Чтение онлайн

Лодка нырнула, как только забортная вода хлынула в ее балластные цистерны, и движение было переведено на электродвигатели, а рули глубины задали необходимый угол погружения.

— Механик, погрузиться на 12 метров и выровнять лодку, — распорядился Мор.

В это же время он внимательно следил через перископ за окружающей обстановкой.

— Крейсер! — наконец определил он. — Будем надеяться, что на этот раз это будет не американец.

Всего лишь за два дня до этого они встретили другой крейсер, американский, типа «Мемфис», но вынуждены были оставить его в покое, хотя и не сомневались, что он наверняка сообщит о лодке англичанам.

Полученные командиром приказы не предусматривали никаких действий по определению принадлежности эсминцев с погашенными ходовыми огнями, к тому же еще и совершающих противолодочное маневрирование вокруг английских конвоев. По этой причине отчаявшиеся командиры германских подлодок чувствовали себя связанными по рукам и ногам и всячески проклинали американцев, которые преследовали их, поддерживали контакты со своими подлодками и наводили английские эсминцы на германские субмарины.

— Загляните-ка в справочник Вейера, Чех! — сказал Мор первому вахтенному офицеру. — В раздел английских крейсеров.

Чех быстро пробежал описания различных типов.

— Вот, господин каплей, не этот ли? — спросил он Мора, показывая ему справочник. — Английские крейсера, тип «Дракон»: «Дели», «Диспатч», «Данедин» и «Дурбан». Две близко расположенные дымовые трубы, мачты слегка наклонены, задняя дымовая труба чуть меньше передней; пост управления огнем расположен высоко, сразу же перед грот-мачтой, нос как у тральщика.

Мор согласно кивнул:

— Да, это, должно быть, крейсер типа «Дракон». Подготовьте все торпедные аппараты. Мы выпустим торпеды чуть позже.

Внезапно он услышал звук бьющегося стекла, за которым послышался звук текущей воды и раздраженный возглас Бринкера: «Проклятое дерьмо!»

Лопнул прибор, расположенный прямо над головой стармеха и обливший его при этом водой. Лодка начала вести себя неустойчиво.

— Бринкер, — позвал его через некоторое время командир, — мы на поверхности или нет?

— Да, черт возьми, — раздраженно бросил Бринкер, находящийся у поста рулевого-горизонтальщика. — Вот вы, — сказал он одному из рулевых, — спуститесь вниз и найдите место течи в манометре. Да поскорее!

Лодка продолжала раскачиваться, но уже заметно слабее, и Мор понял, что если бы его заметили, то с атакой ничего не получилось бы.

«Не так часто появляется верный шанс для поражения такой заманчивой цели, — с досадой подумал он. — Вражеский крейсер, без всякой охраны, прекрасные погодные условия, а эта проклятая лодка вдруг начинает прыгать, как дельфин!»

Он уже почти повернулся в сторону Бринкера. Но лодка уже была в подводном положении. «Оставим стармеха в покое. У него и так забот более чем достаточно, о чем свидетельствуют беспорядочные движения лодки. Ему не нужны мои указания, чтобы взять ситуацию под контроль», — подумал Мор.

Мор подождал еще некоторое время, а затем быстро заглянул в перископ. Крейсер продолжал движение прежним курсом, не подозревая о присутствии лодки. Мор отступил в сторону, когда перископ соскользнул вниз в свое гнездо. Теперь-то его уже наверняка никто не заметит. Командир вздохнул с облегчением.

— Я не могу перевести горизонтальные рули в переднее положение, — доложил Бринкеру рулевой.

Бринкер схватился за рычаги руля и безуспешно попытался вытянуть их на себя.

— Заклинило, — пробормотал он. — Но, черт возьми, что же могло с ними произойти?

— Я нашел течь! — раздался голос снизу. — Она незначительна.

— Сможешь заткнуть ее хотя бы большим пальцем? — спросил Бринкер.

— Попробую. Уж очень большое давление. Не знаю, смогу ли сдержать воду.

— Сделай, что можешь, — сказал ему Бринкер, снова поворачиваясь к посту управления рулями.

Крейсер и лодка продолжали следовать своими курсами, сближаясь с каждой минутой. Теперь дистанция была приемлемой для торпедной атаки.

Крейсер продолжал маневрирование, которое Мор уже успел разгадать. Мор поднял перископ. Корабль вдруг исчез из поля зрения, когда темный занавес сине-голубой атлантической воды вдруг закрыл линзы перископа.

— Что там происходит внизу? — крикнул Мор из рубки вниз. — Я уже готов к стрельбе. Не можете ли вы держать лодку поустойчивее, Бринкер?

Взбешенный Бринкер крутился у поста управления рулями, пытаясь подавить возмущение и нарушающий этику субординации ответ, который так и просился на язык.

— Послушайте, капитан, — крикнул он, — в манометре течь и заклинило передние горизонтальные рули. Лодкой невозможно управлять!

— Понял, понял! Сохраняйте спокойствие, Рольф. — Мор сказал это дружелюбным тоном. — Сделайте, что можете.

Но Бринкер уже не слушал командира. Вернувшись к приборам управления, он полностью погрузился в проблемы поддержания крайне неустойчивого равновесия, необходимого для проведения атаки, используя только кормовые горизонтальные рули и торпедозамещающие цистерны. Это была почти невыполнимая задача, и только выдающееся мастерство Бринкера обеспечило возможность управления лодкой и поддержание необходимой для атаки стабильности ее положения.

А между тем Мор, находясь в рубке, снова поднял перископ для оценки условий стрельбы. В том месте горизонта, где он ожидал увидеть крейсер, было пусто. Крайне удивленный, Мор еще раз взглянул в перископ и невольно протер глаза тыльной стороной ладони. Как это он мог так внезапно исчезнуть? После всех этих усилий по стабилизации лодки крейсер исчез как заколдованный!

Он обшарил весь горизонт. Наконец обнаружил его со стороны кормы и уже в очень большом удалении.

Мор разразился проклятиями. После более чем двух часов регулярного, как верчение стрелок часов курса, этот гнусный корабль вдруг изменил его. А теперь оказался уже слишком далеко, чтобы его можно было догнать торпедой.

И все же?

Ясно, что это был бы совершенно безнадежный выстрел. Но Мор умел справляться с самыми сложными задачами. Он сообщил новые данные для подготовки торпед, после того как рассчитал дистанцию и угол стрельбы. При этом он исходил из предположения, что крейсер будет двигаться с неизменной скоростью.

В аппаратах оставалось всего лишь три торпеды, и Чех включил секундомер.

Внизу, в центральном посту, Бринкер, весь покрытый потом, пытался во что бы то ни стало удерживать лодку от всплытия, вызываемого внезапной потерей лодкой массы при выпуске торпед. Не имея возможности обеспечивать балансировку передними горизонтальными рулями, он быстро заполнил балластом кормовые цистерны и только благодаря этому не позволил носу лодки вылезти наружу после отстрела торпед.

Весь экипаж лодки замер, сосредоточившись на мысли о трех торпедах, скользящих сейчас к цели.