Чтение онлайн

Костян прикрепил трояна внедрения к телу письма. Теперь, когда троян доберется до адресата, за счет скрытого управления он сделает все, что прикажет ему «папа». Костян заранее настроил трояна залечь по прибытии на дно, прикинуться табуреткой и ждать дальнейших указаний. Обнаружить резидентную копию такого вируса , находящегося в нулевом кольце инфицированного процессора, практически невозможно.

Костян отформатировал всю конструкцию как единое целое: анонс фейковой новости со ссылкой на фальшивый сайт, троян в теле новости и сам фальшивый сайт. В целом получался такой незатейливый, наскоро собранный «рыболовный крючок». Теперь оставалось продумать вход в Сеть и выход из нее. Неопытного хакера легко вычислить по месту входа в Сеть по журналам регистрации. Служба безопасности находит сетевой адрес, по нему определяет геолокацию, и – все. Опергруппа на месте производит дознание, не церемонясь с методами физического воздействия. Обычно так все и происходит. Опытные же хакеры входят в Сеть такими способами, о которых трудно даже представить. Многое зависит от изобретательности и технической подкованности хакера. Для заметания следов своего входа и выхода, в качестве только одной из примочек, Костян применил трассер кода, который создавал прерывистый, петляющий маршрут, – эдакую непредсказуемую походку виртуального диверсанта, с функцией автомаскировки под любую цифровую среду. Не бог весть что, но для приличия подстраховаться надо. Ну все, запускаем, поехали!..

Теперь надо ждать поклевки. Но спокойного ожидания не получалось. Только сейчас Костян почувствовал, что его бьет мелкая нервная дрожь. О чем-то думать и осмысливать потенциальную опасность происходящего не хотелось. Чтобы унять дрожь и отвлечься, он, несмотря на заполночный час, начал с упоением рубиться в «комбата». Чтобы усилить вовлеченность в игру, он надел на голову шлем дополненной реальности, внешне похожий на бейсболку. В её козырек были вмонтированы самонаводящиеся голографические проекторы, посылающие изображение прямо в сетчатку глаза. Для увеличения скорости игры Костян включил шлем на турбо-режим. В этом случае головные датчики шлема подключали сенсорные возможности его мозга к программным шлюзам игры. Получалась как бы общая нейросеть, с расширенными вариантами действий и увеличенной скоростью реакции. С другими настройками и выбором оружия Костян не стал заморачиваться, а просто стал играть с тем, что было под рукой, по умолчанию. Своему подразделению элитных коммандос Костян поставил срочную боевую задачу: спасти попавшую в заложницы журналистку.

Костян играл в любимую стрелялку до поздних предутренних часов, да так и уснул за столом, перед экраном компьютера с застывшей картой боевых действий. Тускло светила настольная лампа. За полузадернутыми шторами окна обозначались первые предрассветные сумерки. Слабое освещение и фигура спящего за столом Костяна создавали в комнате атмосферу чего-то таинственного, хотя обстановка была обычной: шкаф, диван, стол, рабочее кресло, пара стульев. На свободной стене у стола висел плакат с разноцветным портретом Джона Леннона. Под плакатом на полу стояла гитара.

Костян был уже не в том возрасте, когда в компьютерные игры режутся ночами напролет. Но после прошедших событий ему надо было отвлечься, и своей цели игра достигла, – под утро Костян провалился в недолгий тревожный сон. Учитывая, какие события он при этом проспал, сон можно было назвать богатырским.

Сначала он пропустил пискнувшее оповещение о том, что дежурный куратор имперской почты «клюнул». Заинтересовавшись новостью и ничего не заподозрив, куратор прошел по ссылке и – попался! Раскрыл свой код доступа к низшему уровню внутренней сети Империи. Такой тупости, честно говоря, Костян ожидал скорее от полицейского управления. Видимо, давно уже Империя отбила у всех желающих охоту к таким наглым и примитивным трюкам, вытравила из людей виртуальную смелость. Или же дежурный куратор оказался из числа новеньких, еще не пуганных.

Второе пропущенное событие произошло часа через полтора-два после оповещения. От него Костян и проснулся: в какое-то мгновение экран компьютера ярко засветился, издал негромкий стеклянный треск, после чего запахло горячими проводами, а в центре экрана, перекрывая изображение карты боевых действий, чужеродно запульсировало яркое фиолетовое пятно поврежденных пикселей.

Костян поднял голову, медленно открыл глаза, посмотрел на экран. Всматриваясь в свечение поврежденных пикселей, он начал просыпаться и что-то соображать. Да, раньше он слышал, что Империя располагает такой технологией. Вероятно, бот-охранник все же засек Костяна на периметре. Имперская кибербезопасность сумела отследить маршрут и вычислить номер сетевой карты его компа. Затем произвела кодовый выстрел в его мак-адрес, – выстрел программным микроволновым импульсом – прямо в его материнскую плату. Чего-то подобного Костян не исключал. Его хакерскую акцию, в случае обнаружения, вряд ли оставили бы без внимания. А раз так, то теперь следует ждать опергруппу. Бежать куда-то бесполезно, – у них безусловное преимущество в мобильности и навигации. Его горный байк, стоящий в коридоре, не в счет. Единственное, что Костян мог успеть – это уничтожить программное обеспечение компьютера, чтобы скрыть следы хакерской деятельности. Но комп оказался уже заблокированным, видимо, посредством того же выстрела.

В комнате как будто что-то неуловимо зашелестело. Полусонному Костяну померещилось, что в комнате кто-то есть. Неужели опергруппа уже здесь? Тогда почему такая тишина? Хорошо бы еще немного вздремнуть.

Очнувшись, я подумал, что оказался на небесах. Никакого представления о времени и месте, где я нахожусь, не было. Постепенно мое сознание стало проясняться, и я обнаружил, что лежу на полу небольшой, слабо освещенной комнаты. Плотные шторы на окне были задвинуты не до конца, и через них едва пробивался сумеречный свет. Диван, письменный стол, стулья, кресло, шкаф. Все какое-то старое, потертое. На столе тускло светила настольная лампа. В центре стола, загроможденного компьютером, какой-то электроникой и книгами, светился экран монитора. Перед компьютером сидел парень и, упав руками и головой на стол, спал.

Я приподнялся и сел. Затем попробовал встать. Получилось. Значит, я жив?! Проверил оружие. Все при мне. Сделал пару шагов. Свое тело ощутил непривычно легким, а движения странно замедленными. «Хай!» – звучно поздоровался я с парнем, но не услышал сам себя. Еще раз попытался произнести приветствие вслух, и снова не был услышан никем. Тогда я подошел к парню и похлопал его по плечу. Спящий парень, похоже, ничего не почувствовал. Я тоже ничего не почувствовал, вернее, с удивлением обнаружил, что моя рука прошла сквозь плечо парня как сквозь вязкую пустоту.

Обескураженный, я подошел к зеркалу шкафа, осторожно заглянул в зеркало, и… не увидел в нем своего отражения! Так жив я, или нет?! И где я теперь?.. Я подошел к столу и, в надежде разбудить парня, ударил своим элитным кулачищем по столу. Никакого звука, – кулак провалился сквозь стол! Парень все так же спал. Мой взгляд задержался на светящемся экране. На нем была развернута войсковая карта с диспозицией операции, в которой я только что участвовал. Вот лагерь террористов в лесистых горах, вот ложбина с засадой, на которую мы напоролись. Вот вертолетная площадка, а вот приблизительно то место, где я получил сигнал всемогущего Бога коммандос. Это место светилось на экране ярким пучком пульсирующих точек. Я приблизил к ним палец и ощутил уже знакомую вибрацию, мелкую и сильную. Я одернул руку и неосторожно задел стоящую на краю стола настольную лампу.

Лампа не сдвинулась, но свет ее на несколько мгновений стал моргающим, более тусклым. Я повторил движение рукой сквозь лампу, и опять, с тем же моргающим эффектом. Продолжая эксперимент, я подошел к стенному выключателю возле двери и погрузил ладонь внутрь выключателя. Лампочки потолочной люстры загорелись! Светили они не в полную силу и неустойчиво, но в комнате стало заметно светлее. Это было открытием! Мое тело проводит ток! Значит, у меня есть тело! Значит, еще не все потеряно!

Погружая ладонь в выключатель, я начал быстро включать и выключать люстру, и это дало результат. Парень медленно поднял голову и начал поворачиваться к двери.

– Кто здесь? – сонно спросил он.

Произнесенные вполголоса слова донеслись до меня как будто издалека, и все же я воодушевился тем, что мог слышать. Я замер в ожидании. Парень посмотрел в мою сторону и, никого не заметив, повернулся обратно и монотонно продолжил:

– Ну, гады, сильно ударили, даже проводка заглючила.

Я снова начал включать и выключать люстру.

– Не понял? – окончательно проснулся парень и резко повернулся к двери. Вгляделся в пространство пустой комнаты. Подошел к выключателю и проверил его работу. Выключатель оказался в полном порядке. Парень был сильно озадачен и сосредоточен на поиске объяснения.

Мне пришлось повторить трюк с выключателем, так как другой возможности коммуникации с парнем у меня не было.

– Ага! – осенило его. Он поставил на стол и включил другой, мобильный компьютер. Пощелкал его клавишами. Надел на голову лежавший рядом какой-то шлем, внешне похожий на бейсболку.

В тот момент, когда бейсболка оказалась на голове парня, я увидел в центре его головы световой сгусток с фантастически волнующимися границами, постоянно флюктуирующими в размере и форме, на фоне окружающей блекло-серой тьмы. Я почувствовал присутствие над собой чьей-то верховной воли, мне показалось, что меня пронизывает дрожь – токами духа всемогущего Бога коммандос. Я непроизвольно вытянулся по стойке смирно.