Чтение онлайн

* * *

Предрассветный свет в окнах гостиной был серым, еще было слишком рано, Леди Шиайн встает обычно гораздо позже, но в это утро она была уже одета, когда было еще совсем темно. Леди Шиайн, так она думала о себе теперь. Мили Скейн, дочь седельщика почти полностью была забыта. В любом случае она действительно была Леди Шиайн Аварин уже несколько лет. Лорд Виллим Аварин был обедневшим, неспособным сохранить то, чем он когда-то правил, и жил в обычном фермерском доме, который тоже не мог содержать в исправном состоянии. Он и его единственная дочь были единственными представителями прервавшегося рода в стране, и жили достаточно далеко, чтобы кто-то о них вспоминал, поэтому теперь от них остались только их обгоревшие кости, захороненные в лесу неподалеку от дома. А она теперь была Леди Шиайн, и если тот высокий, прекрасно выстроенный дом и не был поместьем в прямом смысле, но очень походил на дом зажиточного торговца. Она тоже долго была мертвой, отписав все свое наследство "Ее высотчеству". Прекрасная мебель, дорогие ковры, гобелены и даже подушки, обшитые золотой канителью, и огонь в широком синем мраморном камине. Она даже заказала герб Аваринов - Сердце и Руку вырезанный из дуба.

– Еще вина, девушка, - коротко сказала она, и Фалион бросилась к ней с серебряным кувшином с высоким горлышком в руках, наполнять ее кубок горячим пряным вином. На девице была ливрея с Красным Сердцем и Золотой Рукой на груди, которая очень ей шла. С лицом жестким как маска она быстро заменила кувшин, стоящий на высоком резном сундуке, и заняла свое место за дверью.

– Вы играете в очень опасную игру, - сказала Мариллин Гемалфин, перекатывая собственный кубок между ладонями. Тощая женщина с безжизненными бледно каштановыми волосами, Коричневая была совсем не похожа на Айз Седай. Ее узкое лицо и широкий нос больше подошли бы к ливрее Фалион, чем это синее платье из хорошей шерсти, которым не побрезговала бы состоятельная купчиха. Я знаю, она как-то ограждена, но едва она сможет снова направлять, она заставит вас за это взвыть, - ее тонкие губы скривились в подобии улыбки.
– И вам может понравиться выть.

– Так для нее пожелал Моридин, ответила Шиайн.
– Она потерпела неудачу в Эбу Дар, и он ее наказал. Я не знаю деталей и не хочу знать, но если Моридин захочет чтобы она рыла носом землю, я буду ее так подталкивать в зад, чтобы она загребала грязь поглубже и год с этого момента дышала землей. Или вы предлагаете ослушаться одного из Избранных?
– она с трудом подавила дрожь от одной только мысли об этом. Мариллин постаралась скрыть выражение своего лица за кубком с вином.
– А что ты думаешь, Фалион? Станешь ли ты любить Моридина, если он заберет тебя отсюда подальше? Он может найти для тебя что-нибудь по-легче.
– А ослы запоют как соловьи.

Фалион даже не колебалась. С совершенно прямой спиной она как хорошая служанка сделала реверанс, ее лицо стало даже еще бледнее чем было.

– Нет, Госпожа, - сказала она торопливо.
– Я довольна моей судьбой, Госпожа.

– Видишь?
– сказала Шиайн Айз Седаи. Она очень сомневалась, что в словах Фалион была хоть крупица правды, но женщина вытерпит все, что бы то ни было, чем согласится еще раз взглянуть в недовольное лицо Моридина. По той же причине Шиайн управляла бы Фалион очень твердой рукой. Никогда не знаешь о чем сможет узнать один из Избранных и решить, что это неправильно. Она подумала, что ее собственный просчет похоронен очень глубоко, но у нее не было бы и шанса.
– Когда она снова сможет направлять, она не будет служанкой, Мариллин.
– Все равно, Моридин сказал, что Шиайн может убить ее, если желает. Всегда можно это сделать, если она станет слишком надоедать. Он сказал, что при желании она может убить обеих Сестер.

– Да будет так, - мрачно ответила Мариллин. Она бросила косой взгляд на Фалион и скривилась.
– Могидин проинструктировала меня помогать Вам, и я думаю я смогу вам помочь, но я хочу сообщить вам прямо сейчас, что я ни за что не войду в Королевский Дворец. На мой взгляд в городе слишком много Сестер, а Дворец доверху наполнен дичками. Я не смогу пройти и десяти футов чтобы кто-нибудь не узнал, что я внутри.

Вздохнув, Шиайн откинулась назад и закинула ногу на ногу, праздно постукивая по коленке пальцами. Почему люди всегда думают, что вам не известно столько же, сколько им? Мир был полон глупцов!

– Могидин приказала, чтобы вы мне повиновались, Мариллин. Я знаю, потому что Моридин мне сказал. Он не говорил так прямо, но я думаю, когда он щелкает пальцами, Могидин прыгает.
– Так говорить об одном из Избранных было опасно, но она должна была прояснить ситуацию.
– Хочешь еще раз сказать мне, что ты не станешь делать?

Узколицая Айз Седаи облизала губы, устремив еще один взгляд в сторону Фалион. Женщина боится, что она закончит также? Сказать по правде, Шиайн сменила бы Фалион на эту женщину с легкостью щелчка пальцами. Ладно, пока она может оказать услуги другого рода. Вероятно, они обе умрут, когда все закончится. Шиайн не любит оставлять концы без присмотра.

– Я не лгу, - медленно сказала Мариллин.
– Я действительно не смогу пройти и десяти футов. Но во Дворце уже есть одна женщина. Она сможет сделать то, в чем вы нуждаетесь. Правда, может потребоваться время, чтобы вступить сней в контакт...

– Только удостоверитесь, что это время будет слишком длинным, Мариллин. Так. Одна из Сестер во Дворце была из Черной Айя, не так ли? Она должна была бы быть Айз Седаи, не просто Приспешницей Тьмы, для такого дела, за которое собиралась взяться Шиайн.

Открылась дверь и в нее вопросительно заглянул Муреллин, его тяжелое мускулистое тело заполнило почти весь дверной проем. За ним она смогла увидеть и другого мужчину. В поклоне, Муреллин отступил в сторону позволяя войти Дэвиду Ханлону, закрыв дверь позади него. Ханлон был закутан в темный плащ, но проходя мимо ухитрился ущипнуть Фалион пониже спины. Она горько взглянула на него, но не сдвинулась с места. Ханлон был частью ее наказания. Однако, у Шиайн не было никакого желания наблюдать как он ласкает женщину.

– Это позже, - приказала она.
– Все прошло нормально?
– Широкая улыбка разделила его топоро-подобное лицо.

– Все прошло в точности по плану, поскольку все спланировал я сам.
– Он отбросил одну полу темного плаща на плечо, показывая золотые узлы ранга на его красном камзоле.
– Вы разговариваете с Капитаном Телохранителей Королевы.

ГЛАВА 11

ВАЖНЫЕ РЕШЕНИЯ

Ранд не глядя шагнул в темную комнату через проход. Напряжение от удерживаемых потоков пульсирующей саидин, засталяло его дрожать. Его мутило и в галазах двоилось. Сохранять спокойствие было страшно тяжело. Небольшая щель в ставнях на маленьком окошке в стене давала недостаточно света, но Сила позволяла ему видеть все гораздо отчетливее. Мебель и огромный кусок такни, покрывающий ее, занимали почти половину пространства помещения, заполненного разбросанными бочками, используемыми для хранения глиняной посуды, и сундуками всех форм и размеров. Свободным для прохода оставалось небольшое пространство шириной в один или два шага. Ранд был уверен, что не увидит здесь слуг, убирающ грязь или спешащих куда-нибудь по своим делам. Верхний этаж Королевского дворца был заполнен всякими кладовками и хранилищами, похожими на огромный чердак заброшенного деревенского дома. Кроме того, он был та'верен. Хороший повод для того, чтобы никого здесь не застать в момент создания прохода. Проход одним краем срезал угол пустого сломанного сундука с гниющей кожанной обивкой, а другим - край длинного полированного стола, уставленного вазами и коробочками. Возможно лет сто-двести назад королевы Андора обедали за этим столом.

"Сто или двести лет", - Льюс Терин тонко усмехнулся в его голове.
– " очень долгий срок. Из любви к Свету, вперед! В Сердце Мрака!" Голос удалялся как будто человек уходил в глубину разума Ранда.

В этот раз у него были свои причины прислушиваться к стенаниям Льюиса Терина. Он поспешно посторонился пропуская Мин, последовавшую за ним из леса, и, отпустив саидин, дал проходу закрыться в быстрой сверкающей полоске света. К счастью тошнота ушла вместе с Силой. Голова все еще чуточку кружилась, но уже не казалось будто небо вместе с ним упадет на землю. Это чувство появлялось и обволакивало его от оставленной Темным порчи. Перекинув ремень кожанной сумки с одного плеча на другое он попытался таким образом скрыть как он вытер испарину, выступившую у него на лбу. В конце концов не должен же он обращать ЕЕ внимание на всякие пустяки.

Синие ботинки Мин на высоком каблуке при первом шаге разметали пыль на полу, а следующий заставил ее взметнуться вверх. Она вытащила из-за отворота рукава украшенный тесьмой носовой платок как раз вовремя, чтобы поймать сильный чих, сопровождаемый вторым и третим, каждый следующий сильнее предыдущего. Ему было жаль, что она не пожелала остаться в платье. Вышитые белые цветы украшали рукава и отвороты ее синей куртки, а более светлые бледно-синие брюки обтягивали ее ноги. С синими перчатками, заткнутыми за пояс и украшенными ярко-желтой вышивкой, и плащом, также с желтым орнаментом, поддерживаемым золотой брошью в форме розы, она выглядела так, как будто она прибыла более нормальным способом. Она будет притягивать к себе взягляды. Он был в грубой коричневого цвета шерстяной крутке, которую мог бы носить любой рабочий. В большинстве мест, где он появлялся в последние несколько дней он был в одежде кричащей о его присутствии; на сей раз он не хотел чтобы кто-то знал о нем до тех пор пока он не уйдет, за исключением нескольких нужных людей.