Чтение онлайн

— Деточка… — мама Кыся шагнула вперёд.

— Решил нас добить или сожрать… Так он зачем меня спасал тогда? — я взволнованно махала руками. — Он хотел украсть, потом спас. Но уронил в реку.

— Он тебя ещё и уронил? — переспросила Акейша.

— Ну мы вместе упали, когда в камень врезались, — не обратила внимания на её вопрос я.

— Та-а-ак… — протянула Акейша.

— Мама, сарай же сгорит! — вдруг напомнила ей Кайра. — Уже соседи бегут тушить!

— Да что ж такое… разбудили всех! — недовольно пробурчала Акейша. — Ай, потом расскажешь, нужно пожар тушить.

— Да сдался вам этот сарай! — закричала я, топнув ногой. — У вас сына дракон утащил, а вы мне не верите!

— Пожар не шутки! — выкрикнула Акейша на бегу. Крыша сарая уже вовсю занималась.

— Да потушу я ваш сарай! — в сердцах закричала я. Взмахнула несколько раз руками, выкручивая кисти, набирая необходимую мощь. Огонь я очень хорошо чувствую — инстинктивно. И заклинаний много знаю. Свечу я смогла потушить, значит и этот пожар получится. — Вот, пожалуйста! — крикнула я ещё раз, направляя потоки воздуха на горящее строение. Огонь схлопнулся почти сразу. Во все стороны полетели обгоревшая солома, угли и пепел. На всех стоящих близко людях осела жирная копоть. На мне и Акейше тоже.

— Драконы тоже не шутки, — я подошла к застывшей в изумлении Акейше. — Я не шучу. Ваш сын в опасности, а вы… — я размазала по грязным щекам слёзы, — а вы мне не верите.

— Ай… — Акейша присела передо мной на колени, повернула к себе моё лицо. — Поверь мне, Ай — с Кысем всё в порядке! Вернётся утром, вот увидишь!

Мне сложно в это так запросто поверить, но тут, видимо, либо считают меня умалишенной, либо драконов совсем не боятся. Мама Кыся обняла меня, погладив по спине. Потом отстранилась и пристально на меня посмотрела.

— Да ты вся чумазая, Ай! И наряд порвался!

— Это когда мы летели на бревне, и потом я в кусты упала.

— Вы летели на бревне… — повторила Акейша, вздыхая. — Иди-ка в дом, красавица! Помоги Кайре поставить на печь побольше воды. Нам всем надо помыться. А я пока перед соседями извинюсь.

К тому моменту, как Акейша вернулась, мы с сестрой Кыся уже нагрели воду. Я попробовала распросить о драконах мелкую девчушку, но она отмалчивалась, пряча глаза. Тогда я решила, что удеру, сама пойду искать Кыся. Вдруг дракон его ещё не съел? Но на выходе как раз столкнулась с Акейшей.

Она вернула меня, проверила воду, перелила в ведро и велела Кайре вытаскивать во двор лохань. Они ещё какое-то время возились с листьями и травами. И пока что-то для меня заваривалось, мама мыла дочь, а потом воду сменили, и настал мой черёд.

Несколько смущаясь, я разделась и залезла в горячую воду.

— Скажи мне, Ай, — Акейша ласково убрала волосы с моего лица, взяла нечто, отдалённо напоминающее губку, отжала и принялась протирать мне шею и плечи. — Чем вы с Кысем таким занимались, что сеновал загорелся?

— Мы? — я непонимающе похлопала глазами. — Ничем. Спали.

— Ты ничего от меня не утаиваешь? — Акейша подняла мой подбородок, осторожно провела губкой по моим щекам и лбу. — Мой сын к тебе не приставал?

— Что это значит? — искренне не поняла я.

— Как бы тебе сказать… — призадумалась Акейша. — А ты не понимаешь?

— Нет, — честно призналась я.

А дальше, пока меня мыли, мне задавали та-а-акие вопросы, что я совсем не знала, куда деться? Я вся раскраснелась и боялась поднять на маму Кыся глаза. Она же оставалась невозмутимой. И всё время ласково улыбалась. Пару раз, правда, даже расхохоталась. Она выяснила, что я не знаю, откуда берутся дети, и зачем вообще выходят замуж. И что лично я замуж не собираюсь никогда. Тут я не стала в подробности вдаваться — почему? Ну не буду же я рассказывать, что верю, что мне придётся спасать мир. И мне точно будет не до семейной жизни.

Тем более, что мне может светить хорошего в этом плане — какой-нибудь династический брак неизвестно с кем? Спасибо, я обойдусь.

— И у тебя совсем нет идей, откуда берутся дети? — продолжала веселящий её допрос Акейша.

— Это я знаю, ребёнка рожает женщина, — ответила я. — Он сначала растёт у неё в животе.

— А откуда он берётся в животе у женщины? — Акейша наклонилась ко мне, чтобы помыть упомянутую часть тела. Я забрала у неё губку и начала в ней ковыряться ногтями. Оказалось, что это какой-то чудо-гриб с мягкой губкой, который растет на сваленных деревьях. И им моются.

— Откуда в животе берётся, не знаю… — призналась я.

И Акейша мне рассказала. Кайра, кстати, сидела здесь же. Её никто не выгонял. Она ещё сказала, что я совсем глупая. Тут я с ней начала бы спорить, но слишком уж была шокирована правдой о появлении детей.

— Я никогда! Никогда-никогда в жизни ничем подобным не буду заниматься! Я уверена! — заявила я, вылезая из лохани и забираясь в предложенную мне ткань, послужившую полотенцем. — Ни за что на свете! Ни за какие богатства в мире!

— Да с чего ты взяла, что это так ужасно? — смеялась Акейша. — Большинству живому этот процесс нравится. Особенно, если чувства взаимны.

— Ну нет! — протестовала я. — Я как-нибудь обойдусь, правда!

Мысль о том, что кто-то когда-то будет мне настолько физически близок, мне совсем не понравилась.

— Какого-то не такого эффекта я ожидала от разговора! — всплеснула руками развеселившаяся Акейша, а потом в комнату вошла Альмугеш.

— А моя ученица-ведьма, значит, всё ещё у вас? — рассмеялась она. Потом выяснила, чего это хохочет надо мной мама Кыся, и принялась гоготать тоже. Ну и попала я в компанию весёлых женщин, скажу я вам.

— А ну-ка, Ай, подойди! — вдруг серьёзным тоном приказала Альмугеш. — А теперь скажи мне как на духу: а сны, которые тебе снятся, особенно когда кое-кто рядом, тебе нравятся?

Я ничего не смогла ответить. Только зарделась.

— То-то и оно! — рассмеялась ведьма.

— Так вам ещё и сны снятся? — удивилась мама Кыся. — Вообще-то, это редкость. Не у всех бывает… — они с Альмугеш понимающе переглянулись.

— Вот у нас с отцом Кыся и Кайры были общие сны, — вздохнула Акейша, подходя к деревянному сундуку. Эту историю она рассказала, пока доставала материю и нитки, чтобы сшить мне новое платье.

— Мне снились очень яркие сны, это правда! — смеялась Акейша, раскатывая по столу ткань и отмеряя, сколько надо, ножницами. — Такие яркие, что отец Кыся начал вести себя со мной наглее. И я пообещала, что на отборе ему откажу. Тогда он заявил мне, что после того, что я вытворяла во сне, меня уже никто никогда замуж не возьмёт, кроме него!

Альмугеш расхохоталась, Акейша улыбнулась, покачав головой.

— А я тоже была юна ещё, но немного постарше Ай… И я решила, что раз так, в этом году я на отбор не пойду!