Чтение онлайн

рубил его — значит, отстоял свою землю, а если он

Москва, я не люблю тебя

85

тебя опалил огнем изо рта, значит, попадешь в Вал

галлу. С любой стороны хорошее дело. Win win.

А я много думаю. «Уапще» слишком много. Был бы

я примитивнее, попросту не подошел бы к телефону

или сказал, что за границей, или... в общем, отказал

ся от этого дела. Но я же образованный раб смыс

ловых надстроек. Прежде чем просто сказать «нет», я подумал о своем имидже человека, решающего чу

жие проблемы. Я подумал о том, как после отказа

меня воспримут другие заказчики, о недостающей

сотне тысяч, я подумал о том, что ты викинг, Саслан, а если викинг просит помочь, ему нельзя отказать, он

тебе еще пригодится. Я слишком умный... в этом

проблема...

Начало недели ясно намекало, что начинаются

проблемы. Они всегда приходят сюда с сентябрем, с пробками, которые создают родители, что носятся

по городу, покупкая тетради, учебники и всякое

школьное дерьмо.

Все проблемы в моей жизни начинались первого

сентября. Школьные драки, институтские романы, смена работы — все приходилось на сентябрь. Каж

дый раз, когда заканчивается лето, я начинаю нерв

ничать, будто завтра снова в школу или институт. Не

навижу первое сентября. Чертов Гитлер начал войну

первого сентября, а что сделал ты, чтобы не пойти

в школу?

Все началось в понедельник, когда у меня загнил

кактус, мирно росший почти два года. Напитался этой

адской жарой, вылез из кадки, распластался побега

ми, и, сука, вырвал из земли корни. Я стоял над кад

86

Сергей Минаев

кой и почти плакал — его молодые отростки распла

стались по паркету, словно он сбежать хотел. Собрал

ся с духом, напрягся, рванул и... растекся, как ки

сель, будто ему ноги отрубили. И даже домысливать

не надо — все, абсолютно все хотят свалить из Моск

вы, даже кактусы.

Потом ЭТА. Неуклюжая в своей вечной отстранен

ности, будто обдолбанная эфиром, восторженно наив

ная идиотка, уничтожившая мой диван. Человек, ко

торый случайно может взорвать у тебя дома атомную

бомбу, приняв ее за зажигалку, а потом замереть

между искореженными плитами, торчащей арматурой

и пропищать что то вроде: «Ой, я, кажется, подолом

платья зацепилась за что то острое!»

Потом Саслан со своим кейсом, в котором лежит

миллион. Кейсом, который он сам отдал в руки пер

вому встречному, а потом удивился, когда тот про

пал. Дефиченто... больной человек, готовый перест

релять весь город из за ничтожной суммы. Даже

взятку интеллигентно дать не может, все оперирует

этим старомодным ублюдским кэшем. А апломба —

как у неработающей системы ГЛОНАСС. «Мнэ трыд

цать сем, и я стою два ярда... я воэн». Воин.

Тоже мне, викинг. У викингов не было кейсов, у

викингов не было сбережений, у них были только бо

евые топоры. Они забирали чужую добычу, часть от

давали своим богам, а остальное тут же пропивали и

проедали. С другой стороны, чего ждать от человека, который, входя в управление полуразваленным мо

лочным заводом (туманное утро, автоматчики рабо

тают периметр, охрана связана, бывший директор, Москва, я не люблю тебя

87

полузадушенный телефонным шнуром, подписывает

уставные документы), задал первый вопрос своему

юристу:

«А какая у завода капытализыц будет через год?»

Чертов город, — ты ухитрился даже из чеченских

бойцов сделать просто «инуэсторов».

А потом порвался зайчик... ушастый плюшевый

зайчик цвета лаванды, такие делают только в Про

вансе. Внутрь зайчика вшит мешочек, набитый лаван

дой. Лаванда ( lat. Lavandula) — ароматический веч

нозеленый кустарник. Римляне добавляли ее в ван

ны для свежести, использовали для стирки и уборки.

Египтяне растили ее в священных садах Фив и гото

вили из нее благовония. Остатки лаванды были най

дены в запечатанных урнах в гробнице Тутанхамона.

Аромат лаванды помогает от головной боли, боли в

суставах, ее масло способно лечить ожоги. Впрочем, посмотрите про это в Wikipedia. Главное — лаванда

снимает стресс.

Стресс, который у меня никогда не заканчивается.

Стресс, который меня преследует, ввиду особеннос

тей работы. Стресс, который мешает принимать пра

вильные решения. Поэтому, когда волнуюсь, я нюхаю

зайчика. Точнее, его жопу — именно в эту часть жи

вотного вшит заветный мешочек.

Кто то щелкает суставами, кто то теребит четки, кто то катает в руке шары или сжимает резиновое

кольцо. Кто то мастурбирует. А я нюхаю своего зай

чика. Точнее, его жопу. С одной стороны, это успо

каивает, с другой — таит в себе сакральный смысл: может быть еще хуже.

88

Сергей Минаев

И вот сегодня, выходя из офиса Саслана, подумав

о курьере, я судорожно сжал лежащего в кармане

зайчика, и он треснул. Лопнул, прохудился, порвался

по ебаному шву... в общем, все плохо. Это был по

следний зайчик из партии. Кто и когда поедет в Про

ванс, кого я могу попросить привезти мне зайчиков, я не знаю.

Мне пришлось остановиться и купить скотч. Как

назло, скотч продавали только широкий, и мне сто

ило изрядных трудов вырезать аккуратную полоску, наложить ее на шов, прижать пальцами, потом удер

живать минуты три, чтобы в итоге хоть как то про

длить жизнь зайчика. Теперь, когда я подношу его к