Чтение онлайн

— Знаете, что это?

Аделина прищурилась.

— Сок Вдовьего Плюща из моего сада! Положи его на место, воровка!

— Это концентрат, — солгала я, стараясь, чтобы голос не дрожал, а звучал уверенно. — Я тож не сидела в замке сложа руки. Всё это время, я изучала древние алхимические рукописи из библиотеки. В этот флакон, я добавила Жгучий Мох и венецианскую соль. Гремучая смесь. Если я разобью его сейчас… об этот корень… — я кивнула на самый толстый, пульсирующий отросток рядом с алтарем, — Древо умрет мгновенно. Яд выжжет его за секунду.

В пещере повисла тишина.

Глаза Аделины расширились. Впервые за все время я увидела в них страх за кормушку.

— Ты не посмеешь, — прошипела она. — Ты Садовница. Твоя суть — беречь жизнь. Уничтожив Древо, ты уничтожишь весь Зимний Двор!

— Вы плохо меня знаете, Ваше Величество, — я сделала шаг к корню, занося руку для броска. — Я знаю, что иногда, чтобы остановить гангрену, нужно отрезать ногу. Я лучше убью Древо сама, чем позволю вам править вечно и мучить невинных людей. Это будет акт милосердия и справедливости. Почему, мне должно быть жаль фейри, если вам не жаль род человеческий над которым вы издеваетесь?

— Стой! — визгнула Изольда, дернувшись ко мне.

— Еще шаг, и я брошу! — рявкнула я. — И тогда мы все превратимся в ледяные статуи. Вместе. Как одна большая дружная семья!

Аделина замерла. Её лицо перекосило от ненависти.

— Дерзкая дрянь, — прошептала она. — Ты блефуешь.

— Хотите проверить? — я улыбнулась, оскалив зубы. — Откуда бы у меня были такие знания? Валериус учил меня рисковать. А я учусь быстро.

— Изольда, — тихо сказала Аделина, не сводя с меня взгляда змеи. — Не дай ей разбить флакон. Заморозь ей руку. Только руку.

Изольда кивнула. На её пальцах начал формироваться иней. Она не была сильным магом, как Валериус, но на таком расстоянии ей не нужно было быть мастером. Достаточно попасть.

Я поняла, что проиграла. Я не успею. Лед Изольды быстрее моей руки…

— Ну попробуй! — крикнула я.

Изольда вскинула руку. Я зажмурилась, готовясь швырнуть флакон ей в лицо, надеясь, что кислота ослепит её раньше, чем лед заморозит мои пальцы. Хоть один глаз, но выбью!

В этот момент, массивная каменная стена в дальнем конце пещеры — та, что отделяла тайное святилище от основных туннелей — просто исчезла. Она разлетелась в пыль, превратившись в шрапнель.

БА-БАХ!

Сквозь облако пыли в зал шагнула фигура.

Валериус.

Матушки мои, он был страшен. Его мундир был разорван, на лице — кровь.

Он увидел сначала меня. Потом Изольду с поднятой рукой и Аделину с ножом у алтаря.

— Отойдите от неё, живо!

Изольда вскрикнула и попятилась назад, роняя заклинание. Иней осыпался с её пальцев безобидной пылью.

Аделина выпрямилась, её лицо исказилось маской безумной ярости.

— Ты! — взвизгнула она. — Как ты посмел войти сюда?! Это мое святилище! Мой дом!

— Это твоя могила, мать, — ответил Валериус, делая шаг вперед. Под его сапогами каменный пол покрывался коркой черного льда, который стремительно полз к трону, пожирая пространство. — Ты тронула то, что принадлежит мне.

Он поднял руку, и в его ладони сформировался меч.

— Валериус! — крикнула я, чувствуя, как ноги подгибаются от облегчения. Пришел!

Его взгляд метнулся ко мне. На долю секунды тьма отступила, уступая место тревоге.

— Ты цела?

— Да!

— Беги ко мне, — приказал он. — Сейчас!

Но Аделина не собиралась сдаваться.

— Она никуда не пойдет! — взревела Королева. — Как и ты, сын!

Она ударила руками по алтарю. Корни вокруг неё ожили. Одурманенные, отравленные, безумные, они подчинялись её воле. Огромные отростки взметнулись в воздух, преграждая мне путь к Валериусу.

— Убейте его! — визжала Аделина. — Разорвите в клочья!

Валериус ринулся в бой. Он двигался быстрее, чем мог уследить глаз. Его меч рубил корни, превращая их в щепки.

Но их было слишком много. И пока Принц пробивался ко мне через живой лес, Изольда, оправившись от шока и видя шанс, выхватила свой кинжал.

Она увидела, что Валериус занят и я отрезана от него стеной корней.

— Если я не получу его, — прошипела она, бросаясь на меня с перекошенным лицом, — то и ты не получишь! Никто не получит!

Она прыгнула, целясь кинжалом мне в грудь…

Глава 25

Изольда летела на меня с перекошенным от ярости лицом, занеся кинжал для удара. В её глазах не было ничего человеческого — только безумие брошенной любовницы, решившей, что смерть соперницы вернет ей прошлое. Глупая. Прошлое не вернешь, даже если вырезать всех конкуренток.

Я не умела драться на мечах, и у меня не было магии льда, способной остановить сердце одним прикосновением. Но я была Садовницей. И я стояла в центре самого могущественного леса в мире, пусть и запертого под землей, в сыром подвале. Это была МОЯ территория.

Я отшатнулась вправо, пропуская Изольду мимо себя, как быка на корриде. Лезвие кинжала рассекло воздух в миллиметре от моего плеча, зацепив ткань рубашки.

Вжик!

Изольда по инерции пролетела вперед, врезавшись бедром в каменный выступ алтаря, но тут же развернулась, шипя как кошка, которой наступили на хвост.

— Не бегай от меня! — взвизгнула она. — Умри достойно! Стой смирно!

— Как же! Может, мне и кашу за тебя съесть?

Грохот за спиной усилился. Я краем глаза увидела вспышку ослепительно-белого света. Валериус. Его черный лед сталкивался с белым стазисом Аделины, и от удара этих стихий по пещере летели осколки, острые, как бритвы.

— Валериус! — крикнула Аделина, и её голос перекрыл шум битвы. — Ты ничтожество! Ты разрушаешь собственный дом! Борешься против матери!

— Против матери, которая хочет убить родного сына! — проревел он в ответ.

Очередная волна корней взметнулась вверх, отрезая меня от него.

Изольда снова бросилась на меня. На этот раз осторожнее, загоняя в угол.

— Никто не придет, — прошептала она, поигрывая ножом. — Валериус занят мамочкой. Семейная ссора. А я… я вырежу твоё сердце и покажу ему, какая ты пустая внутри!

Я прижалась спиной к влажному, пульсирующему корню, торчащему из стены и закрыла глаза на долю секунды.

«Услышь меня. Я не враг. Помоги мне».

Я потянулась своей Искрой к древесине за спиной. Влила в этот призыв всю свою любовь, думая о родителях, летних лугах Хоббитона и… Валериусе.