Чтение онлайн

— Вон там, — ответил он, показывая в ту сторону вилкой. «Почему, интересно, с лица ее исчезла улыбка?» — Но прежде чем надеть, вытряхните их. — Уловив насмешливый взгляд девушки, прибавил. — Туда могли заползти скорпионы.

На лице Брайди появилась недоверчивая гримаса, но она сделала все же, как советовал Таг.

За завтраком Слоан продолжал с тревогой посматривать в сторону каньона. Он плохо спал в эту ночь, сторожа сон Брайди, хотя и очень устал за день. Каждая треснувшая ветка, каждый порыв ветра заставляли его тут же просыпаться.

Он чувствовал, что Ник рыщет где-то поблизости. И с ним был кто-то еще: с маленьким размером ноги и более легкий по весу, чем сам Мэллори. Таггарт пришел к этому выводу, благодаря следам, которые оставили после себя предшественники. Здесь были два человека и три лошади, одна из которых, по всей вероятности была вьючной, так же, как и у них с Брайди.

Возможно ли, чтобы Ник взял себе в проводники ребенка? Это казалось неправдоподобным, потому что в Потлаке было не так уж и много детей, да и вряд ли Мэллори доверил бы свое будущее ребенку.

А может быть с ним была женщина? Таг сразу же подумал о Консуэле, но тут же отбросил эту версию. Зачем бы ей было нужно с ним ехать? Да, конечно, она обозлена на Слоана, но не настолько безумна, чтобы ехать с Мэллори. Но, может быть, она решила, что, оказывая помощь Нику, отомстит таким образом Таггарту? Нет, на нее это не похоже. Консуэла, скорее, пристрелила бы обидчика или сбросила бы ему в колодец дохлого скунса [20] — это больше бы отвечало ее стилю.

Но кто бы ни был с Ником, они крутятся где-то рядом. И если случится оказаться у них на пути, Мэллори может быть даже опасен. Прежде чем разбудить Брайди, Таг еще раз перепроверил свое оружие, надеясь, однако, что применять его все-таки не придется.

Каньону Мертвого Осла название это подходило, как нельзя лучше.

— Какой ужас! — воскликнула Брайди, увидев огромную, вытянутой формы, груду высушенных и выбеленных солнцем костей. Ими был покрыт один из склонов узкого каньона.

Таггарт объяснил, что много лет тому назад индейцы охотились здесь на дичь и почти никогда не возвращались домой без добычи. Однажды, много лет спустя, торговец лошадьми по имени Зальмон Уитлоу, угодив в этом районе в пыльную бурю, оказался без воды с несколькими лошадьми, парой мулов и двумя дюжинами ослов. Будучи уверенным в том, что и сам он, и его животные, умирающие без воды, уже обречены, Зальмон остановился здесь, выстроил скотину в ряд на вершине утеса и расстрелял их. Мертвые тела свалились в каньон на старые кости вилорогих антилоп. Вскоре к каньону подъехал всадник, услышавший выстрелы, и увидел плачущего торговца над телами убитых им животных.

Узнав, что он находился всего в каких-нибудь двух часах езды от воды, Зальмон Уитлоу пустил себе пулю в лоб.

Вода, бывшая поблизости каньона и о существовании которой не знал бедняга Уитлоу, находилась в Tres Tanques. Здесь, в этой легендарной воде, Брайди сейчас весело болтала ногами.

Таг и Брайди проехали приличное расстояние по дороге, поднимающейся вверх, и обратили внимание на то, как ровная, поросшая кустарником местность, сменяется горными выступами, среди которых изредка попадались невысокие, коренастые деревца. Вокруг грудились потрескавшиеся валуны, темные и гладкие, словно отполированные.

Самый меньший из трех каменных резервуаров достигал в ширину футов десять, а глубина его пересохшей впадины была не более восьми дюймов. Другой водоем, располагавшийся рядом, был чуть-чуть глубже и шире предыдущего, и воды в нем было дюйма на два, да и та затянутая илом и усеянная личинками каких-то водных насекомых.

И третья каменная чаша была, бесспорно, самой крупной. По форме напоминающая разрезанную почку, она в длину доходила футов до двадцати, а в ширину достигала, где-то футов десять-двенадцать. Значительная часть этого необычного водоема прикрывалась, нависающим сверху, большим черным валуном. Воды здесь было больше, чем в первых двух резервуарах, вместе взятых, и выглядела она сравнительной чистой. Спокойствие водной глади, то и дело, тревожили маленькие лягушата, выныривающие, как пузырики в кипятке, то здесь, то там. В открытой части водоема, над которой не нависал камень, роилось множество крошечных головастиков, питавшихся водорослями, поднимающимися с плоского каменного дна водоема.

Таг предупредил девушку, чтобы она не вздумала отсюда напиться.

— Лягушек эта вода, наверное, вполне устраивает, но нам лучше не рисковать и вскипятить ее, — сказал он.

Однако, об этом можно было не беспокоиться, так как фляжки были полны воды, набранной еще в реке Белого Волка. А сидеть, опустивши ноги в водоем, было не только приятно, но и занятно, наблюдая за головастиками, которые тут же окружили незнакомые для них предметы и принялись исследовать этих непрошеных гостей.

— Тебе нравится здесь? — спросил Таггарт, опускаясь рядом с девушкой на колени.

— Это просто сказочное место, — ответила Брайди, не поднимая на него глаз. Весь день она старалась не встречаться с ним взглядом. — Настоящий оазис в пустыне. — Вытащив ноги из воды, она поставила их на теплый, нагретый солнцем камень и села, подтянув к подбородку колени. Она обхватила их, те самые ноги, которые совсем недавно, ночью, обнимали горячее, мускулистое тело Тага.

«Возьми себя в руки, Брайди Кэллоуэй. Почему в обществе этого человека ты становишься такой безвольной? Ведь он, возможно, ничем не лучше Ника. Ты почти ничего о нем не знаешь. Он признался, что его финансовые дела оставляют желать лучшего. Именно так, кажется, он сказал? А что если он убьет тебя и приберет к рукам твое серебро? Если, конечно, вообще существует какое-нибудь серебро. Или же просто сделает тебя своей очередной потаскушкой. А когда ты ему надоешь, он избавится от тебя так же, как и от Консуэлы. Сделает тебя своей потаскушкой? А НЕ СТАЛА ЛИ ТЫ ЕЮ УЖЕ?!»

Почувствовав, что краснеет, Брайди потупила взор. Какой прок от всех этих самоистязаний?! Что она не придумывала бы себе, факт остается фактом: она не сумела бы противиться ему, даже если бы Таггарт раздел ее сейчас и овладел ею прямо здесь, и, кажется, не важно где — на острых камнях или в этом «чистом» водоеме. Одни лишь воспоминания о его неистовых ласках лишали самообладания.

«Ты угодишь прямиком в ад, Брайди Кэллоуэй. И даже в чистилище тебя могут не принять».

— Где… — Голос девушки был таким хриплым от волнения, что ей пришлось замолчать и откашляться. — Где ты был?