Чтение онлайн

Уловив мой любопытный взгляд, госпожа Франкс, вероятно, решила задобрить меня ещё одной порцией информации.

– Это подземные ходы, они проходят под приютом и выходят в город.

Сощурившись, я смотрел на деревянные ящики. Чувствовал опасность нутром.

– Проклятье! – выругался я, когда сквозь тонкую щель высоких рядов уловил движение. Нас явно поджидали. – Эви, стой там! – закричал в унисон с грохотом от падающих на пол ящиков с артангом.

Директриса испуганно заверещала, увидев за ними две мужские физиономии. Но ее испуганный крик потонул в первых звуках выстрелов…

Я упал на пол одновременно с госпожой Франкс. Все тело пронзило такой жгучей болью, как будто меня окутало ядовитым плющом. Что за черт?! Я вскинул руку, в жалкой попытке пробудить свою магию, но не смог этого сделать. Лишь боль усилилась, парализуя тело.

Дьявол… Кажется, я поймал отравленную пулю.

– Попал, – до моего слуха донёсся самодовольный мужской голос.

– Надо убираться отсюда, – шикнул второй и пнул меня ногой, отчего боль стала невыносимой.

Сквозь приоткрытые веки я смотрел на того, кого найду позже и прикончу безо всякой жалости. А я его обязательно найду. Правда, если выживу…

Выглядел он как обычный преступник из низов. Длинные темные волосы, такая же длинная густая борода, что обычно отлично скрывает истинный возраст обладателя. Обветренное лицо было усыпано шрамами – свидетельство нелегкой жизни.

Его потемневшие глаза замерли на лестнице. Словно он ждал, что сюда ещё кто-нибудь войдёт… Мне же оставалось только надеяться, что моя неугомонная жена не кинется спасать свою директрису, услышав звуки выстрелов.

Когда до моего слуха донеслись удаляющиеся шаги, я устало закрыл глаза и, испытывая странный холод, отключился от реальности…

Эвелин

Когда до моего слуха донесся крик Кассиана – я замедлилась. С непониманием посмотрела на открытую дверь подвала, до которой мне оставалось метров пятнадцать.

Но когда раздался первый выстрел – мои ноги словно приросли к полу. Воображение мгновенно нарисовало мне страшную картину того, как Кассиан безжалостно расправился с госпожой Франкс, выпустив в нее половину обоймы револьвера.

Прикрыв ладошкой рот, я с ужасом смотрела на распахнутую дверь и ждала пока там покажется внушительная фигура Кассиана. Мне показалось, что прошла вечность, прежде чем я смогла сделать хоть шаг… Словно очнувшись ото сна, я бросилась к подвалу, понимая, что никто не собирается оттуда возвращаться. А значит, есть ещё маленький шанс, что госпожа Франкс жива, и Кассиан просто пытался ее напугать.

Но стоило мне оказаться у подножья лестницы – и мои колени подкосились от ужасной картины.

Неподвижное тело госпожи Франкс лежало неподалеку от беспорядочной горы школьных парт. На ее жёлтом платье, в районе груди, просочилось огромное красное пятно, которое становилось все больше.

Мой взгляд метнулся в сторону и замер на Кассиане. Он лежал неподалеку. Его белая рубашка стала красной от крови, а его поза словно свидетельствовала о том, что его застали врасплох.

Но кто это сделал? Неужели, их кто-то здесь поджидал? Я испуганно отступила назад, поднимаясь на одну ступеньку выше, и уставилась на вход в подземные туннели. Он был открыт, хотя обычно его заставляли деревянными ящиками.

Я снова посмотрела на Кассиана, чувствуя как странно защемило сердце в этот момент, и словно наяву услышала его голос: «Ты же убить меня хочешь? Так давай! Отомсти мне за смерть своего брата, лица которого я даже не запомнил! Дерзай!»

Вся боль и страдания, которые он мне причинил всколыхнулись в этот момент ураганной волной.

– Каждому свое наказание, – прошептала сквозь слезы, растерянно глядя на его неподвижное тело и чувствуя, как на меня накатывает паника.

Поддавшись всплеску адреналина и необъяснимого страха, я развернулась и поспешила вверх по лестнице. К своей долгожданной свободе.

Той, о которой мечтала, и за которую боролась с Кассианом Эвельдором.

Выскочив в коридор, я сломя голову понеслась к выходу из приюта. Убеждала себя, что поступаю правильно.

«Я не убивал твоего Эрика, Эвелин Люваль. Поэтому, злись на меня за все, что хочешь, но не приписывай мне чужую смерть» – голос Кассиана преследовал меня воспоминанием.

Я остановилась. Мое сердце стучало так, что мне казалось, ему становится мало места в груди, и оно вот-вот выскочит оттуда. Вытерев рукавом слезы, что катились градом по щекам, я обернулась… Стиснула до скрипа зубы, борясь со своими внутренними демонами, что спорили в душе.

– Да чтоб тебя, – прорыдала обречённо, задрав голову к потолку, и…

Приподняв повыше юбку, бросилась назад.

Спасать того, кто никогда этого не оценит.

– Госпожа Люваль? Что случилось? – из столовой в коридор вышел один из старших воспитанников.

– Михтир, – я обняла его за плечи и заглянула в глаза. – Мне нужна твоя помощь.

Солгав о ему о причине слез и сославшись на придуманную ссору с госпожой Франкс, я попросила его сбегать к дому Кассиана и передать небольшое послание.

Когда Михтир, воспользовавшись шансом выйти в город упорхнул, я поспешила в подвал.

Закрыла дверь изнутри и, перескакивая через несколько ступеней, быстро спустилась вниз.

Оказавшись рядом со своим невыносимым супругом, я упала на колени и дотронулась рукой до бледного красивого лица.

На его белой рубашке с каждой секундой все шире расплывалось кровавое пятно, окутанное темной дымкой – свидетельство того, что пуля, угодившая в Кассиана отравлена артангом и аксиментом.

Обычно такие пули использовали законники, потому что аксимент отлично подавлял любую магию, а артанг – ипостась двуликого.

Меня бросило в дрожь. Я понимала, что пока пуля находится в теле Кассиана, его магия – абсолютно бесполезна. Вытащить ее сама – я точно не смогу.

А значит, он просто истечет кровью и умрет.

Я нервно сглотнула и стерев со щек слезы, прижалась ухом к его груди. Сердце моего супруга билось, пусть и слабо.

Вероятно, боль ему причиняла не только пуля, но и аксимент – отрава для магов.

Я столько раз желала Кассиану смерти. Столько раз проклинала его. Но в этот момент что-то внутри меня надломилось.

Сейчас, когда мои слова медленно превращались в реальность, я не испытывала чувства удовлетворения. Лишь страх.

Поняла, что лгу сама себе. В моей душе не жила та искренняя ненависть к Кассиану, которая порождала безразличие.