Чтение онлайн

Сестра… Мысли о Тенши заставили ее встревожиться впервые с момента встречи с отступниками. Она судорожно стиснула зубы, подавляя желание со всех ног кинуться в штаб, бросила беглый взгляд через плечо. Женщина взошла по ступеням. Остановившись на середине лестницы, она не спускала с куноити внимательных глаз.

Словно прочитав роящиеся мысли в голове девушки, нукэнин шагнул к ней навстречу, сказав:

– Ты глубоко заблуждаешься, Наоми. Ваш клан давно изжил себя как целостная подструктура. А вы, сестры Киёмидзу, с самого своего рождения находитесь в залоге у селения. Ваш хваленый клан никогда не был свободным и ежеквартально за свою мнимую независимость уплачивал в казну страны дань за право вести уединенный образ жизни еще со времен Ханзо. Война синоби внесла свои коррективы не без содействия врагов, поставив Киёмидзу на грань вымирания. Границы рушились и, в итоге, чтобы хоть как-то уберечь то, что осталось от могущества предков, старейшины вынуждены были отдать в залог то немногое ценное, что имелось у них. Свое достояние, свое наследие, уникальный генетический материал, заключенный в человеческую оболочку. Это все о тебе, Наоми и о твоей сестре…

– Заткнись, треклятый лгун!!! Или я сама заткну тебе рот!!!! – Взорвалась Наоми вне себя от злости. Слова синоби переполнили чашу ее терпения, и гримаса гнева исказила тонкие черты. Она не верила ни единому его слову. Для клана Киёмидзу, для всех его представителей, родовая честь была превыше всего, какие бы отношения не царили внутри их семейства. Они могли ненавидеть друг друга, но предпочли бы смерть позору зависимости от кого бы то ни было. Это-то и возмутило Наоми больше всего. Она не желала слушать лживый поклеп на светлую память своего рода. Киёмидзу не продаются!

И, до хруста в суставах стиснув катану, куноити бросилась на обидчика, во что бы то ни стало желая стереть выражение спокойного превосходства на равнодушном лице нукэнина….

Когда Тенши достигла, наконец, площади, битва была в самом разгаре. Трудно было представить больший погром, чем учинила ее сестрица за считанные минуты боя. То же, что Тенши увидала собственными глазами, оказавшись на месте, в первую очередь, свидетельствовало о том, что противник ей достался не из легких.

Как же, должно быть, бесилась Наоми, встретив достойное сопротивление?!

В какой-то момент эти мысли позабавили куноити, и ее небольшие бантики-губки сложились в мимолетной улыбке, сменившись тревогой за сестру. Она остановилась на подступах к площади Единения. Так называли местные небольшую площадь у подножия Буддистского храма, величественно возвышающегося над мрачными монолитами селения. Издали оценив обстановку, Тенши сочла благоразумным укрыться в раскидистых зарослях ракиты в метрах ста от места событий, покуда Наоми не нуждалась в ее помощи.

Окинув взглядом округу, куноити покачала головой. Хаос на площади царил неимоверный. Подобной разрухи Тенши давно не встречала. Умела ее сестренка навести шороху.

Каменные плиты, которыми еще в недавнем времени была крыта площадь, вздыбились и растрескались, покрывшись глубокими рытвинами, бороздками устремились к ступеням храма. Пыль смогом повисла в воздухе, снижая угол обзора.

Сестра, отведя руку с катаной в сторону, застыла в напряженной позе в противоположном конце площади, напротив высокой темноволосой девушки в плаще акацук, как и предупреждал Лао. Мелкие ошметки разорванной бумаги медленно кружились в воздухе, придавая напряженной обстановке какой-то завораживающе-мистический вид. Они так смотрели друг на друга, стоя, не шелохнувшись, будто малейший жест означал безнадежный проигрыш в этой битве характеров...

В тот момент, когда, желая облегчить задачу сестре, куноити потянулась к набедренной сумочке, что-то острое требовательно уперлось ей между лопаток и, вздрогнув от неожиданности, Тенши резко выпрямилась. Липкий холодок ужаса прошелся вдоль позвоночника. Не делая резких движений, куноити оторопело глянула через плечо, ругая себя за безалаберность.

– Вели сестре сложить оружие, Тенши Киёмидзу, – обратился к ней высокий рыжеволосый мужчина, и замысловатый рисунок на радужке в его холодных лиловых глазах пришел в движение…

Редактировала: Compromiss

====== Часть 4 ======

Мимолетная волна ужаса будто хлестнула куноити по лицу. Эти странные и невероятные глаза, от них веяло опасностью, но в тоже время они околдовывали и притягивали к себе внимание девушки. На мгновение Тенши позабыла и про бой сестры, и про упирающийся в ее спину кунай. Но также она отлично все осознавала, а стук сердца отдавался в ушах от странного и скорее неожиданного появления врага. Почувствовав, что, если она так и будет смотреть в эти лиловые радужки, то точно потеряет контроль над своим разумом, наемница поспешила отвернуться и снова устремить свой взгляд на сестренку.

Наоми… Один ее вид говорил о мужестве и гордости, в то время как ее младшая сестра попала в стальной капкан нукенина, намеревавшегося при малейшем движении нанести решающий удар. Что же делать в такой щекотливой ситуации? Единственное, что знала точно Тенши, это то, что без боя она не сдастся. Раскосые глаза стали жесткими, а взгляд – холодным и острым, будто бритва. Как можно аккуратнее младшая наемница вернула руку вниз, к бедру, будто показывая, что не собирается тянуться к оружию.

– Не двигайся! – снова приказал он, будто она была его подчиненная, а лезвие куная предупредительно кольнуло нежную кожу за преградой одежды. Голос рыжеволосого был спокоен и как будто беспечен, что заставило Тенши невольно усмехнуться. Не показывая вида, она уже доставала припрятанное лезвие кинжала, которое хранилось в рукаве.

– Вели сестре сложить оружие, – повторил мужчина свою просьбу в повелительном наклонении, но уже не произнося ее имени, что слегка обидело и позабавило. Странно, но Киёмидзу всегда находили что-то веселое в безвыходной ситуации, некую изюминку или иронию, и, даже сейчас, наслаждаясь этим ощущением смятенных чувств, смешанных с хладнокровным спокойствием, девушка испытывала любопытство.

– А если я откажусь? – растягивая слова, спросила брюнетка.

– Тогда мне придется заставить тебя это сделать! – с нотками угрозы в голосе спокойно проговорил нукенин.

– Что вам нужно? – будто не услышав, продолжила свой опрос куноити.

– Сейчас не подходящие время для вопросов…

– Вы так считаете? – перебила его юная особа, как бы намереваясь разозлить, но, как ни странно, мужчина не поддался, а в его шелковистом голосе не чувствовалось и нотки раздражения, только твердость.

– Иди!

Тенши повиновалась; сейчас по какой-то странной причине она хотела понять, что здесь происходит и как здесь оказались акацуки. Она могла бы вырваться, но если ее соперник сам из акацук, то нет сомнений в том, что он достойный соперник, а значит, его недооценка или переоценка собственных возможностей может стоить ей жизни. Тем более, кунай был приставлен в опасном месте, прямо меж двух спинных позвонков, и будет достаточно одного движения, чтобы наемница больше не смогла стоять. Тогда она стала бы обузой для своей сестры, хотя, превратившись в пленницу, она и так ей уже стала.

Пробираясь сквозь заросли ракиты, девушка с мужчиной вышли на свет. Перешагивая через разбитые плиты, Тенши не переставала думать над каждым следующим шагом.

В напряженной тишине, где лишний шорох отдавался эхом в сознании Наоми, кроме шелеста разлетающихся клочков бумаги куноити вдруг уловила звук размеренных шагов. Одну поступь она знала… Отвлеченная своей догадкой, наемница даже забыла о сопернице и повернулась на доносившийся звук.

– Тенши… – нервно глотнув, охрипшим голосом прошептала девушка, замерев на месте.