Чтение онлайн

– Детка, ты в порядке? – обеспокоенно спросила тётя, склонившись к ней.

Но Розамунда молчала. Она, было, приоткрыла рот, что бы сказать, что всё в порядке и что о ней не стоит беспокоиться, но только именно сейчас, этого она сделать не могла – не могла лгать. Потому как с ней было далеко не всё хорошо. Нет, физически девушка чувствовала себя удовлетворительно, а вот насчёт духовного баланса – то он был подорван. Приступ или как произошедшее с ней не назови, спровоцировал высвобождение её заблокированной ранее памяти. Те две ночи, после которых она приходила в себя, совершенно не там где должна, не в постели, а на пороге – у чёрного входа или ещё «лучше» – в охотничьем домике Дерека. И при всём при этом, совершенно не понимая, как тут очутилась и с постепенным осознанием, что у неё появились провалы в памяти – «чёрные дыры», вместо воспоминаний. Конечно, если не считать тех смутных образов, более похожих на кошмар или бред. Сейчас же, эти скрытые воспоминания, вдруг «обнажились», представ перед Роуз в полном объёме. Словно с памяти сорвали пелену, ранее укрывавшую от девушки, ускользнувшие от её внимания эпизоды. Она отчётливо и ясно вспомнила то, как взглянув засыпая в окно, в свою первую ночь, когда всё началось – в ночь полнолуния, увидела сквозь полупрозрачную ткань занавески огромный диск бледно-жёлтой луны повисший в небе…шторы она так и не завесила, нечто сверхмощное проснулось в ней в этот самый миг, и, вырвав из постели, повлекло из дома. Девушка вспомнила, те чувства – словно в ней всё вскипело и в то же время бросало в холод. И чувство…чувство того, что следует немедля выйти из дома, что бы очутиться под лучами рассеянного белесого света. И это желание было столь нетерпимым, столь всепоглощающим, что в стремлении скорее его осуществить, Роуз забыла всё на свете и распахнув окно, рванулась из него, пытаясь дотянуться, при этом едва не вывалившись из окна. Но этого оказалось мало. Луна, что так манила её, была не досягаема и более того, в тот самый момент, будто в насмешку, тёмная туча закрыла небо, спрятала от глаз девушки ночное светило. И это так раздосадовало, разозлило Розамунду, что та, захваченная проснувшейся, пробуждающейся в ней силой, разгневанная из-за такой насмешки судьбы, злая на злосчастную тучу принялась громить комнату: расшвыривая одежду, опрокидывая мебель, обрывая шторы. А затем, распахнув дверь, выбежала вон из дома, забыв обо всём на свете, ни сколько не заботясь о том, что сама босиком и одета в одну лишь ночную сорочку. Она укрылась в лесу, под его густым покровом, окутанным тьмой и туманом, среди таинственных шорохов и полным терпких, пряно-сладких ароматов хвои, земли, прелой травы. Но и тут девушка не нашла покоя, ощутив страх и одиночество, уязвимость. Ей нужен был свет, а не кромешная тьма леса и она бросилась бегом из удушающей чащобы. И достигла желаемого…ставшего началом конца её прошлой жизни и началом новой, ранее не знакомой. Едва блеклый лунный свет коснулся её, как процесс изменения, начался полным ходом. Рози будто вновь ощутила, как быстро и гладко её тело меняло форму, принимая новую – зверя, ощущая силу и лёгкость и то, как ночь превратилась в один стремительный бег – прочь от новой судьбы, от новой, дарованной ей жизни оборотня. Вспомнила то, как в итоге заснула на куче прелых листьев, с утренними лучами вернув себе человеческий облик. А следующая ночь стала лишь повторением предыдущей, только избавленной от боли. В этот раз тело быстро адаптировалось и изменилось под стать хищной сущности, обратившись в зверя. Затем же в этом облике она бродила по лесу, где встретила рассвет. Да…Розамунда вспомнила всё, кроме того, как же она вернулась домой в первую ночь после обращения. Впрочем, сейчас девушке это было безразлично. Она чувствовала себя оглушённой, своими открывшимися воспоминаниями и понимала лишь то, что привычного, обыденного в её жизни более ничего не осталось и больше никогда не будет. Та, прежняя, немного наивная, излишне самонадеянная Розамунда Сент-Джеймс, которой она была до приезда в Сковхэгэн, исчезла навсегда, можно сказать умерла. Вместо неё появилась другая – неизвестная девушка, даже уже не человек, а нечто иное – оборотень, утративший половину своей человеческой сути. Как оказывается страшные сказки – могут стать реальностью. Кто бы знал, что такое возможно…и то падения, что она ощущала с самого первого дня приезда к родственникам, наконец, закончилось, бездной тьмы, которая теперь, навалилась на неё всей своей свинцовой тяжестью ни давая сделать и вздоха. И к столь ужасающему повороту судьбы она уж точно не была готова. Ни кто не подготовил её к нему.

– Рози, дорогая, скажи же что-нибудь! – всё больше беспокоилась тётя. Прохладная ладонь женщины ласково коснулась разгорячённого, покрытого испариной лба Розамунды. – Боже правый…да ты вся горишь. Впрочем, это, наверное, нормально. Ты ведь едва не обратилась…

Слова тети, словно бич хлестнули девушку, заставив вздрогнуть.

– Нет. Нет! Я не готова это слушать! – покачав головой, пробормотала девушка. Роуз надо было время, что бы свыкнуться хотя бы с тем, что ей известно, а что-либо ещё, слушать она не хотела.

Стены, ранее такого уютного дома вдруг, словно бы ожили и, придя в движение, надвинулись на ее, сдавливая, так что и дышать, стало трудно. Очень похожее чувство, как при клаустрофобии, хотя ранее склонности к этой болезни у Розамунды не наблюдалось. Но сейчас даже сама атмосфера в особняке Мэйсонов казалось ей удушающей. Хотелось бежать… И Розамунда не собиралась подавлять это страстное желание. Ей надо было переварить и осмыслить услышанное, подумать о том, как жить дальше. А для сего ей надо было уединиться где-нибудь, где никто бы ей не мешал. Но здесь, даже запершись у себя в комнате, она не получила желаемого, зная что дядя с тётей совсем рядом, буквально за стеной и переживают за неё. А сейчас, как бы она не ценила заботу Джона и Лидии, Роуз не хотела их видеть. Правда зла на них не держала, за то, что они открыли ей правду.

Поднявшись, девушка не говоря ни слова пошла прочь из гостиной.

– Рози! – окликнула её тётя, дрогнувшим голосом. Видно порыв девушки напугал её. – Куда ты?

«Куда?» – Роуз и сама не знала, но это обстоятельство не могло сейчас остановить её. В ответ на вопрос тётушки она лишь не однозначно пожала плечами. Выходя из комнаты, Розамунда услышала, как дядя увещевал жену:

– Успокойся Лидия. С ней всё будет хорошо. Пусть идёт. Ей надо побыть одной.

Да. Джон действительно понял всю полноту смятения племянницы. Вот только она сама не могла сказать, что с ней в итоге действительно всё будет хорошо.

Преодолев холл и на ходу, сунув ноги в ботинки, она поспешно распахнула дверь и выскочила из дома, прямо в объятья бушующей не погоде. Едва, тёплое убежище осталось позади и крыши над головой не стало, как струи холодной воды обрушились на неё с небес, в мгновение ока промочив её так, что и сухой нитки не осталось. А холодный ветер с ожесточением хлестал её по лицу, словно наказывая за своеволие которое она проявила, осмелившись в такое ненастье выйти из дома. Но Рози, скользя в грязи и шлёпая по лужам, упрямо шла вперёд к своему старенькому авто, которое по-прежнему осталось за воротами. Достигнув его, она поспешно скользнула внутрь и, повернув ключ в замке зажигания, с ожесточением вдавила педаль газа в пол. Старенький «Форд» не подвёл, не смотря на то, что простоял под ливнем, и мгновенно завёлся. Двигатель глухо заурчал и автомобиль, немного пробуксовав и, выписав зигзаги, рванулся вперёд, подняв целый фонтан грязи и воды.

Чем дальше Розамунда отдалялась от дома, тем легче ей становилось дышать. Вот только сейчас её действия очень походили на трусливый побег – от действительности, от правды…от самой себя. Однако каков конец этой сумасбродной выходки, она не знала, как и то куда её бегство привёдёт в итоге. Если бы Роуз могла, то рванула бы на край света, что бы там позабыть о том кошмаре, в который превращается её жизнь. Да, если бы это было в её силах, она бы без оглядки удрала далеко-далеко, что бы начать новую жизнь с чистого листа.

Машину несколько раз заносило на скользкой от дождя дороге, так что девушка оказывалась на гране того, что бы угодить в кювет, но всё же каким-то чудом ей удавалось в последний миг вывернуть руль и вернуть себе контроль над автомобилем. Хотя такое везение действительно можно было причислить к чудесам, потому как внимание Роуз было рассеянным, а мысли разрозненные и будто в тумане, поэтому, когда дорога её вывела к опушке леса, для неё это оказалось неожиданностью. Она, сама того не ведая, действуя чисто инстинктивно, и так же избирая свой путь, поехала той же дорогой, которой они возвращались вместе с Д.Д. И тут же пришла мысль о том, что быть может сейчас, когда ей так надо место, где она могла бы побыть наедине со своими мыслями, убежище Дерека было бы очень кстати. Правда девушка не была уверена, что сможет отыскать его в дождь и темном лесу. К тому же была там лишь один раз…но выбора у неё как такового не было. Другого места, куда ей можно было бы податься в голову не приходило.

Бросив машину в конце просёлочной дороги, на том самом месте где не далее как сегодня утром стоял автомобиль Дрейка, хотя самой Роуз казалось с того момента прошла целая вечность – столько всего произошло с нею, она шагнула под тёмный покров леса, укрытый завесою дождя и тумана. А уже спустя час, бесплодных поисков, как и следовало ожидать от её глупой идеи отыскать во тьме леса, дорогу, ведущую к домику Д.Д., она заблудилась. Вокруг была лишь стена деревьев, тёмных великанов вставших плотными рядами на пути девушки. Их ветки нещадно хлестали её по лицу, цеплялись за одежду, насквозь промокшую и грязную, из-за многочисленных падений Розамунды, когда она продиралась сквозь лес. Девушка продрогла и ослабела. А отчаяние и страх, с каждой минутой всё больше овладевали её сердцем и разумом, отнимая силы и внушая мысль сдаться, покориться судьбе и рухнув на холодную землю остаться лежать, ожидая пока жизнь, покинет её. Раз уж Розамунда не знает, как существовать дальше, с правдой о том, что теперь она «недочеловек» – оборотень, вынужденный делить своё тело со зверем, чуждым ей, то отчего бы попросту не оборвать эти муки, вместе со своим бренным существованием на этой грешной земле? Девушке казалось, что она словно бы слышит, как ломается под гнётом судьбы её внутренний стержень, после чего она лишится самой главной своей опоры. Но образы дорогих её сердцу людей: родителей, пусть и предавших её, но всё же давших жизнь, Лидии и Джона, так трепетно любивших свою племянницу, Адама и Анны – друзей, разбивших ей сердце, однако нужных Роуз, а так же Эрика, Саманты и конечно Дерека, подаривших ей столько новых упоительных чувств, засели в голове Розамунды. Вспоминая всех их, ей становилось грустно от одной лишь мысли, что они больше не увидятся. Поэтому девушка гнала панику от себя и продолжала упрямо идти вперёд, всё ещё на что-то надеясь. И будто бы в награду за то, что она не поддалась отчаянию, деревья стали редеть. А через некоторое время запыхавшаяся Роуз вышла на лужайку перед домиком. Правда, теперь оказавшись у цели, она подумала о том, что своё убежище Дрейк мог запереть и в этом случае её путь сюда мог быть напрасен. И девушка не была уверена в том, что у неё хватит силы, что бы вернуться назад. Тело, сотрясаемое беспрестанной дрожью, Розамунда уже попросту не чувствовала – так замёрзла. Зубы стучали от холода, а ноги онемели и не слушались. Конечно, она могла бы попытаться принять облик зверя, в голове так и крутилась последняя фраза тёти о том, что при этом температура у оборотней значительно повышается, но как бы девушка не продрогла, всё же отказывалась даже попытаться обратиться. Но удача улыбнулась несчастной, видимо Дрейк, более не возвращался сюда после того, как отвёз гостью домой. Роуз помнила, что покидая своё убежище, и неся её на руках, запереть его у него не было возможности. Впрочем, в лесной чаще, можно было не опасаться грабителей. Да и убранство домика было столь скромным, что вору и позариться было не на что.

Поднявшись по ступеням, Роуз заметила, что выбитое ею окно по-прежнему зияет дырой, чувствуя, как тут же её кольнуло чувство вины. К тому же теперь в комнату будет проникать ветер и сырость. Впрочем, это была самое малое из зол. Толкнув дверь, девушка вошла внутрь дома. Под ногами захрустели осколки битого стекла, а возле стены Роуз смогла рассмотреть искореженный табурет. Вздохнув с облегчением, и переведя дыхание, девушка поспешила к кушетке, где утро очнулась ото сна, и, скинув размякшие, деформированные, покрытые грязью туфли, рухнула на неё, утратив остатки сил. И свернувшись калачиком – разрыдалась, наконец, выплеснув из себя всю накопившуюся горечь, ужас и обиду на судьбу, так зло пошутившую над ней. Более жалкой чем в этот момент, Роуз за всю жизнь себя не чувствовала, рыдая в голос, так как никогда не плакала.

Входная дверь настежь распахнулась, с громким стуком ударившись об стену. В проёме на фоне громады леса и вспышек молний показался силуэт человека. Девушка взвизгнула от ужаса и сжалась в комок, расширенными глазами глядя на незваного гостя, вся колотясь от холода и обуявшего её страха.

«Кто это? Неужели моя смерть?» – вспыхнула в её сознании мысль. Видимо переутомление, шквал пережитых ею эмоций и нервное истощение явно сказывались на работе её мозга, раз такие шальные мысли посетили Роуз. А «ангел смерти» меж тем шагнул за порог. Под его ногами захрустело битое стекло и тихая брань, сорвалась с его уст по сему поводу, заставив девушку забиться в самый угол, с отчаянным желанием слиться со стеной.

– Так и знал, что найду тебя здесь, – произнёс уже громче «пришелец», обращаясь непосредственно к Розамунде, голосом до боли напомнившим Дерека Дрейка. – Моё убежище явно становится популярным.

– Дерек? – немного придя в себя, срывающимся голосом просипела девушка.

– А ты кого-то другого ожидала? – недоумевая, осведомился парень, так как это был именно он и тут же без перехода выплеснул из себя всё скопившееся в неё недовольство:

– А знаешь ли ты, Сент-Джеймс, что ты безмозглая идиотка? На которую просто зла не хватает! Эгоистка! Отправилась одна, на ночь глядя в грозу, невесть куда…Уже далеко за полночь, а её нет и нет! Джон с Лидией с ума сходят! Твой дядя даже решился мне позвонить, прося о помощи в твоих поисках! А тебе, судя повсему плевать!