Чтение онлайн

Птица знала, что делала. Природа создала ее совершенной во всех отношениях. И не глядя сейчас на дятла, но слыша ритмичные удары его мощного клюва у себя за спиной, Тенши размышляла над тем, что возможно, правильней жить согласно инстинктам. Ведь для тех же животных, они все равно, что веление сердца?!

Счастливые, они лишены метаний разума, который подчас бывает, не особо милостив по отношению к своим хозяевам.

Правда применимы ли подобные рассуждения к людям?

Человек, как никакое другое создание на земле, порочен уже с рождения. Еще, будучи детьми, люди, живут не ради жизни как таковой, а во имя удовлетворения собственных потребностей. Сначала это игрушки, затем, быть может одежда, а дальше, по мере взросления индивида, деньги, власть?!

Тщеславие – вот основной двигатель прогресса человеческого сознания. Душа человека – кладезь противоречивых, противоестественных¬ стремлений. Взять, например, Пейна. Лидер акацук тот еще тип.

Ведь ясно же, как божий день, что не ради благих намерений он собрал под стягом акацук самых отъявленных головорезов Поднебесной?!

А Наоми?! Сестричка тоже, между прочим, не ангел, больше напоминает вырвавшегося из преисподнии бесенка. Но в отличие от Лидера, у нее хотя бы на то есть весомые основания. Конечно, сестра вряд ли когда-нибудь признается в этом, однако Тенши знала, она чувствовала, в душе Наоми намного лучше и добрее, чем пыталась казаться. Гордыня Киёмидзу закаленная суровыми годами сиротства дала богатые всходы на благополучной почве ее сознания, сделав чрезмерно самоуверенной, а порой и вовсе невосприимчивой к чужим несчастьям.

Вот он корень всех зол номер один во всем мире – гордыня!

Притих на дереве дятел, и Тенши уловив чье-то присутствие, выпрямилась, открыла глаза.

«Глупышка…. Чем я тут занимаюсь?»

Ударившись в дебри философии, она чуть было не проморгала нежданного визитера.

Удобнее устроившись на скамье, Тенши целомудренно сложила ладони на коленях, дожидаясь, когда гость подойдет ближе. Тревожно скрипнула проржавевшая калитка, и на заснеженной дорожке показался Хидан. Угрюмо насупившись и бубня под нос что-то нечленораздельное, он направился к ней, нервно озираясь на каждом шагу.

Видок у него был еще тот, и первоначально девушка даже не сразу узнала его. Потрепанный и помятый, с всклокоченными волосами и заспанным лицом, на котором отчетливо пропечатались витиеватые узоры от подушки, с покрасневшими воспаленными глазами и темными кругами под припухшими веками, в привычно расстегнутом до середины груди, не смотря на холод, плаще, он больше походил на заправского алкоголика, ударившегося в очередной запой, нежели на того блистательно синоби, каким она привыкла видеть его.

– Привет Тенши! – Попытался улыбнуться Хидан, остановившись напротив девушки. Однако его улыбка получилась натянутой и больше походила на сардоническую ухмылку, нежели, на знак радушия. – Наоми не видела? Ищу ее все утро. Но она будто сквозь землю провалилась.

В шоке от представшего перед ней зрелища, девушка не сразу нашлась, что ответить.

«Боже, что это с ним?» – Гадала она, недоуменно разглядывая синоби. Хидан был взвинчен, и, вероятно, ее пристальное внимание не понравилось ему, и он разозлился.

– Ты, вообще слушаешь меня? – Буркнул он, насупившись.

И Тенши поняв, что совершила бестактность, смущенно заморгала, отвела взор.

– Нет, да… то есть, да…. – Сконфуженно залепетала она, зардевшись.

– Так видела или нет?

– Прости…. Выглядишь ужасно! – Не смогла удержаться от замечания она, виновато вскинув глаза. – Что с тобой стряслось, Хидан?

– А ты как думаешь? – Не особо приветливо ответил он.

– Наоми? – Наобум предположила Тенши просто так, без всякой задней мысли. Однако едва имя сестрицы слетело с ее губ, девушка пожалела о своей оплошности.

Хидан помрачнел пуще прежнего, став чернее тучи и бросил в ее сторону цепкий, укоризненный взгляд, от которого ей в прямом смысле стало не по себе.

– Твоя Наоми – страшнее вируса эболы! Там, где она появляется, тотчас наступает глобальный мор! Но ты не бери в голову. Твоя сестрица тут не причем. У меня просто неделька тяжелая выдалась и всего-то. А тут еще и Пейн со своими приказами…. – Блондин умолк и как-то обреченно хлопнул себя по бедру, воскликнул: – Черт! Сдалось оно мне?! – Затем протяжно выдохнул и повернулся к девушке: – Так что? Ты видела ее?

«Наоми – вирус эбола?» – Занятно. Пожалуй, на ее памяти, так сестру еще никто не называл. Похоже, Наоми умудрилась изрядно достать его. Бедняжечка!

Глядя на синоби, такого измученного и потрепанного Тенши прониклась к нему сочувствием. Не смотря на то, что язычник был для нее врагом, предположительная душевная рана одним своим наличием возвысила его в глазах куноити.

– К сожалению, не видела…. – Прикрыв веки, отрицательно покачала головой девушка. Придерживаясь избранной тактики, они по негласной договоренности с сестрой исключили всякое общение. Это было нелегко, но жизненно необходимо. И хотя в обществе сестрицы ей частенько приходилось несладко, тем не менее, Тенши скучала по вечному брюзжанию Наоми по поводу и без. – Мы давно не общаемся с ней.

Хидан повернул голову и как-то странно посмотрел на нее.

– Знаю, вся организация в курсе. Не знаешь, где она может быть сейчас?

– Зачем ты ищешь Наоми, Хидан? – Настороженно спросила Тенши, стараясь казаться беззаботной.

– Поймаю и отлуплю, как следует! – Злорадно хохотнул блондин, потирая ладони, но заметив испуг, промелькнувший в глазах куноити, усмехнулся, добавил более мягким тоном: – Расслабься. Я пошутил. И пальцем твою драгоценную Наоми не трону. Мне есть, что с ней обсудить.

Колеблясь, девушка недоверчиво покосилась на синоби.

– Если это действительно так…. – Неуверенно начала она, обосновано не доверяя словам синоби. От Хидана всего можно было ожидать. Впрочем, как и от Наоми. А там, где на узкой жизненной дорожке сходились эти двое, ситуация обычно меняла свое направление из просто комичной приобретая очертания катастрофической. – Возможно, она вышла прогуляться в парк или отправилась в город. Наоми любит побыть в одиночестве.

– Еще бы! Мелкая кровопийца. Попьет кровушки и в кусты! – Фыркнул язычник презрительно, тем самым еще более усугубив ее подозрения.

– Тебе будет сложно отыскать Наоми, пока она сама того не пожелает.

– Это уже не твои заботы. Собаку нюх ведет! Слыхала об этом?

Учиха….

Наоми остановилась. Приготовившись сложить печати, она поднесла руки к лицу, но передумав, уронила ладони вдоль туловища.

Отчего Тенши возлагает на Итачи такие надежды? Быть может, он ничего не знает по поводу связи Учиха и Киёмидзу, если таковая вообще имелась?! А если и знает, едва ли станет добровольно сотрудничать. Зачем ему это?