Чтение онлайн

— Оставь меня, Йоэль, - упрямо бубнит Кай, пока Ниберу бултыхается на полу, опасаясь попасть мне под горячую руку.

Трусость делает его идеальным пленником - удерживает от геройства и попыток прогрызть себе свободу. Немудрено, что Арту было так легко им манипулировать.

— Ты прекрасно знаешь, что я никуда без тебя не уйду, - огрызаюсь я.

Полуоткрытая дверь за спиной и свобода за ней, манят похлеще аромата свежей выпечки, который доносился даже в одинокую башню, где меня держали под замком. И еще совсем недавно я клялась себе, что больше никогда не позволю слабости взять верх над разумом и инстинктом выживания. Но, черт бы все побрал, я правда не могу оставить Кайлера. Он столько раз рисковал жизнью ради меня. Он, несмотря ни на что, был на моей стороне даже когда я поверила, что они с Артом заодно.

Но на другой чаше весов - мой любимый Ашес.

И у этого уравнения абсолютно нет решений. Ни одного.

— Только дернись, - предупреждаю Ниберу, когда тот зыркает в сторону двери.
– Дай мне повод превратить тебя в решето - и, поверь, я наслажусь этим сполна.

Он тут же забивается в угол камеры и какое-то время оттуда не раздается ничего, кроме его жалкого всхлипывания.

— Чуда не случится, Йоэль, - рассерженно рычит Кай, видимо понимая, что никакие его попытки вытолкать меня вон не увенчаются успехом.

— Чудес в моей жизни вообще было мало, - пожимаю плечами.
– Наверное, всего пару раз. Если не считать случая, когда я подложила дохлую крысу в тюк с тканями, из которых Тэоне должны были сшить новые платья, и никто не догадался, что это - моих рук дело. Матушка велела завести пару котов. Любимые гончие моего отца побили много посуды, когда гоняли эти клубки шерсти по всему замку. А Тэоне купили готовое платье, которое было так ей велико, что пришлось ушивать декольте и она выревела из-за этого целую реку слез.

Я сажусь на пол перед Каем, и чтобы хоть как-то облегчить его страдания, поддерживаю его руки под локти, чтобы железные шипы на запястьях не рвали кожу. Он с благодарностью вздыхает.

— Я отравил любимого жеребца Ашеса, - пищит Ниберу.
– Подарок отца. Племенная особь! Лучшая во всем Шиде и мой брат должен был открывать рыцарский турнир верхом на нем. А я подпоил конюха, пробрался в стойло и налил в его поилку крысиный яд.

— Ну и мерзость, - в унисон с Каем плюемся мы, и Ниберу остается только раздосадовано сопеть.

Арт уже понял, что дело неладно. Возможно, прямо в эту минуту поднимается в комнату сестры, чтобы проверить, куда подевался нерасторопный брат. Я чувствую это нутром, и еще - вставшими дыбом волосках на руками, которые заставляют поежится от раздражения.

Сколько времени пройдет, прежде чем он явится сюда и на этот раз для меня действительно все будет кончено?

Глава двадцать третья

— Тебе уже говорили, что ты самая упрямая женщина на свете?
– еле слышно выдыхает Кайлер.
– Или я вдруг растерял все все свое красноречие и не способен влиять даже на лишенную таума упрямую девицу?

По моим приблизительным расчетам, даже самым смелым, Арт давно должен был спуститься за нами, но в темном сыром подземелье нет ни единого звука, кроме злобного сопения из угла, в котором прячется Ниберу, и тяжелых вздохов, которые выталкивают легкие Кая. Кроме нас троих здесь как будто вообще нет ни единой живой души, даже мышей и паразитов. Возможно, та сколопендра, которая так удачно подвернулась мне под руку, была единственным представителем местной «фауны». Наверное, мне даже немного жаль бедное мерзкое насекомое, особенно если оглянуться на бессмысленный итог ее печального существования.

«Ты начинаешь паниковать», - останавливает мои дурацкие мысли как всегда кстати трезвый внутренний голос.

— Если я скажу, что твое присутствие усугубляет мои страдания - ты исчезнешь?
– не успокаивается Кай.

— Странно, - бормочу себе под нос, на минуту отпуская его локти, чтобы встряхнуть свои затекшие руки, - судя по твоему жалкому виду и синюшным губам, ты не можешь быть способен вообще ворочать языком. А ты еще и чушь умудряешься нести. Признавайся, та-гар’эрд’Айтран, ты на самом деле замаскированный под обычного кровопийцу бог? Если так, то пока ты окончательно в этом не признался, спешу сказать, что ты просто редкостный придурок и урод.

Я снова подхватываю его руки, и Кай издает стон облегчения, хотя и пытается замаскировать его напускным раздражением.

— Ты бесила меня с первой нашей встречи, эрд’Кемарри, но я даже представить не мог, что буду вынужден терпеть твое присутствие до последнего вздоха. Взошедшие, чем я успел так сильно вам насолить?

— Своим бесконечным нытьем?
– с удовольствием «подсказываю» я.

— Вас самих от себя не тошнит, сладкая парочка?
– шипит из тени Ниберу.

Мы с Кайлером в унисон желаем ему подавиться собственным языком, а я вдогонку для острастки напоминаю, что на моих руках, в отличие от Кая, цепей нет и я все так же сильно хочу выпустить ему кишки. На этот раз его гадкий рот закрывается надолго.

— Ты должна отправится к Ашесу, - Кай переходит на шепот.
– Я же знаю, что…

— Ты ни черта не знаешь, иначе перестал бы лить мне в уши всю эту псевдо благородную чушь.

— Он не любит Ниэль.

— Заткнись, та-гар’эрд’Айтран, - скриплю зубами, потому что мысли о судьбе моего милого Ашеса в объятиях другой женщины, мягко говоря, очень негативно влияют на мои попытки сконцентрироваться на ситуации и найти выход из, кажется, абсолютно безвыходной ситуации.

— Ты никогда себе не простишь, если Арт исполнит свой замысел и жизнь Ашеса окажется в опасности.

Это правда, на которую мне нечего возразить.

Но так же правда и то, что независимо от того, как сложится мое будущее, я никогда не прощу себе то, что оставила этого белобрысого модника умирать здесь за то, что он просто согласился мне помочь.

— Ну раз теперь мы можем говорить по душам, может, раскроешь секрет, как тебе удалось сбежать?
– шепчет Кай.

Я, пожав плечами, вкратце рассказываю ему про манагарские письмена.

— Проклятье, я должен был догадаться, - почему-то смеется он, - ты слишком умная, чтобы не освоить эту сложную науку.

Поглядываю на Ниберу, но тот, к моему огромному удивлению, свернулся как змея и, кажется, совершенно беззаботно храпит. Причем храпит - это не фигура речи, а буквально те звуки, которые громыхают над его телом. Но все равно даю понять Каю, что наш разговор лучше и дальше вести шепотом.

— Пока ты в этих цепях - я не смогу попытаться…

— Мы можем это сделать, - резко обрывает мой вопрос Кай, хотя я и так подсознательно знала на него ответ.
– Что мне терять? Жизнь? Думаешь, в этих застенках она будет долгой и счастливой?