Чтение онлайн

Рыцарь окинул меня подозрительным взглядом и кивнул Октавии. Он зашёл в зал на минуту и, вернувшись, сказал, что нас готовы принять. Два стражника Кормеров ушли, в коридоре остались только трое рыцарей с гербом Аэльмаров на доспехах. Кираса сира Бдана была из серебра, видимо он глава личной гвардии короля.

— Поклонись его Величеству, как только я остановлюсь, — тихо прошептала руномаг. — И не разгибайся, пока тебе это не разрешат.

О таких вещах девушке стоило сказать мне раньше, но я всё равно был благодарен ей за совет. Глупо портить отношения с королём из-за несоблюдения этикета. Впрочем, для меня главное, чтобы мне дали сказать своё слово, а дальше я уже заставлю Аэльмара меня слушать.

Просторный зал был залит солнечным светом. Светловолосый юноша в расшитом золотыми нитями бирюзовом сюртуке стоял за холстом и рисовал пейзаж гор, но с нашим приходом он отложил кисть в сторону. На груди парня красовалась эмблема розы — герб Аэльмаров. В нескольких метрах от короля Леора стояла девушка в голубом платье, с заколотой в волосах красной розой. По всей видимости, это его сестра.

Я смотрел на принцессу Элизабет всего мгновение, потому что склонился в поклоне, но этого времени хватило, чтобы понять, насколько она красива. Будто ангел, спустившийся с небес. Когда я узнал, что Элизабет убила сотню людей в бою, я представлял её совсем другой. С жестоким лицом и мужеподобным телом, но всё оказалось иначе. Лицо утончённое, а тело стройное, без переизбытка мышц. Похоже, всю силу ей давала прана.

— Ваше Величество, этого молодого человека зовут Арэн, — представила меня Октавия. — Он заявляет о союзе с драконом и важной информации для вас о Тууроне.

— Пусть говорит, — негромким, мягким голосом произнёс Леор.

— Ваше Величество, — обратился я, поднявшись из поклона, но не смотря королю в глаза. — То, что я расскажу, должны услышать только вы и принцесса Элизабет. Этот секрет нельзя доверять никому постороннему.

— Здесь нет никого постороннего, — король повернулся слегка боком, отвернувшись от сестры. — Говори всё, что считаешь нужным.

Элизабет перевела взгляд на брата. Я не видел выражения её лица, так как смотрел вниз, но, кажется, она была недовольна.

— Ваше Величество, — стал настаивать я. — Секреты остаются секретами, пока о них знает как можно меньше людей.

— Октавия — мой верный соратник, — с лёгким раздражением произнёс Леор. — Я ей полностью доверяю.

— Брат, прислушайся к совету, — раздался звонкий, певучий голос Элизабет. — Некоторые тайны бывают слишком важными.

— Элизабет, мы окружены врагами, — король посмотрел на сестру. — Если подозревать в предательстве союзников, то можно сойти с ума. Моё решение не изменится. Арэн, начинай свой рассказ о Тууроне.

Я повернул голову в сторону Октавии. Этому магу я совершенно не доверял. Мне даже показалось, что она ухмыляется, оставшись с нами в зале, но нет — девушка, смиренно опустив голову, смотрела в пол.

Можно было попробовать поставить Леору ультиматум, сказав, что я ничего не буду рассказывать, пока здесь Октавия, однако с такими выкрутасами меня могут быстро выгнать из замка Кормер. Устроить встречу с королём получилось достаточно легко, и наглеть не стоило. Впрочем, я всё равно буду наглеть.

— Клинок Сердце Адолии у меня, — объявил я, подняв глаза на короля. Мне нужно было видеть его реакцию.

Брови Леора взмыли вверх, его глаза округлились. Октавия слегка ахнула, а принцесса стала смотреть на меня хищным взглядом. В зале стало куда напряжённее, чем прежде.

— Что с Гиставом? — с волнением в голосе спросил король, сглотнув. — Он жив?

Я покачал головой и произнёс короткое «Нет». Плечи Леора опустились вниз. Я видел, как искры вспыхнувшей надежды гаснут в его глазах. Похоже, Гистав Гело был ему близок.

— Значит, слухи о его смерти были правдой… — тихо произнёс король. — Как он умер?

Молодой юноша меня удивил. Я сказал, что у меня Сердце Адолии — артефакт, который поможет ему вернуть власть над всеми долинами, но король в первую очередь спрашивает о важном для себя человеке. Думаю, у Леора Аэльмара очень доброе сердце. Правда, в народе его совсем не уважают, так как его доброта ведёт к нерешительности, а это, в свою очередь, к смертям сотен и тысяч людей. После гибели в бою короля Тайрена, Леор не смог сделать ровным счётом ничего.

— Я не знаю всех обстоятельств смерти Гистава Гело, — сказал я с умеренной скорбью в голосе. — Мне повезло найти оставленный им рунный тайник. Когда я его открыл, то услышал просьбу не продаваться тууронцам и доставить артефакт вам.

— Он выполнил свою миссию, — Леор тяжко вздохнул. — Гистав обещал вернуть Сердце Адолии, и он это сделал, — король перестал смотреть в пол и посмотрел мне в глаза. — Арэн, где сейчас находится клинок?

— Под охраной дракона, — ответил я. — За возвращение Сердца Адолии я хочу получить место вашего советника и Кнут Государев.

На несколько секунд повисла гробовая тишина. Каждый находящийся здесь понимал, что я прошу, и потому был в шоке.

— Как ты посмел такое просить? — сквозь зубы процедила Октавия, сверля меня взглядом. — Адолию чуть ли не уничтожили, когда последний раз у неё был Кнут Государев! И место советника? Кем ты вообще себя возомнил!

Леор находился в растерянности и даже не знал, что сказать. Его сестра сильно злилась, но пока молчала. Моё требование действительно было вопиющим. Всё может закончиться тем, что меня и Виссару убьют, а клинок отнимут. Объявленные условия, вероятно, придётся снизить, однако я всё же попытаюсь взять максимум.

Что такое Кнут Государев, я случайно узнал в храме богини Алетты. Решил заглянуть туда, подумав, что, возможно, смогу поговорить с богиней, но так просто это не происходит. Зато у меня получилось поговорить со жрецом храма и полистать книгу с историей Адолии.

Аэльмары имеют родовую руническую печать, которая передаётся из поколения в поколение. Ей владеет только один человек, и если это Леор, то значит, что Элизабет уже не может использовать Сердце Адолии. Клинок позволяет создавать руновоинов, а печать Аэльмаров — усиливать их в бою магическим знаменем.

Но кроме этого, Аэльмары внутри своей родовой руны имеют печать Кнута Государева. Её владелец тоже может ставить магическое знамя, однако эту печать нельзя передать члену семьи. И тут возникал вопрос доверия, потому что Кнут Государев может лишить праны всех руновоинов, созданных Сердцем Адолии. То же самое могут и Аэльмары с главной руной, но они никогда не будут собственноручно лишать себя силы.

— Адолия обескровлена, — громко объявил я. — Кнут Государев — это сила, которую нужно использовать. Я понимаю, что не вызываю у вас какого-либо доверия, однако если бы я хотел предать Адолию, то уже бы давно продал клинок тууронцам. Я не сделал этого, потому что верю в силу Аэльмаров. Пусть это прозвучит голословно, но мои советы помогут вам вернуть прежнюю Адолию.