Чтение онлайн

— Что это?

Сайто продолжал безмолвно общипывать пробку. Мелко, дробно кромсать ногтями. Вероятно, от нечего делать он измельчал пробку.

…Удручающий. Слишком вгоняет в тоску. Пустое времяпрепровождение, от одного взгляда на которое придешь в уныние.

— Прекрати, уже… Удручающе…

Сайто промямлил:

— Удручающе.

— Отвратительный фамильяр!

— Я — крот.

Докатились до крота. Луизе не нравились эти слова. Хочется, чтобы мальчишка обладал чувством внутреннего достоинства.

Подумав об этом, она совсем потеряла терпение.

— Что за крот? Соберись! — когда она его ударила, ошеломленный Сайто упал.

— Попробуй что-нибудь возразить. Смотри! Эй-эй! Крот. Крот-кротище.

Пошлепав себя по щекам, фамильяр уставился на свою хозяйку.

Луиза удивленно пожала плечами. Поскольку она подумала: "Рассердившийся Сайто набросится на меня, разве не так? Никогда, мне, быть поваленной парнем, как в тот раз? Это разозлило, пусть знает меру! Этот парень! Такой тупой фамильяр нападет, и я буду объектом атаки? Н-ни за что… нет", — безрассудство заставило ее тело дрожать.

Зачем такое говорить? Похоже, в том, что она провоцировала его, был какой-то смысл. Однако она сама этого абсолютно не замечала.

Однако Сайто внезапно встал и направился к двери.

Когда хозяйка разочаровано спросила: "К-куда ты идешь?!" — то получила краткий ответ: "Прогуляться". Фамильяр в том же состоянии покинул комнату.

Волоча за собой одеяло, девочка вновь подошла к камину и подобно кошке свернулась там калачиком. Дерфлингер, который был прислонен к стене, позвал Луизу:

— Бесчувственная девица.

После этих слов она высунула лицо из-под одеяла.

— Ч-что… Он неправ, разве не так?! Ведь до каких пор он будет робеть…?

— Как ты считаешь, благодаря кому партнер в таком состоянии?

— Н-не знаю! — крикнула Луиза, похоже, пытаясь отделаться от меча.

— Тогда я тебе объясню. Партнер вбил себе в голову, что ты его полностью отвергла.

Луиза закусила губу.

— С-само собой разумеется, разве нет?! Он — фамильяр, а я — дворянка!

— Это — истинный мотив?

Луизино лицо внезапно искривилось. Продемонстрировав неподдельную девичью сущность, Луиза надулась.

— О-он скверный, такой бесчувственный. Не обращает на меня внимания. С другими девицами…

— Что он с ними делал? Если бы ты видела что-нибудь своими глазами, был бы другой разговор, однако та служанка всего лишь сказала: "Пуговку мне расстегнул", разве не так? Поэтому, подозревая его в непостоянстве, ты раздула свой эгоизм.

— Уу…

— Да, поэтому ты всем показывала, как флиртуешь с красавчиком? Ну, даже если так, не переусердствовала ли ты? Не все так плохо, если ты только делала это демонстративно, но ты сказала жестокие слова. "Раз уж садишься верхом сзади кого-то, лучше, если это будет привлекательный мальчик" или что-то подобное.

Луиза потупилась.

— То есть, как посмотришь в благоприятном свете, тот ромалийский священник привлекательнее. Лица не служат для сравнения. Если говорить о летающих созданиях — сравни муху с фениксом. Если говорить о земных созданиях — сравни медведку со львом. Если говорить о водных созданиях — сравни дафнию с лебедем.

— …А это — не преувеличение?

— Нуу, во всяком случае, лица не в счет. Ведь разве партнер не остался с тобой, подавив свое желание отправиться на восток? Разве не признался тебе в любви? Несмотря на это, когда ты ответила: "Это — проявление преданности", кажется, он был достоин сожаления. Не говоря уже о другом парне, когда ты вела себя так, как будто выбрала того бесподобного красавчика, похоже, партнер был совсем жалок. Хотя он специально собрался с духом, чтобы признаться тебе в любви…

Луиза слушала эти слова в течение целых пяти минут, что заставило ее лицо стать пунцовым. Затем она убедилась, что в комнате действительно нет посторонних ушей: подошла к окну и посмотрела наружу, проверила за занавесками, открыла гардероб, заглянула под стол, — и только после этого повернулась к легендарному мечу.

— Эй, это — правда? Никому другому не говорил? Но как?

— Партнер там был искренен. Верить или нет — твой выбор.

Покрасневшая Луиза замолчала.

— Действительно, из-за того, что у тебя настолько плохое настроение, ты говоришь партнеру грубости, так что он понес кару.

Девочка угрюмо надула щеки.

— Я-я уже это поняла. Я прощаю его! Надеюсь, этого достаточно!

— В таком случае извинись перед ним и скажи несколько добрых слов.

— Я? С какой стати?! От него получить извинения…

— Если бы все как обычно, то извиняться стоило бы обоим, однако на этот раз ты первой уступишь. Поскольку до такой степени низко с ним поступала.

Хотя Луиза на короткое время издавала стоны: "У-уууу", "А-уууу", "И-ииии", которые, похоже, были достойны сожаления…

— Да поняла я! Если попрошу прощения, полагаю, все будет в порядке! Попрошу прощения! — крикнула она, находясь в состоянии: "А есть ли у меня намерение извиняться?"

Однако Дерфлингер пробормотал слова, похожие на угрозу:

— Однако на самом деле именно в этот раз партнер всерьез рассердился, поэтому… похоже, он действительно разочаровался в тебе. Кажется, он не простит в ответ на одни лишь слова.

На лице у Луизы отразилась тревога.

— Беспокойство?

— Н-не будь глупым! Все будет в порядке! Всякий такое простит, ничего не требуя!

— Ну-ну.

Дерфлингер замолчал. Поскольку он продолжал держать рот на замке, Луиза начала нервничать.

Вскоре девочка лишилась самообладания. Она схватила полено, лежавшее сбоку от камина, и начала со скрипом сдирать с него кору.

— Удручающее времяпрепровождение.

— Заткнись! Ладно, что мне лучше сказать?! Не важничай, а объясни!

— Люблю.

— А-а-а?

— Я тоже люблю Сайто!

— Не могу так легко сказать подобное!

— Ты его ненавидишь?

— Э-это не так, но… — заколебалась Луиза.

— Значит, ты его любишь, не так ли?

— Не так! Во всяком случае, я это и не могу сказать, и не хочу говорить, и нет причин говорить, и не хочу говорить, и я не влюблена! Ты! Дурак! Меч со свалки!

— Ха-а, ты была такой, чтобы он снова внезапно тебя повалил, так?

— Превосходно!

— Правда?

— Отлично! Это — не шутка! Действительно, что за мысль — повалить хозяйку! В другое бы время…