Чтение онлайн

— Люблю тебя, Подсолнух.

— Я тоже люблю тебя, — задыхаюсь я.

Когда он выпрямляется, я смотрю на телефон возле своей головы. Экран темный, звонок завершился. Я понятия не имею, повесил ли Филип сразу трубку или он действительно слушал, как Ноа снова и снова заставлял меня кончать.

И честно?

Мне все равно.

***

Еда остыла, а я в беспорядке, поэтому Ноа взбивает несколько яиц, пока я быстро принимаю душ, а затем мы садимся за повторный завтрак.

Я все еще чувствую его между ног, и, несмотря на то что краснею, когда думаю о том, что Филип мог или не мог слышать по телефону, мне вроде как нравится, что Ноа поставил его на место. У меня нет никакого желания, чтобы бывший был в моей жизни, и я почти уверена, что небольшая беседа Ноа с ним даст желаемый результат. Филип определенно больше мне не позвонит.

Мы заканчиваем завтрак 2.0, когда мой телефон снова звонит. Я хватаюсь за него, ожидая, что на этот раз это точно будет Сара. Но вместо этого это Хизер. Я отвечаю сразу и с того момента, как прижимаю телефон к уху, понимаю, что она плачет.

Какого черта?

Паника сжимает меня, как тиски, и я выпрямляюсь.

— Хизер, что такое? Ты в порядке? Где ты?

Ноа явно чувствует мое беспокойство, потому что смотрит на меня через стол и нахмуривает брови от беспокойства.

— Я в порядке… я в порядке, — говорит Хизер, и, хотя слова вырываются между рыданиями, я не могу не чувствовать, что она говорит правду. Ее голос звучит напряженно, но не грустно. Затем она смеется сквозь слезы и добавляет: — Нет, вообще-то, со мной все более чем хорошо. Все замечательно.

Часть моей паники исчезает, но я все еще на грани.

— Что случилось?

— Это приют, — говорит она. — «Новые Горизонты». На этой неделе нас собирались закрыть, но, когда сегодня утром я пришла на встречу с другим менеджером, она сказала, что они получили огромное анонимное пожертвование.

— Что? — я моргаю. — Пожертвование? От кого?

— Я задала себе тот же самый вопрос, — признается Хизер. — Но чем больше я об этом думала, тем больше понимала, что был только один человек, которого я знаю с такими деньгами, и который мог просто перевести их по своему желанию.

— Кто?

Она смеется.

— Как ты думаешь, кто?

Это занимает у меня на секунду больше времени, чем следовало бы, но затем меня охватывает осознание, и тут же отвисает челюсть. Я смотрю на Ноа, у которого теперь появляется намек на улыбку.

— Хизер, я… я тебе перезвоню, — вешаю трубку и кладу телефон, не отрывая взгляда от мужчины передо мной. — Ты сделал анонимное пожертвование приюту, где работает Хизер?

Он кивает.

— Да.

— Когда? Как? — я качаю головой, все еще пытаясь собрать все воедино в расшатанном после секса мозгу. — И почему ты мне не сказал?

Он поднимает одно плечо, выглядя почти смущенным.

— Я хотел, чтобы это было сюрпризом. Однажды вечером за ужином Хизер сказала что-то о том, как приятно было развлечься для разнообразия, поскольку в приюте все было таким напряженным. Я вспомнил, как она говорила, что им, возможно, придется закрыться, когда мы были на дне рождения твоего брата, и я хотел убедиться, что этого не произойдет.

В горле образуется комок.

— Боже мой, Ноа, это… это потрясающе.

— На самом деле это не имеет большого значения, — искренне говорит он. — У меня были деньги, и я знал, что это важно.

Я встаю и подхожу к другой стороне стола, затем заползаю ему на колени. Его руки тут же обхватывают меня, руки крепкие и теплые на моей спине, когда смотрю на него сверху вниз.

— Это очень важно. Мне. И Хизер, и всем другим женщинам, которым поможет это пожертвование, — в уголках моих глаз наворачиваются слёзы, и я даже не пытаюсь их остановить. Положив руки ему на плечи, я провожу пальцами по волосам на его затылке. — Большое спасибо, — шепчу я.

Глаза Ноа сияют обожанием. Оставив одну руку у меня на спине, он поднимает другую, чтобы нежно смахнуть слезы, подушечки его пальцев шероховато касаются моей кожи.

— Все для тебя, Подсолнух.

У меня больше нет слов. Я не знаю, как выразить, что чувствую, потому что все, что чувствую сейчас, для меня ново. Я никогда не любила кого-то так сильно, как Ноа, и в этот момент поражена тем, насколько сильно привязалась к нему.

Моя любовь к нему могла бы обеспечить энергией целый город.

Она может перемещать океаны и разрывать черные дыры, но каким-то образом все это содержится в одном сердце.

В моем сердце.

Глава 43

Ноа

Две недели спустя я уже в аэропорту, готовлюсь к посадке на рейс в Сиэтл. Остальные товарищи по команде уже садятся в самолет, а я хожу по взлетной полосе и разговариваю с Марго по телефону.

— Я просто ненавижу путешествовать без тебя, — шепчу я, проводя рукой по волосам, когда поднимается холодный ветер.

— До нашей встречи ты все время путешествовал без меня.

Я кривлю лицо.

— Не напоминай мне о том темном времени. Мне не нравится думать о мире, в котором мы не знаем друг друга.

Знаю, что веду себя немного мелодраматично, но ничего не могу с собой поделать. С тех пор, как наши отношения стали достоянием общественности, мы с Марго не проводили много времени в разлуке, и теперь я собираюсь отсутствовать целых два дня. Она сильно простудилась, поэтому не может приехать с командой на нашу выездную игру, и это еще одна причина, по которой я не хочу оставлять ее в Денвере. Ей нужен кто-то здесь, чтобы убедиться, что с ней все в порядке.

— Знаешь, время еще есть, — говорю я Марго. — Я мог бы уйти прямо сейчас и вернуться в твою квартиру менее чем через час.

— Тебе пора идти, — мягко упрекает она. — «Тузы» нуждаются в тебе. У тебя победная серия, и ты не должен все испортить только потому, что я была достаточно глупа, чтобы присматривать за Эйприл, даже после того, как Хизер предупредила, что она немного простудилась.

— Но кто позаботится о тебе, пока меня не будет?

— Я могу позаботиться о себе сама. Я на самом деле не то, чтобы больна, просто очень заразна. Серьезно, со мной все будет в порядке. Я не на пороге смерти или что-то в этом роде, и к тому времени, как ты вернешься в город, мне станет лучше, и мы сможем провести все выходные вместе.

Я открываю рот, чтобы сказать что-нибудь о том, что ей может стать хуже, пока меня нет, но затем чувствую тяжесть руки на своем плече, и рядом со мной появляется Тео.

— Чувак, нам пора в самолет.

— Да, да, я знаю, — ворчу я.

— Это Тео? — спрашивает Марго. — Он говорит тебе сесть в самолет? Тео! Если ты меня слышишь, не позволяй ему покинуть аэропорт!

Я отдергиваю телефон от уха и вздрагиваю, когда она кричит с другой стороны разговора. Тео ухмыляется и отвечает: