Чтение онлайн

Оба эти способа предполагали попытку перевалить свои заботы на чужие плечи: либо на людей из будущего, которым рано или поздно свалится на голову комета, либо на людей из другого мира.

Я видел фрагменты оживленного обмена мнениями на пальцах между Вороном, Душечкой и Молчуном, но не обращал на них особого внимания. Как иногда улавливаешь обрывки чужого разговора, который тебя не слишком интересует. Ворон вошел в раж. Он даже на языке жестов умудрялся сердито ворчать. Вот вроде все сидят тут и ни хрена не делают, а ждут, пока что-нибудь не случится само по себе. Вместо того чтобы вылезти наружу, подсуетиться и помочь случаю. В общем, выдвигал свежую идею о том, что под лежачий камень вода не течет.

Парень полностью оклемался. Наконец-то я увидел прежнего Ворона. Во всей красе. Если кто-то создает тебе проблемы, значит, надо пришить гада. Или уж, самое малое, врезать ему между глаз так, чтобы у него из ушей потекло.

Меня так и подмывало прервать его мужественные декларации, особенно когда он начал предлагать свои, а заодно - и мои, услуги. С целью обследовать место, где случилось утреннее побоище. Я едва удержался от возмущения. В надежде, что Душечка и без меня промоет ему мозги.

Пора уж мне было бы знать, что на ведьму нельзя полагаться ни в чем.

Она вдруг объявила эту идею великолепной, а заодно велела нам прихватить с собой Боманца. Вдруг, дескать, там пригодится колдун.

Молчун не смог удержаться и расплылся до ушей. Чертов хвост рассчитывал использовать каждое мгновение нашего отсутствия, чтобы до отвала накормить Душечку своими баснями и попытаться восстановить ее против нас.

Если мне будет суждено провести остаток дней в рядах повстанцев, займусь набором рекрутов, решил я. Движение явно нуждалось в большем количестве женщин. И в меньшем количестве сексуально озабоченных колдунов.

***

Боманц соорудил очередную маленькую галлюцинацию, после чего мы с важным видом прошествовали вниз по ступенькам и вышли через парадные двери. Будто всегда тут жили. Да разве мы могли вообще здесь оказаться, если бы были посторонними, мудро заметил Ворон.

Каков Ворон! Сама невозмутимость. Выдержка. Стиль. И мужества полные штаны.

Труп, разумеется, уже увезли. Но место мы нашли легко. Там оставались пятна крови, а вокруг болталась стайка подростков, радостно сообщавших всем и каждому, что тут стряслось.

Ворон едва удостоил взглядом следы преступления. Боманц тоже. Обоих интересовали не покойники, а живые.

Мы не спеша пошли в глубь аллеи, по которой удирал убийца. Я спрашивал себя, почему здесь нет солдат. Конечно, рассчитывать, что убийца сюда вернется, они не могли. Но любому мало-мальски соображающему офицеру мысль о засаде должна бы прийти в голову. Правда, офицеры очень редко используют голову по прямому назначению.

Найти то место, где бандит ухлопал двух солдат, оказалось не так просто. Казалось, туда никогда не попадал ни один луч света. А еще казалось, что это место населено потусторонними тенями, которым наше вторжение совсем не по душе. Людям здесь было нечего делать.

Странное ощущение. У меня даже мурашки по коже побежали. Может, поблизости до сих пор слоняются души убитых солдат?

Но тут Боманц сотворил в воздухе огненный клубок, осветивший окрестности.

– Так будет лучше, - сказал он.
– А то мне уже начали чудиться привидения.

Да уж. Вот и Боманц хоть на что-то сгодился.

Они с Вороном принялись шарить вокруг. Но смотреть тут, по-моему, было не на что. Я нашел кучу каких-то битых камней, уселся на нее и принялся ждать, пока они закончат осмотр.

Мимо важно прошествовала жирная крыса. Вот сволочь. Ни тени почтения к существам высшей расы. Я запустил в нее куском кирпича.

Она остановилась, оглянулась на меня. Ее красные глазки яростно сверкнули. Какая наглая тварь! Я схватил еще один обломок кирпича и пододвинул к себе сломанную доску.

Крыса стремительно метнулась ко мне.

Она была бешеная! Едва эта мысль мелькнула у меня в голове, как я очутился на самом верху каменной кучи, сжимая в руках доску. Куча обвалилась, я съехал по ней вниз, неистово лягаясь, изрыгая проклятия. Крыса увернулась от пинка, спокойно вильнула в сторону и скрылась.

Ей было чем похвастать перед своими приятельницами.

– Стой-кто-идет!
– заорал незаметно подошедший Ворон.
– Слава Великому Охотнику! Виват Грозе всего Крысиного Рода!
– Он страшно веселился.

– Заткнись!
– злобно огрызнулся я, встал на четвереньки и буквально уткнулся лицом в какую-то изодранную парусиновую тряпку, торчавшую из-под осыпавшихся камней. Обидевшись на Ворона, я решил немного схитрить.

Я встал, отряхнулся, снова уселся на кучу и потихоньку откопал свою находку, предоставив Ворону дальше обнюхивать местные закоулки. Мне показалось, что это мог быть заплечный мешок того негодяя. Наверно, из-за него он и задержался здесь, когда мог просто ускользнуть через пролом, оставив солдат с носом.

Наконец Ворон заподозрил что-то неладное.

– Что ты там разглядываешь?
– крикнул он. Боманц ничего не спросил. Но его глазенки сразу засветились.

Оба быстро поняли, в чем дело. Ворон хотел немедля вскрыть мешок, но Боманц удержал его.

– Потом, - сказал он.
– Надо уходить. В любую минуту здесь может появиться кто-нибудь еще.

Сперва мы хотели уйти тем же путем, как и убийца, через пролом в стене. Это была отличная мысль, но оказалось, что дыра плотно забита изнутри.

– Ладно, - сказал Ворон.
– Надеюсь, мы сможем вернуться к храму прежним путем.

***

В конце аллеи нас ждала засада. Около дюжины солдат, и все настороже. Не будь с нами ручного колдуна, мы бы наверняка влипли. Старик учуял их вовремя.

Вернувшись чуть назад, мы посовещались. Боманц считал, что сейчас все входы и выходы из лабиринтов квартала перекрыты наглухо. Вероятно, скоро начнется облава. Старик мог вывести нас отсюда в любой момент, но ему пришлось бы пустить в ход столько фокусов и пиротехники, что Изгнанник сразу бы допер, в чем дело.

– Значит, по крышам, - беспечно сказал Ворон. Будто это было самое простое и обычное дело.

– Звучит неплохо, - буркнул Боманц.
– Но я старик. Мне давно перевалило за пятую сотню. И я колдун, а не мартышка.

– Отдай ему мешок, Кейс. Пусть утрет сопли и валит домой, к мамочке. В одиночку пройдет. А мы поиграем в пятнашки с солдатиками.

– Что? А... Конечно. Ты ведь сам из этих.., любителей - в пятнашки. Отличная школа и прекрасный стиль, - проворчал я, но вещмешок снял. Боманц, покряхтывая, влез в лямки. Мешок для него явно был великоват.