им не простит. Молча, она вышла с Павлом в сад.

Они уселись за столик, и Павел начал что-то рассказывать, но Ева не слышала его слов. Мысли о брате Александре не оставляли её. Когда он вернётся? Возможно, принц придет и заберёт её отсюда? Эта мысль казалась абсурдной, но паника сжимала её сердце.

Павел заметил, что она не обращает на него внимания, и это разозлило его.

— Слушай ты! — выкрикнул он, привлекая её внимание. — Я тебе клоун, что ли? Даже если ты этого не хочешь, ты всё равно станешь моей! Видела, как глаза предков засветились, когда мы заговорили о рубинах?

Он грубо схватил её за лицо, его слова звучали как угроза.

— У тебя нет выбора, — прошептал он с безумством в глазах.

Ева почувствовала, как страх охватывает её, а слёзы катятся по щекам. «Господи, кто-нибудь, помогите мне!» — молила она в этот момент.

Анна, служанка, чувствовала, что что-то не так, и решила проверить, как там госпожа с господином, зная, что Ева боится Павла. Когда она увидела сцену, устроенную Павлом, её сердце сжалось от ужаса.

— Госпожа! — крикнула она, подбегая к Еве. Павел, удивлённый тем, что кто-то ещё здесь, отступил.

— Господи, госпожа, вы вся трясётесь! Пройдёмте, — сказала Анна, помогая Еве встать и уводя её из сада в её покои.

Ева чувствовала, как с каждой минутой нарастает давление, и лишь рядом с Анной находила немного успокоения.

Анна осторожно провела Еву в её покои, стараясь поддержать её в этот трудный момент. Ева, дрожащим голосом, умоляла: «Анна, пожалуйста, наберись мне ванну. Помоги мне избавиться от его взгляда. Анна, прошу, найди моего брата». Её слова были полны отчаяния, и Анна впервые увидела её в таком состоянии — с разбитым сердцем и полным паники взглядом. Она понимала, что Ева была в состоянии глубокого страха, и, несмотря на все свои старания успокоить её, Анна чувствовала, что это не приносит облегчения.

В этот момент в комнату влетел Александр. Он мгновенно подбежал к Еве и крепко прижал её к себе. «Тш-ш, тш-ш», — произносил он, нежно гладя её по спине. Ева продолжала рыдать, но постепенно её слёзы стали менее бурными. Она обняла брата, словно пытаясь найти в его объятиях защиту от всего, что её окружало. «Брат, где вы были? Мне так страшно! Я ждала вас, надеялась, что вы меня заберёте. Пожалуйста, не дайте меня продать!» — её глаза были полны отчаяния, и Александр почувствовал, как его сердце сжалось от боли.

Он знал, что должен защитить её, даже если это означало противостоять их родителям, которые были готовы продать собственное дитя ради наживы. «Наберите ей ванну с успокаивающими маслами», — приказал он Анне, и та, склонив голову в знак согласия, быстро покинула комнату.

«Я обещаю тебе, ты не выйдешь за него замуж. Я не допущу этого. Слышишь?» — его голос звучал мягко, но с твердостью, которая придавала уверенности. Главное было сейчас успокоить сестру. «Тебе нужно принять ванну и отдохнуть. Завтра мы с тобой обо всём поговорим», — произнёс он, отпуская её из объятий, и в этот момент как раз вернулась Анна.

Ева, всё ещё полная тревоги, согласилась с братом и направилась к ванной. Служанки аккуратно помогли ей снять одежду, и она погрузилась в тёплую воду. Мысли об ужасном инциденте с Павлом не покидали её. Как мог такой прекрасный день закончиться столь ужасно? — думала Ева, чувствуя, как слёзы снова катятся по её щекам. Она усердно мыла своё лицо в надежде смыть следы прикосновений Павла, как будто его яд впитался в её кожу. Ей казалось, что она стала грязной.

В этот момент её мысли неожиданно устремились к принцу Демьяну. Она хотела ему всё рассказать, надеялась, что он станет её защитой в этом мрачном мире. Ева мечтала о том, чтобы его присутствие помогло ей вновь почувствовать себя в безопасности, чтобы он стал тем светом, который разгонит тьму, окутывающую её душу.

Ева долго оставалась в ванной, словно время для неё остановилось. Анна, почувствовав тревогу, осторожно приоткрыла дверь и заглянула внутрь. Увиденное заставило её сердце сжаться: Ева сидела на краю ванны, лицо её было залито слезами, а лицо её покраснело от постоянного трения. С каждым вздохом слышался её безутешный всхлип.

— Госпожа! Пожалуйста, прекратите! Вы только навредите себе, — с состраданием произнесла Анна, подходя ближе.

— Как я могу остановиться, если его грязные, отвратительные пальцы коснулись меня? — Ева, не в силах сдержать эмоции, вновь зарыдала.

Анна, охваченная беспокойством, быстро позвала других служанок. Вместе они бережно обтерли свою Госпожу, помогли ей одеться в лёгкую ночную рубашку, стараясь сделать это как можно более деликатно. Когда забота и внимание немного успокоили Еву, Анна осталась наедине с ней. Ева легла в свою постель, и Анна укрыла её мягким одеялом, словно защищая от всех невзгод.

— Анна, — тихо произнесла Ева, когда служанка уже собиралась уйти. — У меня есть к тебе просьба. Можешь написать принцу Демьяну от моего имени? И доставить ему письмо сегодня же?

— Конечно, госпожа. Что мне написать? — спросила Анна, чувствуя, как нарастает внутри тревога.

Ева, глядя в потолок, произнесла с трудом:

— Напиши всё, что произошло сегодня… И о том, что я хочу встретиться с ним как можно скорее.

После этих слов она замерла, словно погрузившись в свои мысли. Анна, заметив, что Ева не отвечает, подошла ближе и коснулась её лба. К её ужасу, Госпожа была без сознания, а её тело горело от жара.

Анна в панике закричала, призывая других служанок. — Быстро! Позовите лекаря и господина Александра! — её голос звучал настойчиво, в нём была явная тревога. Она знала, что сейчас каждая секунда на счету, и всё, что она могла сделать — это надеяться на лучшее.