Серебряное дерево
Шрифт:
— Слишком уж ты стал деловым, слова доброго никто от тебя не услышит — только командуешь и грубишь... — сказал учитель Минус. — Вылечите-ка его, профессор, от этой привычки...
— Да, да, — откликнулся профессор Гематоген, — и Лягушонка надо бы подлечить. Многим последнее время не нравится поведение обоих начальников. Посмотрим, не появились ли у них какие-нибудь опасные заболевания. Да нет, скорее всего — это просто нервы. Как ни говорите, работа у них хлопотливая... Не волнуйтесь, у меня есть новая микстура — ребята будут здоровы!
Не только Коренёк и Лягушонок не нравились Минусу. У некоторых свирельцев опять появилась привычка лениво зевать и потягиваться, а некоторые снова повадились ходить к садовнику Грушке за фруктовыми тянучками. Это очень огорчало учителя.
— Стоит свирельцам пожить в покое, без хлопот и трудов, как у них сразу же появляются дурные привычки, — говорил он Гранату, Гематогену и Тромбусу.
Гранат поглядел на учителя, раздумывая, по-видимому, о чём-то важном, а потом махнул рукой, подзывая его поближе.
— Все дела улажены, оттого, я думаю, свирельцам стало неинтересно, — сказал он. — У меня есть для них одно дело...
Гранат отвёл учителя в сторонку, и они стали о чём-то шептаться. Минус всё время одобрительно кивал.
— Уважаемый маэстро, подудите, пожалуйста, в свою тромбину, — обратился Гранат к Тромбусу.
Когда протрубили сбор, мудрец влез на вышку и начал:
— Друзья, я хочу опять отправиться в подземелье Ледяных гор... — Гранат задумался и провёл рукой по лицу.
— Не сидится тебе дома! — закричали свирельцы. — У нас всего вдоволь, чего тебе нужно в этом подземелье?..
— Много чего нужно! — уверенно заявил Гранат. — Там я нашёл удивительные камни. Вас-солибас! Розовые, как ветки серебряного дерева, и голубые, как... как небо нашей страны... Из них мы сможем построить себе удобные дома — сколько можно жить в неудобных палатках! И не только дома, а даже дворцы! Мы бы тогда не строили дома из деревьев, как раньше, — надо лес беречь, пусть он украшает Свирелию... Кто хочет помочь мне вынести из подземелья эти камни? Кто пойдёт со мной в экспедицию?
Гул покатился над «Ёлочкой», всем захотелось идти в экспедицию. Каждый тянул руку вверх, поднимался на цыпочки, чтоб Гранат мог увидеть его раньше других, и кричал: «Я! Я!»
Первыми записали трёх друзей-разведчиков: Шишку, Стружку и Мушку, — ведь они ещё в детстве любили собирать всякие камни и давно мечтали отправиться в поход за чем-нибудь полезным.
После них записалось ещё много свирельцев и даже свирелок.
Неожиданно в экспедицию стал настойчиво проситься ассистент Витаминчик, который ещё не так давно отмахнулся бы от этого дела двумя руками. И его, конечно, приняли — теперь все уже не в первый раз видели, на что способен Витаминчик.
Не теряя даром времени, экспедиция во главе с Гранатом двинулась в бывшую Булыганию, к скалам, где находился вход в подземелье.
— Зимовать будем в подземелье, — сказал на прощанье Гранат.
— Назад нас ждите весной! — хором добавили Шишка, Стружка и Мушка.
А Чик после ухода экспедиции совсем запечалился. Целый день бродил он по осеннему лесу. Деревья в лесу стояли раздетые, всё кругом было уныло, и только Серебряная роща светилась вечносеребристой листвой.
Чик подолгу смотрел в небо. Оно было огромно и пусто. Лишь несколько тучек серыми барашками жались друг к дружке.
Чик уселся на большой камень и начал думать, как же ему жить на свете, если нет птиц. И когда наконец он что-то надумал, всё вокруг для него вмиг повеселело, в каждой осенней лужице засверкал солнечный заяц, и внутри у Чика всё запело и зазвенело.
На другой день Виолка даже не узнала Чика: он шагал по лесу, насвистывая песенку, и весело гнал перед собой, как футбольный мяч, еловую шишку.
Виолка заглянула ему в глаза — и в прозрачных, как озёрца, глазах Чика девочка увидела лес, кусочки солнца и себя.
А Чик торжественно сказал:
— Я отправляюсь путешествовать по далёким странам, где зимуют птицы. Мудрец Гранат путешествует, а мне разве нельзя?.. Вернуть птиц в Свирелию могу только я... И будут мои птицы охранять лес от всяких Усачей.
— Это ты хорошо придумал, — ответила Виолка и нерешительно попросила: — Возьми меня с собой. Если можно... Я тоже хочу путешествовать, потому что...
Смутившись, девочка ничего не сказала, но Чик понял её и так.
Маэстро Тромбус снова собрал свирельцев на поляне «Ёлочка», Чик взобрался на вышку и, робея, объявил всем о том, что они с Виолкой отправляются путешествовать.
— Зимовать мы будем в тёплых краях, — подражая Гранату, сказал Чик. — А весной вернёмся с птицами.
Друзья уселись верхом на Аргамака. К этому времени Гематоген вылечил ему ногу, и он перестал хромать, а голову помолодевшего оленя украшали великолепные рога.
Свирельцы проводили Чика и Виолку в далёкий путь.
Глава восемнадцатая,
О ТОМ, ЧТО СТАЛО СО СВИРЕЛИЕЙ И СВИРЕЛЬЦАМИ ПОТОМ
Свирелия опять вернула себе славу самой радостной и счастливой страны на свете. Опасения Минуса, как бы свирельцы снова не привыкли жить сладко и легко, оказались напрасными. Теперь свирельцы научились думать и понимали счастье совсем не так, как раньше.
Часто, собираясь после работы на поляне «Елочка», они вспоминали прошлое и толковали о своём нынешнем житье-бытье.
— Чудно! — рассуждали они. — Перестали на дерево надеяться — и сами всему научились. Зато теперь в награду за все труды — эти пилюли и скрипки...
— Что ни день, то новые хлопоты... А как подумаешь, ведь не променяли бы нынешней жизни на прежнюю. Жить на всём готовеньком и объедаться сладостями?.. Нет уж, не надо нам такого счастья!
— У нас теперь лишних семь скрипок и пилюли с семи деревьев... Пусть лежат про запас!..
— Ох, и сказал! Другим людям отдадим, не в сундуках же их держать! Мы теперь и так непобедимые и долголетние...
И правда, с этих пор и на многие годы свирельцы прославились долголетием. Старость не брала их. Столетние женщины ходили на карнавалы и бойко отплясывали вместе со своими правнуками. А щёки стопятидесятилетних старичков были румяны и гладки, как у пятилетних младенцев. Они ходили в туристские походы, играли в футбол и бегали наперегонки. А Маковый лужок давным-давно переоборудовали под спортивную площадку для старичков.