Чтение онлайн

«Подумаешь дрязги! Вас еще не то ожидает! – Фыркнула про себя куноити. Не в состоянии более стоять на месте, она, мерила шагами комнату, заложила руки за спину. Пресная физиономия Пейна, его надменная, отчужденная манера обращения, будто он разговаривал с каким-то ничтожеством на порядок ниже, доводила до бешенства, толкали на экспрессивные действия, которые пока ей удавалось сдерживать какими-то нечеловеческими усилиями воли.

– Да, да, да…. все ясно. – Сделав кислую мину, со скучающим видом, девушка остановилась возле окна и, отодвинув занавеску, выглянула на улицу. Погода портилась. Дождь барабанил по ставням, длинными струйками стекая по запотевшему стеклу. В целом привычная картина для страны Дождя в это время года.

Дождь, слякоть, распутица…. Все лучше, чем царившее в кабинете напряжение.

– Можешь не продолжать, Пейн. – Отвернувшись от окна, сказала Наоми. – Я и без твоих научений по поводу кодекса правил в курсе, что к чему, потому и просила…. – Осеклась куноити, скривившись так, будто это элементарное слово «просила», содрало кожу на ее губах.

Как же отвратительно тошнотворно ощущать себя зависимой.

– Пойми, наконец, это выход для всех!

– У меня на сей счет иное мнение.

– Да, ну? И какое же? Поделись, будь другом!

Наоми понимала, что зря разговаривает с ним подобным тоном, но вопреки здравому смыслу, не могла отказать себе в этом удовольствии. Впрочем, как бы она не изгалялась, пытаясь, извести нукэнина, Пейн, пожалуй, оставался единственным из представителей «братства кровавых тучек», как назвала она про себя акацуки, кто умел держать марку в любой ситуации, сохраняя завидное самообладание, чем заведомо поощрял куноити. Хотя Наоми и не была мужчиной от рождения, инстинкт охотника был присущ ей в полной мере. Она играла с Пейном, осознавая какому риску, подвергается, с тем не присущим женщинам азартом, что испокон веков заставлял мужчин выходить на поле брани. Война, кровь, адреналин…. Все эти отголоски силы делали ее невосприимчивой к чужим слабостям. Раз, за разом искушая судьбу, Наоми не боялась проиграть, потому, как свято верила в незыблемость своего предназначения.

Чему быть, тому не миновать….

– Тенши, Тенши! Годы летят, а ты все хорошеешь! – Улыбаясь, Шауран окинул девушку восхищенным взглядом, и симпатичные ямочки образовались на его смуглых щеках.

Как она любила, когда он вот, так ей улыбался своей искренней, лучезарной улыбкой типичного южанина.

– Спасибо…. – Смущенно зардевшись под его оценивающим взглядом, потупилась куноити. – Признаться, мне приятно слышать это из твоих уст, Шауран-сэмпай.

– Сэмпай?! – Засунув руки в глубокие карманы брюк, задумчиво хмыкнул синоби. – Столько лет прошло…. Не знаю, сэмпай ли я тебе по-прежнему? Та малышка Тенши Киёмидзу которую я знал когда-то и которой по дружбе помогал, давно выросла и ее слава гремит по всюду. Ровня ли ей, последней из рода прославленных наемников, простой дзенин?

– Не преувеличивай, Шауран! Для меня ты навсегда останешься сэмпаем! – Горячо заверила его Тенши. В порыве нежности, внезапно завладевшем ей, она вдруг подалась к синоби, прижалась к сильной, широкой груди, с замиранием сердца ощутив робкие прикосновения его ладоней на своей спине.

«Как когда-то давно….»

– Тенши…. – Печально вздохнул синоби. – Ты просила помощи. У тебя неприятности?

«Ничего такого, с чем бы я ни справилась….» – Подумала она, но подспудно догадываясь каким образом, могут быть истолкованы данные слова, и не желая вовлекать Шаурана в клановые разборки, решила умолчать о мотивах, толкнувших ее на этот шаг, уклончиво ответила:

– Все очень сложно, сэмпай. – С придыханием произнесла Тенши, крепче прижимаясь к груди синоби. В этих нежных, мужских объятиях ей было так спокойно и уютно. Мерные удары его сердца убаюкивали, бальзамом проливаясь на измученную склоками душу. Тяготы, хлопоты, интриги, враги. За последнее время столько проблем выпало на ее долю, и что самое неприятное, не от кого было ждать поддержки. Сестра сестрой, но Наоми жила своей собственной жизнью. В случае необходимости на нее конечно можно было положиться, но достучаться, ощутить тепло неподдельного родственного участия…. Это не про нее.

Эмоции наружу, чувства под замок! Таков девиз сестры по жизни. И лишь Шауран всегда понимал, и поддерживал ее несмотря ни на что, а однажды и вовсе жизнь спас.

Впрочем, это было так давно, что казалось почти нереальным. Та маленькая, боязливая девочка, зависимая от семьи уже не существовала, но та девушка, какой она стала, все еще нуждалась в любви и понимании.

Тогда она любила. Нет, пожалуй, это мягко сказано. Она грезила, жила иллюзорным стремлением стать сильнее. И не ведая, что творит, элементарно не задумываясь о последствиях, взялась осваивать запретную технику, к восприятию которой была абсолютно не готова.

Шаурна, приемный сын одного из старейшин клана, был старше ее на лет пять и в ту пору только-только получил звание тюнина. Они дружили, и изредка он занимался с нею, давал ценные рекомендации. И так получилось, что именно Шауран нашел ее бездыханную после очередной склоки с Наоми на тренировочной поляне, когда решив во что бы то ни стало, превзойти сестру, она израсходовала резервные запасы чакры.

– Звучит не особо оптимистично. – Заметил синоби. Слегка отодвинувшись, он положил ладони на плечи куноити, пытливо загляну в лицо. Тенши подняла глаза, ласково улыбнулась. Как и прежде, от него ничего не утаишь. – К статье, как поживает твоя взбалмошная сестрица? И случайно, не в ней ли весь сыр-бор? По дошедшим до меня слухам, знаю, она пользуется еще той репутацией….

В этом Шауран был не далек от истины, как казалось бы. Хотя корень ее нынешних тревог заключался в другом.

Тенши украдкой вздохнула.

– Наоми останется Наоми, чтобы не случилось, Шауран. – С сожалением произнесла девушка, отстраняясь. – Но на сей раз, дело касается всего клана. Ты принес те бумаги, о которых я тебя просила.

Мужчина утвердительно кивнул. Поспешно расстегнув жилет, он извлек из потайного кармана тонкий свиток, перехваченный посередине атласной лентой.

– Хочу предупредить, информации не так уж много. Хотя я честно пытался сделать все возможное, использовал все имеющиеся лазейки, чтобы откопать хоть что-то…. Вероятно, кто-то хорошенько постарался, чтобы скрыть все факты относительно связи Киёмидзу и Учиха. Единственное, что мне удалось выяснить с точностью наверняка, так это то, что все следы ведут в Коноху…

– Ты меня не понял или глухой? Так не пойдет! – Повысив голос, скрестила руки на груди Наоми, упрямо помотав головой. – С этим прохиндеем я работать не буду. Смысл что-то менять, если результат останется прежним, Пейн? С таким же успехом я могла бы и дальше работать с Тенши, она хотя бы раз в 10-ть умнее этого извращенца!

– Позволь напомнить… – Выдержав паузу, Лидер с шумом отодвинул кресло, поднялся из-за стола.

«Нет в мире существа упрямей и не сговорчивей Наоми Киёмидзу» – Думал он, устало глядя в непривычно спокойное, выражающее слепую уверенность в собственной правоте, лицо куноити. Как странно, она не вспылила, не кричала, низвергая на окружающих потоки оскорблений. Просто настойчиво стояла на своем.

Плутовка прекрасно владела собой. Он только сейчас в том убедился, и с горечью вынужден был признать, что в который уже раз намеренно недооценил ее.

– Акацуки работают по принципу взаимовыручки. Нам не нужны проблемы.

– Их и не будет. Просто доверься мне.

– Тебе, Наоми? – Удивился Пейн и на мгновение его каменное лицо ожило. С него словно слетела маска унылой непробиваемости, на доли секунды обнажив чуток его человеческой сущности. Глаза синоби вспыхнули, и по губам скользнула легкая улыбка. – Как я, как акацуки можем довериться тебе, если и ты сама нам не доверяешь?