Чтение онлайн

Еще решила пройтись по аллее, по которой мы часто гуляли. И вот этот «редиска» идет не спеша по аллее, любуясь снегом, окружающим пейзажем. Мое возмущение переросло терпение и лопнуло. Я подлетела к нему, схватила за грудки и стала трясти. Из-за пережитого страха и волнения у меня пропала не только воспитанность, но и частично дар речи. Мои слова: гад, изувер, самовлюбленный ишак, эгоист, некромант недоделанный, кровосос, клещ-переросток. Я выдохлась, отпустила его, ошарашенного таким поведением, и села прямо в снег. Зазвонил телефон, у меня не было сил даже ответить, я молча протянула его Нэрану. Он поднял трубку и получил порцию ругани от Томы, из слов которой понял, что я чуть с ума не сошла, разыскивая его. Тремор рук и ног не позволял владеть своим телом. Я находилась в прострации, была растением, которое все видит, слышит, а двигаться не может. Сердце сильно билось и казалось, что чувствую каждую капельку крови, проходящую через него. Нэран испугался, увидев мое состояние, и попытался поднять меня. Я покачала головой – не надо. Посидев еще пятнадцать минут, с трудом поднялась и поплелась к дому. Сил не было говорить. Устала. Он шел сзади. Я впервые почувствовала себя зомби, у которого нет эмоций, чувств, желаний, кроме одного. Мое желание - добраться до дома.

Отказалась от его помощи и добралась до квартиры сама. Он открыл и мы вошли. Я посмотрела на него, покачала головой и, не раздеваясь, ушла в свою комнату. Там кое-как сбросив вещи, свернулась в клубок под одеялом и уснула. Позже он расскажет, что в таком состоянии полного опустошения видел всего один раз и одного человека – своего отца после битвы. Вскоре он скончался. Когда Нэран открыл свой телефон, то обнаружил, что за час я ему позвонила двадцать раз, и прочел смс, а так же послание в прихожей. Вот тогда, как он признался, сильно испугался. В свою комнату его я никогда не пускала, после разговора он долго не решался войти. Но, промаявшись час, он вошел в комнату и обнаружил, что я не сплю, а в отключке и ледяная. Когда он поднял мою руку и отпустил, она упала, как камень, а я не проснулась.

Мне чудилось необыкновенное. Я шла по какому-то длинному коридору и заглядывала в каждую открытую комнату. В комнатах помещался целый мир – с людьми, животными, насекомыми, травами, со всем, что имеется обыкновенно. Но меня туда совсем не тянуло и возвращаться не хотелось. Потом в конце коридора не было стены, и я вышла прямо на лужайку, расположенную прямо перед красивым белым домом. Мне захотелось войти туда, и я пошла. Удивительно, но дверь была открыта. Пройдя в дом, обнаружила большой холл. Какой-то мужчина стоял в нем. Увидев меня, он улыбнулся и пошел вперед, мне навстречу. Взяв меня за руку, он ласково спросил, кто я, что меня сюда привело. Не знаю почему, но я почувствовала к нему бесконечное доверие, и честно рассказала обо всем, что меня тревожило, что пережила. Мужчина печально вздохнул и сказал, что я могу тут остаться, если хочу. Я обрадовалась. Он показал мне лестницу, по которой я должна была подняться, чтобы выбрать себе комнату, где буду жить. Я пошла к лестнице, но не дошла. Мне за запястье схватила чья-то рука, и нетерпящим возражения тоном голос приказал возвращаться. Я не видела, кто мне приказывал, только слышала, как мужчина укорял голос, но тот высокомерно ответил, что сам рассчитается за свои ошибки, но меня здесь оставлять не будет. Некто, лица которого я так и не увидела, буквально поволок меня обратно. Я отбивалась, но он был неутомим, тащил и тащил, пока не вытолкал куда-то. И я проснулась.

10

Я лежала на полу в зале внутри большого круга. Скосила глаза влево – скомканный палас, влево – уставший Нэран в своем балахоне и с книгой.

– Вижу, что очнулась, вставай, только осторожно. – Я приподнялась и села. Только сейчас заметила, что в трусах, лифчике и футболке, то есть в чем легла спать. Немного посидела, кряхтя встала. Меня шатало, но я шагнула из круга и села в кресло. Стала рассматривать место, где лежала. Круг вмещал меня в полный рост, строго по направлениям сторон света, были вычерчены какие-то знаки, еще один знак точно в середине. Рассмотрев эти художества, подняла глаза на Нэрана. Он сидел на стуле, устало откинув голову.

– Тебе плохо? Может воду принести? – Он кивнул. Я держась за стенку медленно вышла в кухню, набрала полстакана воды (больше тремор рук не позволял) и подала Нэрану. Некромант выпил залпом. Я потянула его в свою комнату, глубокая ночь как-никак.

– Сейчас убрать все это не могу, поэтому спать идем в спальню. Если буду брыкаться во сне – буди.

И пошла. Следом шел некромант, ненамного лучшем состоянии, чем я. По пути в кровать задвинула одежду в угол и нырнула в постель. Ой, до чего же все болит! Не поворачиваясь, спросила:

– Нэран, а почему я в зале на полу, а не в постели? – Он буркнул, ругнувшись:

– Ты почти что умерла, перерасходовав живую энергию, пришлось тебя вытаскивать, - укладываясь, добавил, - давай спать. – Я повернулась и посмотрела на него, он лег спиной ко мне:

– Спасибо, спокойной ночи! – дождалась его угу и уснула.

Проснулась к обеду от бешено звонившего телефона. Рядом заворочался Нэран.

– Алло! – Из трубки понеслись вопли матери о моем бессердечии, равнодушии, безответственности. Потом, когда она сбросила напряжение, я стала выяснять, что случилось. Оказалось, что Карина звонила моей маме и сказала, что меня бросил Нэран, а я, потеряв гордость и совесть, ищу его по бабам, ну и прочее.

– Так, мама, меня Нэран не бросал. Да, я его искала, потому что мы поссорились очень сильно в ночь. А Карина пусть захлопнет рот, ей он не перепадет. – Потом рассказала, как вели мои подружки себя с моим другом. Мама вконец успокоилась, через минуту попрощались.

Я сползла с кровати и поплелась ставить чайник, потом в душ. Когда вышла из душа, Нэран встал, замотался в халат и разогревал в микроволновке манты и шашлык. Я проголодалась и накинулась на еду. Он только посмеивался и пил горький кофе. Запив все съеденное большой кружкой чая, я удовлетворенно откинулась. Почувствовала, как силы возвращаются ко мне. Некромант встал, чтобы еще налить себе кофе, а я засмотрелась на него и сказала:

– Нэран, а когда ты будешь тренировать меня? Ты же обещал. – Он хмыгнул:

– Не обещал. Ты попросила, а я оставил вопрос открытым. – Вот вредина. Ему бы адвокатом быть.

– Так ты сейчас закрой этот вопрос.

– Зачем тебе это? Оружие – это для мужчин.

– А, ладно. Когда какой-нибудь урод будет нападать, я ему скажу – нападай на мужчин, они достойные соперники.

– Тогда запишись на самбо или другой вид самообороны. – Я вздохнула:

– Понятно, я тебе настолько опротивела, что работа стала для тебя спасением от меня. Спасибо за совет, именно так и сделаю. – Обидевшись, я встала и пошла в комнату. Убрала постель, собрала вещи, все разложила по своим местам. Набрала воды и пошла смывать рисунки Нэрана. Потом вытряхнула палас, постелила и стала заканчивать уборку. Вымыла руки и лицо, открыла газету и стала смотреть рубрику услуги. Та-ак, фитнес – нет, танцы – не сейчас, аэробика – бяка, а во-от – фехтование, телефон. Я позвонила, поднял охранник, дал телефон учителя. Переговорила с учителем, согласовала режим. Он был очень удивлен, что я хочу посещать каждый день, но согласовав цену, согласился. Потом нашла учителя по самбо, тоже уговорилась. Теперь я должна заниматься каждый день, отдых – воскресенье. Домой раньше десяти вечера не попаду. Клуб фехтовальщиков рядом с работой, поэтому договорилась на полшестого, а через три остановки другой – самбо с полвосьмого, плюс дорога полчаса. Я была настроена решительно. Нэран не хочет учить, найду, кто научит. Залезла через ноут в инет, зашла в блок продаж, примерно прикинула, сколько стоят мечи. Аж присвистнула, хорошие мечи от двух тысяч долларов. Мля, но ничего, потихонечку насобираю. Нэран сидел как ни в чем не бывало. Хотя краем глаза видела, что он прислушивается к моим переговорам. Пусть знает, что нет такого человека, который меня остановит. Я хочу овладеть мечом, не знаю почему, но знаю, что очень хочу.

11

Праздничные дни пролетели моментом. Мы с Нэраном помирились, но ему я так и не сказала, что записалась на фехтование, сказав только о самообороне. С вечера приготовила еду, разложила в два контейнера, оставив немного на завтрашний вечер для некроманта. Попили чай и легли спать.

Утром я мухой подорвалась с постели. Запихала в себя завтрак, прихватив обед в контейнере, помчалась на работу. Целый день прошел в обычном режиме, только я ждала встречи с учителем фехтования. Переоделась еще на работе, зайдя в клуб, надела мягкие кеды. За мной закрепили ящик № 7, и дали от него ключ. Сложив туда все вещи, в том числе телефон, я пошла знакомиться с Андреем Игоревичем. Оказался учитель молодожавым дядькой лет сорока пяти. Сразу же спросил, для чего мне это. Я ответила честно, что мой мужчина – известный тренер по фехтованию, наотрез оказался учить меня, и процитировала слова Нэрана. Я сказала, что хочу научиться владеть разными видами холодного оружия и предоставляю ему выбор, с какого начать.

Начали мы со шпаги. Показав пару упражнений, которые я стала тщательно прорабатывать, учитель пошел к другим. Вдоволь намахавшись имитацией шпаги, я уже достаточно усталая пошла в следующий клуб. Там выучила несколько приемов у Святослава Ивановича. Естественно, что домой еле доплелась. Быстро, как только могла, приготовила еду, рассовала ее по контейнерам, повалялась в ванне, растерлась специальным кремом, легла и уснула, как убитая. Нэран только посмеивался надо мной, но именно его насмешки давали мне силы для работы. Я ведь не сказала ему свою потаенную мысль – мне очень хотелось похудеть, но я боялась обвисающей кожи, которая выглядит ужаснее жира.

В авральном режиме я работала месяц, но втянулась с первой самой страшной недели. Все стали замечать, что я похудела, но меня интересовало другое. Теперь я могу перейти на менее строгий режим. Договорилась на три дня в неделю, но по три часа один урок. Учителя согласились. Нэран тоже подчинил свои уроки к моему расписанию, стал встречать меня с работы, мы не спеша шли домой. Он немного потеплел ко мне, видя мое упорство. А я жила ожиданием того дня, когда смогу показать свое мастерство владения мечом. Но учитель не разрешал меч, пока только шпага.