Чтение онлайн

Когда начали бить куранты, я тихонько выползла из своего угла и взялась за бокал с шампанским. И пожелала про себя, конечно, чтобы все мечты и надежды Нэрана сбылись. Было обидно до слез, что в этой веселой кутерьме он совсем забыл про меня. Я ведь тоже незамужняя девушка. Тяжело вздохнула, выпила свой бокал шампанского, мило скаля улыбку, поздравила всех с новым годом. Потом начались игры. Я, преспокойно усевшись в кресле, наблюдала за действом. Каждая свободная девушка старалась чем-то выделиться перед Нэраном, поцеловать, пощупать. Я тихонько хихикала, глядя на это соперничество, зная его планы. Начались танцы. К Нэрану выстроилась очередь, чуть ли не по записи. Умора, наши девушки атаковали мужчину со всех сторон. Меня пригласил программист Кирилл. Как я не отбрыкивалась, но от пьяного не отмахалась. Медленный танец чуть не укачал меня окончательно, захотелось спать. Пересела на стул возле шкафа, подальше от всех холостых мужиков. Клонило в сон. Но вдруг к окну подошел Нэран с Катей. Он выражал восхищение ее танцем, а она его. Потом она обхватила его за шею и стала целовать не в шутку. Он не отстранился, прижав ее к себе. Полюбовавшись некоторое время, я кашлянула:

– Мне можно выйти? Спасибо, конечно, за билет в первом ряду, однако я порно не заказывала. – Нэран посмотрел на меня и отпустил Катю, самодовольно улыбавшуюся. – Продолжайте, только выпустите меня. Тошнит от вашей похоти. – Обойдя их со стороны Кати, вышла из комнаты. Пошла наверх. Я надеялась, что Нэран поднимется за мной, но этого не произошло. Заплакала. Понимала, что мне ничего он не обещал, ничего не говорил, но надеялась на чудо. Тяжело вздохнула, вытерла глаза и сказала сама себе:

– Какая же ты, Аля, дура! Чудес не бывает! Это в сказках чудеса, а здесь только злая реальность.

Немного успокоившись, спустилась и вышла на улицу. Прошлась. Понимался ветер, мороз кусался. Когда вернулась к двери – не смогла войти: дверь почему-то захлопнулась на защелку, а я на улице в джинсах, домашних тапочках и куртке. Вначале дергала дверь, и стучала в нее. Потом пошла стукать по окнам, но музыка гремела так, что никто ничего не слышал. Возле того же окна опять целовались только Нэран уже с Кариной. Я стучала. Ноль эмоций. Чувствовала, что начинают коченеть конечности. На улице нахожусь уже около сорока минут. Побрела к двери. На мой стук, к моей радости, выглянул Костик. Увидев меня полузамерзшую, испугался. Я, стуча зубами, пояснила, как так получилось.

Потом ринулась наверх. Ко мне пришла Тома и принесла какую-то мазь. Я тщательно растерла ею ноги и надела шерстяные носки, растерла руки и надела перчатки. Пока занималась этими процедурами, Тома принесла меня горячий чай с малиновым вареньем. Я обрадовалась чаю больше, чем подарку. Закрывшись на ключ, укуталась в одеяло, смаковала чай с вареньем и смотрела телевизор. Постучалась Тома, пришлось вставать открывать. Отдала кружку и блюдце, забрала еще один плед. Тома ушла, а у меня стали болеть ноги руки и кожа лица. Я едва отрыла в сумке аналгин, выпила, стало полегче уснула.

7

Проснулась от того, что мне показалось, будто кто-то гладит меня по волосам. Я затаилась. Черте что. Но открыв глаза, увидела Нэрана. Уставилась на него, потом отстраняясь, спросила охрипшим голосом:

– Ты чего? Вечеринка окончилась что ли? Или перепили все и дерутся? – Его рука зависла в воздухе и опустилась на кровать.

– Нет, Тома мне рассказала, что ты обморозилась. Даже поругала немного.

– Напрасно переживаете, уже все в порядке. Я даже из-за этого не беспокоилась. У меня ведь есть друг некромант, стала бы для тебя пособием. Правда? – Подмигнула ему и зашипела, обожженная морозом кожа от любого движения дико болела. Скривившись, я поднялась, поковырялась в сумке и протянула ему коробочку. – С новым годом! Открой. Я не знаю, то ли купила.

Нэран открыл коробку и вытащил перстень, который заблестел в его руках. Я удовлетворенно поняла, это то, что ему нужно. Отвернулась от Нэрана, он получил еще один компонент для своего возвращения, а мне бы поваляться.

– Аля, как мне тебя отблагодарить.

– Дать мне сейчас поспать, у меня сонное настроение. – Он встал с кровати, а я скрутилась в позу эмбриона на краю кровати, натянув оба пледа на себя. – Если поспать будет негде, поделюсь половинкой кровати, но одеяло проси у Томы, на мои не рассчитывай. – Он тихо вышел из комнаты, а я опять заревела от обиды на саму себя. Я все делала по уму. Именно мозг говорит мне, как будет лучше, правильнее, а сердце… А ему не прикажешь. Слезы облегчали душевные страдания, но причиняли вред моей обмороженной физиономии. Пришлось заткнуться, вытереть слезы. Душевные и физические страдания, в итоге, сделали свое дело – я уснула.

Проснулась часов в одиннадцать утра. Рядом спал Нэран, положив на меня свою руку. Я фыркнула. Как танцевать, веселиться, целоваться, а может и другое кое-что, так с другими девушками, а как ехать домой, так я ваш целиком и полностью. Поблагодарила свой мозг за то, что надоумил меня не связываться с ним. А то бы из спальни не вышла и голову не подняла, рога прижали бы к подушке.

Выползла из-под руки Нэрана и села на кровати. Конечности болеть перестали, уже хорошо. Аккуратно сняла перчатки. Мдя. Кожа, похоже, облезет. Потом сняла носки, та же картина маслом. Вздохнула, смазала ноги мазью. Вытерла руки влажной салфеткой. Кремовой основой сняла макияж, питательным кремом смазала лицо, только подвела глаза и накрасила ресницы. Потом намазала руки и пошла тихо вниз.

Тома крутилась на кухне. Мыть я уже не могла, но всю грязную посуду ей принесла. Аккуратно переложила салаты, заново приготовила стол. Когда я вернулась, Тома стала рассказывать, как девушки стали в открытую вешаться на Нэрана. Я улыбалась. Смешно, честное слово. Тома нахмурилась и спросила в лоб:

– Аля, я не могу понять тебя. Кто Нэран тебе? Ты заботишься о нем, как о своем мужчине, но при этом он позволяет себе вольности, как свободный от обязательств парень. Поясни мне?

– Том, а что я тебе могу пояснить? – я вздохнула. – Люблю его, а он скоро уедет домой. Никто мы с ним. Не нужна я ему, поэтому он и вел себя так. Он целовался у окна с Кариной, когда я колотила в окно двух шагах от него. У него ни сердце не дрогнуло, ни рука – это главный признак равнодушия. Девочки напрасно распетушились, им тоже ничего не светит. У него дома есть невеста Ниилэ, очень красивая молодая девушка, блондиночка.
– Томка поразилась мне:

– Ты совсем ненормальная? Так гони его в шею. – Невесело улыбнулась ее словам:

– Я обещала помочь ему в трудную минуту. Обязательства он мне не давал, сам не брал. Так что все честно, хоть и больно. Скоро все закончится, так что выкинь все из головы. – Тома смотрела мимо меня в дверь, и я поняла, что кто-то зашел на кухню, не поворачиваясь, сказала ей:

– Я приготовила все на стол, так что можно будить твоих гостей, кормить и отправлять по домам, пусть допразднуют дома. – Потом повернулась к двери. В проеме стоял Нэран. Я взмолилась Богам, чтобы он не слышал наш разговор, и сразу перевела разговор:

– О, ранняя пташка. Есть кого засылать к твоим гостям, Тома. Нэран, иди и буди народ. Косте с Томой надо дом убрать и детей забрать от родителей, так что пусть поднимаются. – Выпроводила его за дверь. Подруга только покачала головой и стала ставить чайники на огонь. Я понесла кисайки на стол. Поднялись мужчины и пошли на улицу. Девушки вставали долго и появились, когда уже парни опохмелились и пили чай со сладостями. Дамы, щебеча, расселись, кокетливо поглядывая на угрюмого Нэрана, принялись болтать и пить чай.

Я старалась держаться от всех подальше: то чай подносила, то чайник ставила, то еду разогревала. Девушки стали кидать откровенные взгляды на Нэрана, а потом Катя не выдержала:

– Что-то ты сегодня совсем не в духе, Нэран. Молчишь, ничего не рассказываешь. – Я понесла очередную порцию грязной посуды на кухню и услышала, отойдя от двери, его голос:

– Я вчера слишком много себе позволил, едва не потеряв, что действительно дорого.

Значит, услышал наш с Томой разговор. Предстоят разборки. Нет, разбор полетов надо делать дома. Зачем грязь выносить из избы на люди? Я с чистыми тарелками зашла в зал, поставила перед девушками. Катя, едва сдерживая злость, спросила: