Чтение онлайн

К нам подскочил тип, одетый с иголочки и пахнущий дорогим парфюмом. Тип носил модные закрученные усы и бакенбарды.

— Что вам угодно, сударь и сударыня? Подсказать?

— Мне угоден костюм, — сказал я. — И рубашка. Как видите, у меня некоторые проблемы с текущим вариантом.

Хлыщ приклеил к лицу казённую улыбку. Мою платёжеспособность он оценил моментально. Несмотря на отсечённый кусок ткани и следы крови, я носил добротное изделие, сшитое на заказ. Кроме того, на моём безымянном пальце красовался родовой перстень, да и территория Пассажа — отнюдь не проходной двор.

— Разрешите предложить вашей спутнице чай и место для отдыха на диване в углу, — консультант перевёл взгляд на Джан.

Я видел, что морфистке не терпелось поучаствовать в процессе, но, оценив выражение на моём лице, она ретировалась к дивану и начала демонстративно листать журнал «Эмм». Мне оставалось лишь последовать за продавцом и приступить к изучению моделей. Должен отметить, мужик хорошо разбирался в вопросе, подобрал мне годную рубашку и галстук. Перебрав несколько костюмов, я остановился на классической чёрной двойке, тёмно-синем галстуке и белой рубашке. Чтобы не терять времени на препирательства с Джан, сразу оплатил чеком «Транскапитала», попросил срезать все этикетки, переоделся и вышел из примерочной в общий зал.

Джан оторвалась от своего журнала.

Окинула меня критическим взглядом.

И улыбнулась:

— А ты знаешь, недурно. Моё влияние, Серёжа, положительно сказывается на твоём вкусе.

Я незаметно подмигнул продавцу и тот понимающе кивнул.

Старую одежду мне пришлось уложить в предоставленные магазином пакеты, вызвать уборщика и отправить в мусорный контейнер. Что ни говори, а сервис у Солодовниковых был поставлен на высочайший уровень.

Весь следующий час я потратил на скитания по женским бутикам, ювелирным лавкам, магазинчикам с сумочками и аксессуарами. Некоторые безделушки стоили таких денег, что я мог бы содержать в течение месяца целый штат прислуги. Публика в этих лавках и бутиках прогуливалась соответствующая. Надменная, одевающаяся дорого-богато, сорящая деньгами направо и налево.

Особое внимание моя спутница уделила парфюмерному отделу. А ещё точнее — фирменному магазину Такасаги, где мы зависли на полчаса, не меньше.

Глянув на часы, я понял, что рискую опоздать.

— Мне пора, дорогая.

На лице девушки появилось задорное выражение:

— Уже?

— В смысле? — парировал я.

— Дорогая.

— Ну, если тебе неприятно…

— Очень приятно, — я был вознаграждён поцелуем в щёку. — Иди уже. Я распоряжусь, чтобы всё упаковали и доставили в отель.

— Мудро, — оценил я, прикидывая вместимость багажника.

Встречу мне назначили в ресторане «Доминанта», который располагался на третьем ярусе западного крыла Пассажа. Мне пришлось преодолеть хренову тучу бесконечных торговых рядов, подняться на очередном эскалаторе и упереться в швейцара, который попросил сдать трость. Выглядел швейцар надменно, фразы бросал с лёгким пренебрежением.

— Если меня сейчас же не проводят к столику господина Раевского, — тихо, но внятно произнёс я, демонстрируя родовое кольцо. — То тебя потребуется сдать на органы.

Швейцар стушевался.

— Прошу прощения, ваше…

— Благородие, — подсказал я.

Титул на лице не написан.

— Ваше благородие, — сглотнул швейцар и покосился на мою трость. — У вас назначена встреча? Разрешите уточнить у администратора, где забронирован столик?

— Разрешаю.

Швейцар скрылся с горизонта, а через несколько минут вместо него объявилась улыбчивая молоденькая хостес.

— Господин Иванов, вас ждут! — прощебетала девушка, делая приглашающий жест.

Коротко кивнув, я последовал за хостес.

Ресторан «Доминанта» располагался в угловой части здания, и две из четырёх его стен были окнами. Да-да, сплошное панорамное остекление. Причём плоскости были скошены под углом в тридцать градусов, что делало ресторан более светлым. Даже зимой.

По небу с приличной скоростью мчались облака.

Тучеразгонители продолжали работать.

Что интересно, здесь эти устройства приносят реальную пользу, в отличие от Фазиса. То ли у наших инженеров-каббалистов руки из одного места растут, то ли погоду южного Кавказа ничем не победить.

Зал был огромным, но посетители ещё не подтянулись. Я отметил всего три-четыре занятых столика. К одному из них меня и подвела хостес.

— Прошу вас, господин Иванов. Я пришлю официанта.

Герцог Раевский шутливо отсалютовал мне, не вставая с места.

— Дорогой барон! Вот мы с вами и свиделись.

Раевский был полной противоположностью моего новоявленного папочки. Высокий, слегка сутулый, по виду лет шестидесяти. Серый пиджак для повседневной носки, расстёгнутая верхняя пуговица рубашки. Никаких намёков на оружие или охрану, но я бы не зарекался. Например, все посетители ресторана могут быть герцогскими гвардейцами, а случайно встреченные типы в вестибюле — представителями его СБ.

Герцог был ясновидящим.

И, как мне уже сообщил через Ольгу мастер Багус, довольно сильным.

А мне такое не нравится. Не перевариваю людей, которые могут получить информацию обо мне через рукопожатие, кражу моих вещей или визит в мой дом, где упыри потрогали стены. Это как читать чужое письмо, заглядывая через плечо адресату. Поэтому я заявился на встречу в новом комплекте белых перчаток, а трость прислонил к стулу таким образом, чтобы собеседник не мог её задеть даже случайно. Когда появилась официантка, я вежливо отказался от заказа.

Герцог посмотрел на меня изучающе.

Я не мог отделаться от чувства, что на меня немигающим взглядом смотрит змея. Глаза ясновидящего резко контрастировали с выражением его лица — подчёркнуто дружелюбным и непринуждённым. Маска, которой хищник прикрывает истинные намерения.

— А почему не едите, барон? — изумился Раевский. — Кормят в этом ресторане отменно. Когда приезжаю в Екат, всегда стараюсь здесь отобедать.

— Благодарю, но я сыт, — сдержанно отвечаю на вопрос, стараясь не прикасаться к столу. Мало ли, этот хмырь через скатерть меня просканирует. — Сегодня был на фуршете.

— В «Господстве», надо полагать? — улыбнулся герцог. — Там кухня послабее. Нет изюминки.

— Приятно, что изюминка есть в нашей сегодняшней встрече, — парировал я. — А вы хорошо осведомлены.

— О ваших новых друзьях из Союза? — уточнил Раевский. — Помилуйте, барон. Это секрет Полишинеля. Я, признаться, был уверен, что вы примкнёте к этому сообществу. Логичный шаг для аристократа без клановой поддержки.

Герцог пил кофе.

Если он что и заказал, то сейчас его обед готовили на кухне. Поздний обед, если уж совсем откровенно. Ближе к раннему ужину.