Чтение онлайн

Подготовка к операции по извлечению модуля Темных Небес, шла полным ходом, между тем. Я не знал деталей. Знал только, что эта акция будет сопровождаться грандиозным отвлекающим маневром. И как всегда смертниками. Пока что это было самым эффективным методом в нашей борьбе против пришельцев. Техникой они слишком превосходили нас. Словно на положении афганских талибов, против высокотехнологичных войск НАТО. Позорище!..

Я по-прежнему гулял с эскортом морпехов. Меня даже представили семье императора. Крайне большая честь для иностранца. Но семья императора, оказалось вполне обычной японской семьей. Очень вежливой и скрытой для понимания не японца. Император лично вручил мне цилиндр с алмазной и нефритовой отделкой. Но это был не первый такой цилиндр. Прикол был в том, что был еще один такой же. Тот что мне прислали по почте с поздравлениями. Я отдал его Цветку Смерти. Когда навестил ее в больнице. Видимо они знали об этом. Сделали специально второй. Платиновый давали за Саурона. А я перепрыгнул до Ареса. Самого опасного. Интересно что дадут, если появится еще более страшное биомеханическое чудище пришельцев? Как его назовут? Опять скандинавский бог? Римский? Или персонаж из Толкиена?

Почти как по заведенному порядку, я каждый день навещал Цветок Смерти в больнице. Света не возражала. Он всегда что-то читала, полулежа на кровати, в больничном халате в зеленый горошек. Щуплая, словно подросток, как будто ей еще не было восемнадцать лет. Хотя веселой ее трудно было назвать. Лишиться всех подруг, которых знаешь с детства. Что может быть ужаснее. Вся родня как бы. Я так и не мог понять, что толкнуло их группу на такое. Могли бы просто послать Хироши. Жертва. Очередная жертва ради Земли.

Как всегда, мое сопровождение присутствовало на этом посещении. Словно служители китайского театра, убирающие декорации и зажигающие свет на сцене во время представления. Тени, которых нужно не замечать. По обоюдному согласию. Капитан, стенографист, морпехи. Света на них косилась, с удивлением. Цилиндр ее совсем не порадовал. Хотя она не отказалась принять подарок. Расшевелить ее из этой депрессии помог Антон. Прикатил на своей коляске и моментально изменил атмосферу. Меня все время подмывало спросить ее о причинах. И как это произошло вообще. Этот сговор против меня. Едва зрелых девчат и главы сверхсекретной службы. Зачем-то мне это было важно. Чего-то я искал, сам не зная, чего. Но все что я мог, это? — жевать блины с медом, которые приносила мать Тохи, для Светланы и слушать хохмы, рассказы этого бездонного человек-колодца из шуток и приколов. То, что я убил Ареса было секретной информацией. Об этом не знал, ни Антон, никто другой в колонии. Не говоря уже о других вещах, вроде эмиссара и пришельцев. Но Тоха своим острым умом видимо сделал какие-то выводы. И, наверное, сейчас просто умирал от своего любопытства. Правда виду не показывал. Только бросал взгляды на меня иногда, задумчивые и сосредоточенные. Словно пытался телепатически прочесть секреты пришельцев из моей головы. А секретов было предостаточно. Я вспоминал почти каждый день, какой-то кусочек. С самой моей первой встречи с Темными Небесами. Мозаика выстраивалась. Кто, зачем, почему. Правда меня, как и седьмой отдел беспокоили провалы. Я не мог сразу вспомнить все. Проклятые пилюли Темных Небес — вернее их побочный эффект, как-то избирательно постирали многие важные фрагменты из памяти.

— На, это тебе.

Я вышел из задумчивости, и рассеянно взял из рук Тохи книгу. Совсем новую только с печати. Замечательно пахнувшую новой книгой. Запах детства. Из сельской библиотеки.

— Что это?

— Книга скаутера, который побывал на оккупированных территориях. Дважды удачный поход. В Америку и в Европу. Только что издали ограниченным тиражом. Снова начали печатать книги, представляешь! Хоть и не художественные. Документалистику.

Я раскрыл том с простой черной обложкой и названием на латинском «Alter Pars» без иллюстрации и пролистал. Почти в каждой главе были пустые абзацы. С точками. Я услышал у стены внезапный кашель. Ах, да.

Офицер осмотрел том. Пролистал с профессиональной скоростью все книгу. Понюхал, страницы словно гончая след, потряс. Кивнул и вернул мне.

Антон наблюдал за этим действием. Я на его вопросительный взгляд пожал плечами, мол ничего поделать нельзя. «Рулс», как говорят англичане.

— О чем там? — спросил я затем, чтобы загладить неловкий момент.

— Очень интересные заметки одного разведчика.

— Он жив?

— Пропал после третьей ходки. Цензура седьмого отдела тут хорошо поработала, но ты меня знаешь, там много можно между строк читать. И угадывать недосказанное. Интересно очень. Оказывается, и в оккупированной зоне живут люди. Выживают вернее. Там странное творится.

— А можно мне?

Мы одновременно уставились на Цветок Смерти, которая сперва наблюдала и не вмешивалась в этот диалог, пока не задала этот вопрос.

— Конечно, — я с готовностью вручил ей книгу, обрадованный ее интересом. — Почитай, ты, сначала. Я завтра зайду, заберу.

Черт! Почему я виню себя в их смерти?

Света перегнулась через кровать, раскрыла своей шкафчик и положила книгу туда. Рядом с нефритовым цилиндром.

— Покажи.

Антон почти взмолился. Ошеломленный. Света протянула цилиндр.

— Вот это да! — промямлил Антон, восхищенно поглаживая невероятно гладкий полированный до безумия, цилиндр. — Где ты такую красоту отхватила?

Света бросила вопросительный взгляд на офицера. Тот кашлянул в кулак и покачал головой.

— Можешь не говорить, и так понятно, — сказал Тоха, словно спиной видел жест офицера. — Вааще, вещь! У меня золотой только. Хочешь поменяемся?

— Фиг тебе, это подарок, — сказал я с раздражением, бесцеремонно отбирая цилиндр и возвращая девушке. Тебя там не было, Хохмач!

— Да шучу, я, — с легкой обидой сказал, Тоха. И тут же принялся снова рассказывать очередную прикольную историю. Неисправимый хохмач. Интересно какую шутку он придумал бы окажись на оккупированных пришельцами территориях? И это их странное название — эксклудеры — из «религии» Темных Небес. Как бы он это прокомментировал? «Тю-ю! Да у меня в школе этих эксклудеров, полкласса было. Никто жвачку не давал и подлянки делал соседу. А наш завуч — химичка Наталья Федоровна, точно эксклудершей была! Тварь инопланетная, трояк мне на выпускных поставила. Нашел чем удивить.»…

Тем же вечером мне нанес визит Гарвис. Австралиец был весел как никогда. Хотя его грустные на вид глаза и брови домиком, как-то не могли выдать совсем уж правильно эту эмоцию. Даже навеселе он казался грустным. Как печальный персонаж итальянского кукольного театра. Я дал ему пива из холодильника. Сам я не пил, но для гостей держал там пару бутылок всегда. Японцы любят пиво. Гарвис тоже нет-нет пил пиво. Хотя он и был бывшей феей, запрет на алкоголь действует только для фей, вылетающих на задания.

Он упал на мой диван и с готовностью присосался к горлышку бутылки.

— Я участвую в операции тоже, — сообщил он, сделав громадный глоток.

— Бред, — прокомментировал я его слова, — ты не скаут мастер. И вряд ли научишься уже. Старый для обучения. Меня вот Торигава отшил. До сих пор когда ночью вспоминаю, одеяло на голову натягиваю.

— Почему? Удивился Гарвис.

— Потому что у меня скрытая звездная болезнь, оказывается. С чего это я должен быть успешным скаутером? Я случайный человек, который выпил эти проклятые таблетки, поверив под конец одному странному псведопришельцу. Ты бы мог также валить титанов, выпей их ты.

Он снова приложился к бутылке и не отнимая ее от губ покачал головой, укоризненно покачивая указательным пальцем правой руки в мою сторону, опровергая мое утверждение:

— Ты не прав на счет скаутеров. У себя в Австралии я обучался этому. У нас профиль истребителя Великанов включает также курс выживания на территории противника. Но не в этом дело. Я буду на субмарине. И буду участвовать в отвлекающем маневре также.

Я помрачнел от нехорошего предчувствия. Опять самоубийцы. Гарвис сам нарывался на смертельное задание. Жить надоело? У него же жена и дети в Австралии, насколько я знаю.