Чтение онлайн

Значит, было еще не все потеряно. Полина посчитала, что попытки полицейского перейти на ручное управление проистекали из каких-то инструкций, которые он не помнил, искренне считая, что они никогда не пригодятся. Конвертоплан стал замедляться. Полицейская снова упала в свое кресло и потеряла сознание. Моторы не работали, но винты, раскручиваемые встречными потоками воздуха, замедлили падение.

– Авторотация, – произнес один из копов.

Авторотация была шансом на спасение, но не очень большим. Зато она давала небольшую отсрочку времени до удара о землю. Полина использовала ее для того, чтобы найти инструкцию по аварийным ситуациям на подобных аппаратах. Ей хватило двух секунд, чтобы найти и понять ее. Оказывается, в машинах, предназначенных для ведения боевых действий, всегда имелась автономная система управления, и включалась она кнопкой под подлокотником сиденья. Полина нашла защелку, подняла подлокотник и вдавила красную кнопку. Ожила электроника, женским голосом проинформировавшая о переходе на аварийный режим работы. Заработали моторы и сразу же перешли на максимальные обороты. Полина выглянула в окно и увидела, как быстро приближается земля. Она пристегнулась, уперлась ногами в противоположное кресло, головой в спинку и стала ждать удара.

«Закончится когда-нибудь сегодняшний день?» – подумала она перед тем, как конвертоплан ударился о поверхность.

Брызги воды полетели в иллюминаторы. Мужчины и Полина отсоединили ремни и выглянули наружу. Их угораздило свалиться в реку. Удар был смягчен водой, но напугал местных жителей. На малой тяге, как на воздушной подушке, конвертоплан выполз на берег и сел на шасси. Нашатырь быстро вернул полицейскую в сознание. Она резко пришла в себя и испуганно забегала глазами.

– Что… что… мы приземлились? – не веря в свое спасение, проговорила она.

– Да, эта девчонка быстрее нас сообразила, как включить аварийную посадку, – произнес один из ее напарников.

Полицейская посмотрела на Полину недоверчиво, но ничего не сказала.

– В Центр уже доложили? – спросила она.

– Еще нет.

– Я сама доложу.

Полине стало смешно. Эта мадам, наделавшая в штаны при первом серьезном испытании, все равно хотела показать себя командиром. Женщина не поняла причину ее смеха.

– У тебя истерика от страха, это скоро пройдет, – заметила она.

– Такой истерики, как у вас, я еще не видела. А-а-а! – Полина закричала, а потом откинулась на спинку, закрыла глаза и высунула язык, изображая женщину.

– Что ты… что ты себе позволяешь? – Полицейскую проняла Полинина шутка. – Это был способ психологической разгрузки в нештатной ситуации.

Тут уже не выдержали ее коллеги и рассмеялись.

– Цыц! – прикрикнула на них командирша.

Она связалась с Центром и получила приказ ждать на месте до прибытия помощи и комиссии.

– Сейчас приедут специалисты и найдут причины этого чрезвычайного происшествия, – уверенно произнесла женщина.

Нелегко было поколебать ее уверенность в том, что все произошло неспроста.

– Я вас предупреждала, что такое возможно. Авария не была случайностью, ее подстроили. Как и аварию на яхте. Вы, наверное, знаете, о чем я?

– Меня зовут капитан Мориц, и я веду это дело, – наконец-то представилась женщина-полицейская. – Интерпол. – Она отогнула лацкан, чтобы Полина рассмотрела значок на нем.

– Очень приятно!

– Это лейтенант Сулима и лейтенант Ягло.

– Очень приятно, – повторила Полина. – Меня зовут Полина Громова, я из России. Была тайно вывезена и доставлена на остров Ликидос неделю назад. Там же обнаружила похищенного ранее профессора Блохина, преподавателя нейробиологии и выдающегося ученого из университета, в котором я учусь.

– Мы располагаем стопроцентными сведениями, что это не так, – вступил в разговор лейтенант Ягло. – Нам интересно, с какой целью ты пытаешься выдать себя за другого человека.

– Послушайте, господа полицейские, я могу показать вам место, где я живу, мои родители меня признают, соседи, однокурсники, преподаватели… все скажут, что я Полина Громова, а не какая-то Иоаниди. Мой профиль изменили преступники, потому что они хотят избавиться от меня. И у них, поверьте, есть возможности использовать Сеть в своих интересах.

– Звучит чересчур фантастически, – подытожил ее речь Сулима. – В Сеть нельзя войти анонимно, и это гарантия того, что люди не могут произвести в ней ничего противоправного, чтобы это осталось незамеченным.

– Могут! Еще как могут! – Полина повысила голос, не выдержав этого бараньего упорства.

Ей вдруг пришла в голову идея продемонстрировать свои способности по анонимному пользованию Сетью, но аналитическая программа дала сигнал не делать этого. Полина плюхнулась назад в кресло и демонстративно выставила на обозрение связанные руки.

– Если бы не я, то вы бы догорали сейчас в обломках.

– Мы признательны тебе, но наше расследование не может быть пристрастным из-за этого, – ответила Мориц.

– Вы считаете меня подозреваемой? – Полина подняла руки, связанные стяжкой, хотя это было и так ясно.

– Да.

– В чем же?

– В убийстве.

Полина вздрогнула. Все-таки она не рассчитала силу и убила камнем Ионаса, или его напарника, или обоих сразу. До сего момента она не хотела думать о том, что могла убить, надеялась, что все обошлось. Теперь ей стало не по себе. Она – убийца. Пусть она и сделала это из самообороны, но теперь этот ярлык прилипнет к ней навсегда. Не видать ей карьеры врача, если только не тюремного. Что еще хуже, для собственной совести это спровоцирует занятие самопоеданием до самой смерти.

– Я… я не думала, что так получится. Мы… я была в опасности. Меня бы они точно не пожалели. Я не хотела. Я не думала, что смогу убить камнем.

Мориц странно на нее посмотрела.

– Камнем? – переспросила она.

– Да, я бросила в них камень, в одного, потом в другого. Я видела, что попала им в голову, и подумала, что их крепкие кости выдержат.

Капитан ничего не ответила. Она переглянулась с коллегами. Они пожали плечами.

– Хорошо, свою версию ты нам расскажешь на допросе, под протокол. – Мориц встала, поправила форму и стала выглядеть как образцовый полицейский, как будто совсем недавно не падала в обморок от страха.

Самый тяжелый день в жизни Полины, наконец, склонился к закату. Жаркое южное солнце в желтом ореоле марева исчезало за горизонтом. Воздух сразу посвежел и стал пахнуть зеленью. В воздухе появились три конвертоплана. Один из них был белым, медицинским, другой – аппарат техников – оранжевым, и полицейский – серым.

– Лыко да мочало, начинай сначала, – проговорила Полина. – Вы хотите снова испытать судьбу. Вас может не хватить на еще один такой эпизод, – обратилась девушка к капитанше.