Чтение онлайн

Хотя „Газонокосильщика“ можно назвать экстремальным примером, в целом Стив с улыбкой относился к многочисленным провалам фильмов, снятых по его произведениям, — он называл это „проблемой гостиничных полотенец“. „Допустим, вы пытаетесь украсть все полотенца из гостиничного номера, засунув их в один чемодан, — рассуждал он. — Вы налегаете на чемодан всем весом и перекладываете полотенца — без толку, он не закрывается, потому что вы слишком много туда запихнули. Слишком много материала“. Примерно в том же образном ключе Стив выражался и о кинопродюсерах: „Они похожи на акул из фильмов ужасов. Этакие прожорливые машины по заглатыванию книг с потрохами: они скупают книги, и те пылятся у них на столах, пока продюсеры ломают голову, куда бы их, блин, пристроить“.

Когда Стиву говорили, что он мог бы повлиять на число выходящих на экраны плохих фильмов, перестав продавать киноправа на свои книги, он возражал: „Я не могу отказаться от новых проектов: вдруг не дам согласия на экранизацию, а потом выяснится, что можно было бы снять потрясающий фильм?“ Так, например, некоторые предостерегали Стива, что он совершает огромную ошибку, доверяя повесть „Побег из Шоушенка“ Фрэнку Дэрабонту — да еще и по смешной цене, всего за тысячу долларов. Дэрабонт имел мало опыта: он написал сценарий нескольких эпизодов телесериала „Байки из склепа“ и „Хроники молодого Индианы Джонса“, а его режиссерским дебютом стала короткометражка „Женщина в палате“ — „малышка за доллар“, снятая по одному из рассказов Кинга. „Приходится рисковать: ведь невозможно все делать самому — ни жизни, ни денег не хватит, чтобы все успеть“.

Одной из причин, по которым Стив остался в кинобизнесе, стала выгодная сделка с „Касл-Рок энтертейнмент“ — кинокомпанией, основанной актером Робом Райнером и несколькими голливудскими продюсерами в 1987 году. Взаимовыгодное сотрудничество началось с картины „Останься со мной“. „Они могут купить любую мою вещь всего за бакс, а взамен я желаю утверждать сценарий, режиссера и актерский состав — я хочу иметь право нажать кнопку „стоп“ в любой момент, и не важно, сколько денег было вложено в картину, — говорит Стив. — В конечном итоге я могу рассчитывать на пять процентов от прибыли: с каждого доллара, потраченного зрителями на билет в кино, я получу пять центов. Кинокартина „Нужные вещи“ собрала в домашнем прокате двадцать миллионов, а я заработал полмиллиона. „Зеленая миля“ принесла мне двадцать пять миллионов“.

Стив также научился отстаивать свою точку зрения, когда речь заходила о другом наглядном средстве рекламы — фотографиях. „Если я вижу, что в фотостудии установлены красные светофильтры или тусклая подсветка, я просто выхожу, — говорит он. — Все это дерьмо придает мне жуткий вид. Так и хочется спросить: а если нужно сфотографировать чернокожего писателя, они что, суют ему в руки арбуз и усаживают верхом на бочку?“

Не все режиссеры заставляли Стива кривиться; был один, с которым он согласился бы поработать, — осталось лишь дождаться, пока должным образом сложатся звезды.

„Мы трижды пытались работать вместе: сначала над „Талисманом“, затем над „Полтергейстом“, а потом еще над одной оригинальной идеей, — рассказывает Кинг. Однако не сложилось. — В нашем случае речь идет о двух сильных творческих личностях, а Спилберг — это живой пример неиссякаемой кипучей энергии, он всегда на два шага впереди, рядом с ним нужно постоянно себя подгонять“. Стив признавал, что и сам он, будучи человеком творческим, привык делать все по-своему. Он процитировал текст таблички, висящей у него в гараже: „Чтобы видеть, как меняется пейзаж, нужно быть во главе упряжки“. В этом-то и заключалась проблема: мы не могли определиться, кто из нас возглавит упряжку».

Ровно двадцать лет прошло с момента продажи «Кэрри»: жизнь Стива и Тэбби вошла в размеренное русло, и на семейном фронте наблюдалась полная идиллия.

Пятый роман Тэбби, «Один на один», вышел весной 1993 года. Четвертое произведение в серии о Ноддс-Ридже рекламировали как современную интерпретацию «Над пропастью во ржи». Вдохновленная примером мужа, который не побоялся выйти за рамки привычного жанра, Тэбби полностью погрузилась в творческий процесс.

«Стив действительно оказал влияние на мое творчество: благодаря ему я научилась не ограничивать себя определенными рамками и осознала, что все в моих руках, — делилась она. — И еще он показал мне, что в работе над книгой можно использовать самые обыденные вещи».

Тэбби вновь писала регулярно, хотя результат не шел ни в какое сравнение с объемами, выходящими из-под пера Стива. «Я живу с тем, кто пишет намного быстрее, чем я, поэтому я привыкла считать себя очень неторопливым писателем». Стив не сбавлял темп: в октябре 1993 года на прилавках появились «Ночные кошмары» — сборник публиковавшихся ранее рассказов, включая «Опусти голову — и вперед!» и «„Кадиллак“ Долана». В сборник также вошел рассказ «Пятая четвертушка» — единственный из опубликованных под псевдонимом Джон Свизен, он впервые появился в апрельском выпуске журнала «Кавальер» в 1972 году.

Весной 1993 года Кинг вместе с другими участниками группы «Рок боттом римейндерс» отправился в десятидневное турне по восьми городам Восточного побережья, от Провиденса до Майами. Тэбби отправилась вместе с группой в качестве фотографа; плодом совместного труда должна была стать написанная по итогам поездки книга «Тайна среднего возраста». После нескольких дней репетиций группа загрузилась в старенький гастрольный автобус Ареты Франклин и покинула Бостон, прихватив с собой плейлист, куда вошли такие композиции, как «Глория» в исполнении Дэйва Бэрри, «Вожак стаи» и «Эти сапоги сшиты, чтобы в них ходить» в исполнении Эми Тан, а также «Ангел-подросток» и «Останься со мной» в исполнении Стива.

Несмотря на то что это было заметно еще в прошлом году, во время двухдневного пребывания в Анахайме, только сейчас коллеги по группе действительно осознали, насколько их повседневная жизнь отличается от жизни Стива.

«В самых разных местах, в любое время суток нас останавливали, к нам приставали и всячески нам мешали — только потому, что в нашем автобусе путешествовал Стивен Кинг, — вспоминал Пирсон. — Его ни на миг не оставляют в покое, а он на редкость грамотно с этим справляется».

Бэрри соглашался: «Он на удивление вежлив, даже когда люди слишком навязчивы. Я слышал, как он объясняет поклонникам, что не может дать им автограф, потому что у него выходной, и если он даст один автограф, то придется дать все четыреста. Кто-то понимал, а кто-то нет. Иногда люди злились, как будто Стив им что-то должен».

Иногда фанаты донимали других членов группы, чтобы те взяли у Стива автограф. После выступления в филадельфийском клубе «Катманду» музыканты поспешили в автобус: им предстояла долгая поездка в Атланту, где должен был состояться следующий концерт. Бэрри садился последним; не успел он войти, как вокруг автобуса образовалась огромная толпа — и каждый из собравшихся сжимал в руке книгу Стивена. Кинг находился внутри, поэтому люди тут же окружили Бэрри, умоляя вывести своего кумира наружу и убедить подписать им книги.

«Пришлось произнести короткую речь; я напомнил им, что Кинг выступал перед ними в течение двух часов, что он устал, измотан, что всем нам предстоит долгий переезд на автобусе, поэтому спасибо, что зашли, но давайте дадим Стиву отдохнуть, — вспоминал Бэрри позднее. — Они внимательно меня слушали и даже кивали, но стоило мне замолчать, как они начали заново просить, чтобы я вытащил Кинга из автобуса. Они не слышали ни слова из сказанного. И, кстати, хоть бы один попросил автограф у меня — как же, им Стива подавай! Эл Купер шутил, что, если бы автобус попал в аварию, в газетах написали бы: „Стивен Кинг и еще двадцать три человека разбились“».