Чтение онлайн

Возможно, эта версия существования после смерти только для андроидов.

Жалел ли я о том, что не успел выполнить всего, что задумал? Возможно, мне было жаль потраченного времени. И в некоторой степени, тех людей, для кого всё затевалось. Но самое главное, что хотелось сделать по-настоящему – поговорить с сестрой. Это был единственный человек, по которому я на самом деле скучал. Я не смог бы ничего рассказать, не хотелось бы говорить лишнее, но самая обычная беседа на отвлеченные темы, или о прошлом, вернули бы меня к прежней жизни, пусть и на короткое время. Сестра была одной из немногих людей, кто остался из воспоминаний детства.

Казалось, еще недавно мне наступило 30 лет. И вот, теперь и я начал путешествие по волнам своей памяти.

Воспоминания – опасная вещь. Стоит за них ухватиться, и они унесут с головой. Может, в моей ситуации это и к лучшему?

На этом меланхоличном моменте всё внезапно вернулось. Уильям стоял слева и что-то подправлял под моей челюстью.

– Вернулся, Дженсен? У тебя там… Да ладно, ты всё равно не поймешь.

– Я знаю эту игру. У тебя получилось?

– Да, получилось. Пришлось переварить контактную шину, заменить часть проводки и убрать следы возгорания. Неделя-две, и ты бы тлеть начал. Как выспался, кстати?

– Так себе. Страшный сон.

– Неужели андроиды могут чего-то бояться? Ты жестяная банка, тебе положено быть стойким и невозмутимым.

– У меня нет инструкции по эксплуатации, откуда мне знать.

Уильям предложил встать, и закрыл часть спины. Я подошел к зеркалу, чтобы взглянуть на себя.

Конечно же, себя там не увидел. В отражении по-прежнему был андроид со стандартной внешностью новой модели. Но в этот раз не было никакого свечения. Челюсть полностью открывалась. Похоже, моя голова теперь была в порядке. Полоса от удара о колесо вагона так же исчезла. Как Уильям и обещал, у него получилось стереть все видимые следы повреждения.

На правой руке всё еще были большие рваные полосы.

– А с рукой что?

– Я тут битый час восстанавливаю шедевр мирового андроидостроения, а в ответ ни капли благодарности. Рукой потом займусь. У меня уже намешан нужный состав для ремонта кожного покрова, нужно выждать сутки для нужной консистенции.

– Ты прав, я благодарен тебе. На самом деле.

– Иди к черту. Я в магазин.

В очередной раз дверь открылась и закрылась. Мельком удалось увидеть, что на улице уже потемнело. Уильям действительно провозился со мной почти целый рабочий день, и сделал работу как надо.

И всё-таки он снова включил меня. Не стоит говорить о какой-то сентиментальности. Просто после этого у меня появилось к нему доверие. И, раз он меня включил, скорее всего и он стал мне доверять. У Уильяма довольно грубая манера общения, этого не отнять. При этом казалось, что он общался со мной наравне, как с человеком.

Уильям вернулся домой с бутылкой виски и упаковкой закусок. После чего открыл бутылку, принес со второго этажа бокал и принялся праздновать окончание трудового дня прямо на диване.

– Наверное, ты из тех, кто не прочь выпить после тяжелой рабочей смены?

– Нет, не сказал бы. – Ответил Уилл, наливая виски в бокал. – На самом деле я редко пью, и не больше пары стаканов. Просто нужно было пополнить запас, а то предыдущая бутылка закончилась.

Он пристально посмотрел на меня.

– Как раз, когда ты заявился. Пришлось уничтожить остаток той бутылки, лишь бы уснуть. Просыпаюсь, смотрю в экран телефона – а ты до сих пор сидишь там, где я и сказал. Хорошо хоть голова не болела. Сам-то пил при жизни?

– Почти нет. Только в компании. Дома мог выпить разве что пиво. Вообще я не любитель крепких напитков. По крайней мере, был.

– Я бы тебе налил бокал, но не хочется потом лезть менять еще что-нибудь. – С насмешкой ответил Уильям.

Он сидел за компьютером, читал новости, какие-то статьи. Листал фотографии в соцсетях. Я ходил по комнате, глядел себе на ноги. Затем взял с полки небольшой моторчик и начал аккуратно перекидывать из руки в руку.

– Что не так? – Уилл отвлекся от компьютера, не отвлекаясь при этом от сыра.

– Такое ощущение, что я двигаюсь как-то неправильно. Вроде бы управляю и руками, и ногами, но всё равно что-то не то.

– Конечно, ты же двигаешься как андроид. В тебя такие движения заложены и конструктивно, и программно. Чего ты еще хочешь?

– Не могу к такому привыкнуть. Пытаюсь двигаться как раньше, но тело до сих пор кажется чужеродным.

Уилл подошел к стеллажу, достал из коробки небольшой металлический шарик. Такие обычно используются для тренировки запястья, а у мастера они лежали среди запчастей.

– Держи. – Он протянул мне шарик и хлопнул по плечу. – Это из огромного подшипника. Тренируй движения. Если хочешь, могу притащить зеркало, будешь тренироваться, следить за кинематикой.

– Было бы неплохо.

Я подкинул шарик, он приземлился в ладонь, и я ничего не почувствовал.

– До сих пор ничего не чувствую. Сможешь что-нибудь сделать?

– Да, давай завтра. Есть кое-что, что можно подстроить.

Я кинул шарик из правой руки в левую, но не поймал. Шарик покатился по полу в сторону коридора. Пойдя вслед за ним, я увидел свои старые вещи, в который пришел сюда в первый день. Они выглядели почищенными и сложенными на стул рядом с вешалкой.

Неужели он проявил заботу о вещах робота?

– Эй, электронный зад, давай сюда.

Я подошел к столу.

– Смотри, что накопал.

На мониторе была открыта статья о происшествии в здании «Солидейт Солюшенс», где располагался Рид и компания. Статья посвящалась инциденту в офисе президента компании. Согласно тексту, он вел переговоры о возможном сотрудничестве со специалистом по информационным технологиям, как в офис ворвались террористы. Ниже располагалась фотография охранников с сильными повреждениями защитных костюмов.

– Этот гад даже постановку сделал, лишь бы ничего не раскрылось.

Чем дальше я читал, тем сильней вскипала ненависть к своему убийце.

Террористы повредили офисные помещения, испортили оборудование, уничтожили систему наблюдения, при этом ударив самого президента компании. Ниже была фотография Рида, где он давал интервью с гипсом на левой руке. Далее банда вступила в перестрелку с прибывшим дополнительным отрядом охраны, в ходе борьбы зверски расстреляв находившегося в помещении специалиста Ричарда Миллера, возрастом 36 лет, после чего совершила дерзкий побег с балкона. Видеонаблюдение, конечно, ничего не зафиксировало, поскольку не функционировало. Далее прилагались убедительные комментарии очевидцев. С родственниками и друзьями погибшего связаться не удалось.