Чтение онлайн

— Либо пан, либо пропал.

— Либо пан, либо… — Она потерлась щекой о его ладонь, — либо Блу Скай. Я бы предпочла Блу Ская. Я так по тебе соскучилась.

— Это правда? — в его голосе звучали нотки сомнения, но возможно, она говорила правду, и ему было достаточно этого. Это значит, что она хочет его.

Он застегнул джинсы и пошел в дом, дав Хелен наставление следить за костром до его возвращения. Набросив легкую летнюю рубашку, она сидела и смотрела ему вслед, испытывая нечто, подобное лихорадке, когда удача идет к тебе в руки. Она знала, что торопит события, но ей это нравилось. Глупо. Как глупо и неразумно с ее стороны. В одночасье она могла лишиться всего, а он все заполучить. Зачем она использует этот ужасный шанс?

Она перебралась поближе к костру. Риз исполнял свои обязанности перед отцом и доверил ей часть из них. Следи за костром. Она подкинула сухие ветки тополя и горсть сухой полыни. Костер разгорелся сильнее. Она развернула одеяло и поднесла его к костру, чтобы дым впитался в него, очистил и придал коричневый оттенок. Она не знала, какие слова говорят при этом, но прошептала: — Очисть меня. Хотя бы на эту ночь. Смой с меня все лишнее и наносное и дай мне возможность любить его сегодня.

Кого она пытается обмануть? Ведь это была мольба за себя, она осознавала это. Женщине с таким положением, как у нее, глупо было вести беседы с тем, кто был никто, пусть даже этот никто была сама темнота. Но ведь она пришла к нему темной ночью и появилась перед ним в отблесках костра, и сила, которая привела ее, не имела никакого отношения ни к прошлому, ни к будущему. Она была реальнее, чем все вокруг, и отрицать ее было все равно, что отделиться от нее. Но было слишком поздно. Она услышала, как он затворил за собой дверь и что-то сказал псу. Она увидела, как высокая тень упала на траву и услышала звуки прерии, рассекаемые его джинсами.

Он принес две бутылки ключевой воды. — Я должен облиться ею, но от этого я окончательно проснусь, а я как раз мечтаю, чтобы это не… — У него хрустнуло колено, когда он подсел к ней и подал бутылку. — Почему ты пришла сюда?

Она изумленно посмотрела на него, а он на нее и они оба прыснули от смеха. Она плеснула немного воды в ладонь и брызнула ему в лицо. Он усмехнулся и облил водой сначала ее лицо, затем шею и грудь.

— Как хорошо, — сказала она.

— Да, работа кострового жаркая, — сказал он, растянувшись подле нее.

— Я ехала с работы домой и увидела костер, — пояснила она.

— Но ведь это тебе не по пути.

— Нет, конечно, но тогда я не смогла бы остановиться.

Он изучающе посмотрел на нее, перед тем как приложиться к бутылке и сделать большой глоток. Через прозрачную пластиковую бутылку видны были огоньки костра, танцующего в воде. Он отпил воды из бутылки и уставился на костер. — Получается, что ты поехала этой дорогой, чтобы проехать мимо меня?

— Но я увидела огонь. Я подумала, что ты должно быть… — Она посмотрела на вещи, которые еще не сожгли, они лежали, как небольшая груда белья для сдачи в прачечную. — Я не хотела, чтобы ты занимался этим в одиночку. Может ты так и задумал, но я… — Она засмеялась, тяжело вздохнула и встряхнула головой. — Как бы то ни было, а я приехала.

— Ладно, я заставил тебя приехать, и я могу заставить тебя потерять голову. — Он улыбнулся и подергал ее за волосы. — Я буду делать это, снова и снова, ты ведь знаешь. Ты с самого начала знала это. Помнишь, у кого-то сказано, я рожден, чтобы ты была счастливой?

— Чьи это слова? Надеюсь, не мои, — прошептала она, прижимаясь щекой к его ладони. — Пойдем, возьмем мой кошелек. Он в машине. И там есть контрацептивы.

— У меня в кармане гоже, — сказал он и притянул ее к себе. Он целовал ее как женщину, с которой провел много лет жизни и доверял ей все свои секреты.

Ей хотелось, чтобы они целовались бесконечно, отдыхая только тогда, когда совсем выдохнутся.

Когда он отстранился, на лице его была улыбка, как будто он узнал какой-то секрет, пока они целовались. То, как они целовались, вероятно, подтвердило его догадки. — Мне кажется, что мы стали лучше, чем были когда-то.

— Мы просто стали старше и мудрее.

— Ну, скажем, я буду еще мудрее, — заверил он. — Помнишь, тебе не нравилось, что я был недостаточно зрелым? Когда мы были наедине, я был для тебя мужчиной, а на людях — просто мальчишкой.

На людях? Что-то она не припомнит, чтобы во время их короткого бурного романа они часто появлялись на людях. Но она почувствовала, что он хранит воспоминания, которые до сих пор беспокоят его. Это было видно по глазам. Должно быть, когда-то она нечаянно оскорбила его. Но сейчас она даже не припомнит когда и как. Вот это ужасно. Она помнит, что ей становилось немного неловко, когда она бывала в компании коллег, которые преподавали у Риза. Может, ее это смущало больше, чем ей казалось? Что она сделала, чтобы это скрыть?

Он видел, как она напряженно пытается вспомнить. Его глаза поблескивали в отсветах костра.

— Но я догоняю, Мэгги Мэй.

Она засмеялась. Это была дурацкая песня Рода Стюарта, которой он ее когда-то дразнил, напевая пошловатый мотивчик. Когда она ставила его в неловкое положение, он в долгу не оставался.

— Я всегда буду старше тебя, — отпарировала она.

— Ну, если считать годы по календарям, наверное. Когда-то я был не по годам взрослым, черт побери. А сейчас я слишком надломлен для своих лет.

Он поправил рубашку, которой она была укрыта, и обернул ее вокруг шеи Хелен, приподнял ее подбородок и прижался к ней лбом.

— Сейчас для нас возраст не имеет никакого значения, мы это понимаем. Этот твой ответный удар уже не годится.

— Я никогда не применяла ответных ударов.

— Не лги мне больше. Теперь моя очередь подавать, а твоя задача — отразить удар. — Он улыбнулся, изучая ее. — Так поможешь мне сжечь вещи?

Не лги. Не лги. Не лги. Она проглотила обиду. — А разве здесь принимают помощь?

— Только с моего разрешения.

— Ты не собираешься сжечь воспоминания? — Она подобрала засохшую ветку и пошла за ним к груде лежащей одежды. — Я хочу сказать, что ты наверняка хочешь сохранить память об отце.

— Я сжигаю только вещи, которые он носил.

Он разворошил палкой раскаленную докрасна золу. — Я помню, как мы сжигали вещи матери, когда она умерла. — Он раскатал поленья внутри костра, чтобы не дать ему потухнуть. — Я был очень напуган тогда. В детстве я слышал много историй о привидениях, и я не хотел, чтобы моя мама стала одним из них. Я этого очень боялся. Мама умерла внезапно, и я думал, что после смерти она воплотится в кого-нибудь, возможно, в меня… — Их взгляды пересеклись. — Вот это было ужасно.

Хелен накинула рубашку на плечи и пристально посмотрела на него. — Ты говорил об этом отцу?

— Я плакал. Но он запретил мне плакать.

— Ему тоже было несладко.

— Конечно, но плакать не разрешалось никому. В том числе и ему. Он плакал только тогда, когда сильно напивался. Но это не в счет. — Риз вздохнул, встряхнул головой и подбросил полынь в костер. — В каком-то смысле я сейчас сжигаю эти воспоминания. — Он принес одеяло, укутал ее как, в саронг. — Поможешь мне закончить работу?