Чтение онлайн

– Только не говорите мне, что вы заставили кого-нибудь из них внять голосу разума, - сказала Найнив прежде, чем Лан успел закрыть за ними дверь. Она бросила недовольный взгляд в сторону женщины в коричневом, как будто хотела надрать ей уши, если не хуже, затем посмотрела на Алис. Илэйн казалось, что Найнив немного побаивалась Алис. Женщина не была могущественной в силе - она никогда бы не получила шаль - но она умела каким-то образом заставить тебя подчиняться, когда хотела, и заставить всех окружающих с этим смириться. Включая Айз Седай. Илэйн казалось, что она и сама её побаивалась.

– Они всё ещё отрицают, что могут направлять, - пробормотала Алис, складывая руки на груди, и хмуро посмотрела на женщину напротив Реанне.
– Они и не могут, я полагаю, но я чувствую... что-то. Не то чтобы искра, как у женщины с врождённой способностью, но близко к этому. Как будто она находится на грани овладения Силой, и уже почти переступила черту. Я никогда не чувствовала чего-либо подобного прежде. Что ж. По крайней мере, они больше не пытаются нападать на нас с кулаками. Я думаю, что, по крайней мере, от этого я их отучила!
– Женщина в коричневом угрюмо посмотрела на неё, но отвела глаза под пристальным взглядом Алис, рот её скривился в болезненной гримасе. Когда Алис делала что-то, она делала это на совесть. Руки женщины продолжали поглаживать стол. Илэйн не думала, что та отдавала себе в этом отчет.

– Они всё ещё отрицают, что видят потоки, но убедить они пытаются самих себя, - сказала Реанне высоким, мелодичным голосом. Её улыбка не пропадала под пристальным и упорным взглядом. Любая сестра позавидовала бы спокойствию и стати Реанне. Она была Старейшей в Объединяющем Круге, высшая степень среди Родни. Согласно их Уставу, Объединяющий Круг существовал только в Эбу Дар, но она была старшей среди тех, кто был в Кэймлине, на сотню лет старше, чем любая Айз Седай на памяти живущих, и она могла бы соперничать с любой сестрой по части окружающей её ауры ледяного спокойствия.
– Они говорят, что мы обманываем их с помощью Силы, используем её, чтобы заставить их верить, что ай'дам может удерживать их. Рано или поздно, они сдадутся.
– Взяв ай'дам, она ловким движением замкнула его на шее пленницы.
– Попробуем ещё раз, Мари? Женщина в коричневом по-прежнему избегала смотреть на серебряный металл в руках Реанне, но она замерла, руки её дрожали на краю стола.

Илэйн вздохнула. Ну и подарочек прислал ей Ранд! Двадцать девять шончанских сул'дам, легко удерживаемых ай'дамами, и пять дамани - она ненавидела само это слово; оно означает Обузданная, или просто Привязанная пять дамани, которых они не могли освободить по той причине, что те, в свою очередь, попытались бы освободить шончанских женщин, которые держали их в заключении. Леопарды, перевязанные ленточкой, и то были бы лучшим даром. Леопарды, по крайней мере, не могут направлять. Они были переданы Родне, поскольку ни у кого другого не было на них времени.

Но, несмотря на это, она знала, что нужно делать с сул'дам. Убедить их, что они могут научиться направлять, а затем отпустить к Шончан. За исключением Найнив, только Эгвейн, Авиенда и некоторые из Родни знали её план. Найнив и Эгвейн сомневались, что это сработает, но, как бы сул'дам ни старались спрятаться по возвращении, кто-нибудь из них обязательно будет раскрыт. Если они вообще не доложат обо всём сразу. Шончан были странными людьми; даже шончанские дамани искренно считали, что любая женщина, которая может направлять, должна быть на привязи ради безопасности всех остальных. Сул'дам, с их способностью управлять женщинами, носящими ай'дам, были очень уважаемы среди Шончан. Известие, что сул'дам сами могут направлять, должно было поразить Шончан в самое сердце, может быть, даже расколоть их. Вначале все казалось так просто.

– Реанне, насколько я поняла, у вас хорошие новости, - промолвила Илэйн. Если сул'дам не сломлены, тогда о чём они?
– Алис недовольно взглянула на Лана, который стоял перед дверью на страже, - она осуждала, что он знает их планы, - но ничего не сказала.

– Минуточку, с вашего позволения, - проворчала Реанне. На просьбу это вовсе не походило. Найнив слишком хорошо сделала свою работу.
– Нет необходимости, чтобы она нас слышала.
– Внезапно вокруг неё вспыхнуло свечение саидар. Направляя, она двигала пальцами будто управляя потоками воздуха, что привязали Мари к стулу, а затем сложила ладони, формируя вокруг женщины щит, не позволяющий ей слышать происходящего. Конечно, жесты не участвовали в плетении потоков, но были необходимы для неё, поскольку она так привыкла. Губы сул'дам скривились в презрении. Единая Сила совсем не пугала её.

– Не торопись, - кисло заметила Найнив, уперев руки в бёдра.
– Никакой спешки нет.
– Реанне вовсе не пугала её, как Алис.

Однако, Найнив, в свою очередь, вовсе не пугала Реанне. Так что она и не торопилась, изучая свою работу, затем с удовлетворением кивнула перед тем, как встать. Родня всегда ограничивала использование Силы необходимостью, и Реанне испытывала удовольствие, направляя тогда, когда ей хотелось, и кроме того, гордилась хорошей работой.

– Хорошие новости, - сказала она, расправляя и оглаживая свои юбки, - в том, что три дамани вроде бы готовы освободиться от ошейника. Возможно.

Брови Илэйн поднялись, и она обменялась удивленными взглядами с Найнив. Таим передал им пять дамани: одна была захвачена Шончан на Мысе Томан, другая в Танчико. Остальные были шончанками.

– Две женщины Шончан, Марилле и Джиллари, всё ещё утверждают, что заслуживают ошейника, что их необходимо держать на привязи.
– Рот Реанне скривился в отвращении, но она замешкалась лишь на миг.
– Они кажутся искренне напуганными перспективой свободы. А вот Аливия это прекратила. Теперь она говорит, что думала так, поскольку боялась, что вновь будет схвачена. Она говорит, что ненавидит всех сул'дам, и она, несомненно, устраивает из этого неплохое представление, рыча на них и проклиная, но...
– Она медленно покачала головой в сомнении.
– Она была захвачена в тринадцать или четырнадцать лет, Илэйн, и она была дамани в течение четырёхсот лет! И помимо этого, она... она... Аливия значительно сильнее, чем Найнив, - закончила она поспешно. Возраст Родня обсуждала открыто, но подход к оценке возможностей в Силе у них был такой же, как и у Айз Седай.
– Осмелимся ли мы освободить её? Шончанский дичок, который мог бы разрушить весь Дворец?
– Родня разделяла взгляд Айз Седай на дичков. Большинство.

Сёстры, что знали Найнив, научились быть осторожными с этим словом в её присутствии. Её раздражало, когда его использовали с унизительным оттенком. В этот раз она лишь уставилась на Реанне. Возможно, она пыталась найти ответ. Илэйн знала, каков был бы её собственный ответ, но эта ситуация не имела ничего общего с борьбой за трон или Андор. Это было решением Айз Седай, а это означало, что решение будет принимать Найнив.

– Если вы не сделаете этого, - сказал Лан тихо от двери, - тогда можете сразу отдать ее обратно Шончан.
– Его нисколько не смутили недовольные взгляды, которыми его одарили все четыре женщины, его глубокий голос звучал подобно похоронному гонгу.
– Вам придётся наблюдать за ней, но если вы станете держать её в ошейнике, в то время как она хочет быть свободной, вы будете ничуть не лучше их самих.

– Об этом тебе не судить, Страж, - решительно заявила Алис. Он встретил её твёрдый пристальный взгляд с холодным спокойствием, и она хмыкнула, всплеснув руками.
– Тебе, Найнив, следует устроить ему хорошую взбучку, когда останешься с ним наедине.

Видимо, Найнив испытывала сильный трепет перед этой женщиной, поскольку залилась краской.
– Устрою, уж будьте уверены, - тихо сказала она. Даже не взглянув на Лана. Снизойдя, наконец, до того, чтобы обратить внимание на холод, она натянула шаль на плечи и прочистила горло.
– Тем не менее, он прав. По крайней мере, мы можем не беспокоиться о двух других. Я удивлена, что им потребовалось столько времени, чтобы перестать подражать этим идиотам Шончан.

– Я бы не была в этом так уверенна, - вздохнула Реанне.
– Кара было своего рода Мудрой на Мысе Томан, знаете ли. Очень влиятельной в своей деревне. Дичок, конечно. Можно подумать, что она должна ненавидеть Шончан, но это не так. Она очень любит сул'дам, которая пленила её, и заботится, чтобы ни одной из сул'дам мы не причинили вреда. Лемор всего девятнадцать лет, она лишь избалованная дворянка, которой очень не повезло, что искра проявила себя в те дни, когда пал Танчико. Она говорит, что она ненавидит Шончан и хочет заставить их заплатить за то, что они сделали в Танчико, но она откликается на Лари, - имя, которое дала ей сул'дам, - так же, как на своё собственное, она улыбается сул'дам и позволяет им опекать её. Я доверяю им больше, чем Аливии, но не думаю, что они смогут устоять перед сул'дам. Думаю, что если сул'дам прикажет кому-нибудь из них помочь ей бежать, то они помогут, и я боюсь, они не будут сильно сопротивляться, если сул'дам снова попытается посадить их на привязь.