Чтение онлайн

Активировав истинное зрение, я поискал ауру Дмитрия. Его дёрганая зелёная искра тут же выдала его через несколько комнат. От Татьяны или Алисы я вряд ли добьюсь внятных ответов — они либо отмахнутся, либо сами не в курсе дел. А вот Дмитрий, как наследник, должен знать, куда утекают деньги рода. Финансовое состояние Пылаевых было чёрной дырой, и я пытался пролить хоть какой-то свет на эту покрытую мраком тайну.

Я дошёл до нужной комнаты и постучал.

— Войдите, — раздался флегматичный голос Дмитрия.

Я толкнул дверь. Парень сидел за письменным столом, подперев кулаками подбородок, и смотрел в окно, где утренний туман клубился над поместьем. Его лицо было мрачным, будто он хоронил последние надежды.

— А, это ты, — произнёс он, не поворачиваясь. — Думал, большего позора нашей семье не будет. Бастардов каких-то подселяют, а теперь убийцы по дому шныряют, как у себя на кухне. Соседи же прикидывают, что из имущества можно себе ухватить. Никогда не думал, что звание аристократа может быть таким унизительным.

Он покачал головой, и его взгляд снова уткнулся в окно. Я стиснул зубы, чувствуя, как вспыхивает раздражение.

— Брось! — твёрдо сказал я, шагнув ближе. — Отставить упаднические настроения! Ты что удумал, братец? Выше нос!

Я окинул комнату взглядом: потёртое кресло, стопка бумаг на столе, выцветшие занавески. Усевшись в кресло, я продолжил:

— Расскажи, как дела у вас обстоят. Подробно. Почему гвардия год без жалования? За счёт чего вы живёте? Какие доходы у рода? И куда, чёрт возьми, деваются деньги? Слышал, наш батюшка всё проигрывает, но должен же быть предел. Не может у него быть пустой скворечник вместо головы.

Дмитрий метнул на меня злобный взгляд, но пламя в его глазах тут же угасло. Он знал, что я прав. Его молчание было красноречивее слов, и я видел, как в нём борются стыд, усталость и остатки гордости за семью.

Дмитрий выдохнул, его взгляд уткнулся в пол, будто правда жгла глаза.

— Денег у нас нет. Отец всё пускает в долги, а что остаётся — проигрывает, пытаясь отыграться.

— И чего он не остановится? — прорычал я, чувствуя, как раздражение клокочет внутри.

— Зависимость, говорят, — Дмитрий отвёл глаза. —. И гордость его не отпускает.

Я стиснул подлокотники кресла, подавляя желание врезать по столу.

— Получается, трофеи из червоточины пойдут на долги? — спросил я, прищурившись.

— Не думаю, — покачал он головой. — Что-то на еду, что-то слугам, чтобы не разбежались. Гвардейцы, как ты понял, просто живут у нас, давно не охраняют. Остальное батюшка, скорее всего, спустит в игорном доме.

— Нет, — отрезал я, мой голос был твёрже стали. — Больше я ему трофеи не дам.

Дмитрий вскинул голову, его глаза округлились.

— Он глава рода. По законам каждый обязан действовать в интересах семьи.

— Потакать его прихотям — значит похоронить род, — парировал я. — Баста. Свои трофеи я в его руки не отдам, но все деньги пущу на развитие рода Пылаевых.

Дмитрий задумался, его пальцы нервно постукивали по столу.

— Я сам не раз так думал, — признался он тихо. — Но отец есть отец. Мы должны подчиняться. Пройдёт время, ты остынешь, и всё вернётся на круги своя.

— По-старому ничего не будет, братец, — я наклонился вперёд, глядя ему в глаза. — Кому должен отец?

— Проще сказать, кому не должен, — хмыкнул он с горечью.

— Лисиным? Викентьевым? — уточнил я.

— Есть долги, — кивнул он. — Лисиным — огромный. Они даже грозились войной, когда отец отказался платить. Поставил на кон поместье, как ты, наверное, слышал.

— Да, о таком позоре наслышан, — покивал я, скрывая гнев. — Какие у вас активы? Что приносит доход? Что осталось от дел рода, кроме долгов?

Дмитрий пожал плечами, его лицо омрачилось.

— Были деревни, что приносили оброк, но теперь половина под залогом у кредиторов, — он вздохнул и продолжил: — У нас сейчас пять предприятий на балансе, — произнёс он, будто заученный урок повторял. — Завод железобетонных изделий в деревне Колодцево, а ещё, там же, стекольный заводик. Мясное производство — свиньи, куры, даже коровы есть — в деревне Коровино. Всего четыре деревни. Но зато целых семь червоточин.

— Ничего себе, — я присвистнул. — Неплохо. Востребованные ниши, должны хороший доход приносить.

— Они и приносят, — вздохнул Дмитрий. — Вот только все доходы уходят кредиторам отца. Он проиграл годовой доход всех этих трёх предприятий Лисиным, пытаясь отыграться за потерянные зерновые поля.

— Понятно, — протянул я, чувствуя, как в груди закипает раздражение. — А ещё два предприятия?

— В городе, в Иркутске, — продолжил он, понизив голос, словно боялся, что кто-то подслушает. — Торговое предприятие по продаже зерна. И еще снабженческая организация поставляет гвардии императора амуницию и сухпайки. Неплохое доходное дело, правда, сейчас контрактов хороших нет.

— А сам-то почему не возьмёшься дела исправлять? — спросил я, глядя ему в глаза.

Дмитрий отвёл взгляд, украдкой оглянулся на дверь, будто опасался, что кто-то стоит за ней.

— Да устал я, признаться, исправлять проблемы отца, — пробормотал он.

— Устал он, — покачал я головой, не скрывая сарказма. — Ты же молодой ещё.

— А что прикажешь делать? Отца жизни учить? Это неблагородное дело, — огрызнулся он, но тут же осёкся, словно пожалел о резкости.

— Его учить никто не собирается, — отрезал я. — А вот с Лисиными потолковать надо. Долги как-то аннулировать.

— Тоже с ними играть пойдёшь? — Дмитрий вскинул брови, в его голосе мелькнула насмешка.

— Это ещё зачем? — удивился я.

— А они по-другому и не собираются ничего возвращать. Только через игру, — он развёл руками. — Отец Леонида, граф Гордей Степанович Лисин, тоже азартный человек. Не менее азартный, чем мой отец, вот только в разы удачливее. Видать, судьба такая.

— Ты с Лисиным разговаривал? — я прищурился, пытаясь уловить, насколько он серьёзен. — Он ведь сказал вы друзья.

— Были друзьями когда-то. И да, разговаривал. И с Леонидом, и с его отцом, — Дмитрий кивнул, но в его тоне чувствовалась горечь. — Да только руками разводят. Мол, твой батюшка сам знал, на что идёт.

Я стиснул зубы, сдерживая желание выругаться. Чем больше ужнавал ситуацию, тем тяжелее она представлялась. Лисины, похоже, не просто держали долг, а еще и наслаждались своей властью над родом Пылаевых. Их азарт был не только в игре, но и в том, чтобы держать других за горло.

— И что, никаких вариантов, кроме как снова ставить всё на кон? — уточнил я, чувствуя, как в голове начинает складываться план.