Чтение онлайн

– Скажи, что любишь также, – шепнул он.

– Я люблю жестко и долго.

– И сколько мне будет это стоить?

– Просто отстань от меня.

– Забыть твой адрес?

– Да.

– А если я захочу повторить?

– Только силой, – ответила Яна.

Она поймала его руки и помогла нащупать застежку сбоку. Через мгновение она оказалась полностью обнаженной в его руках.

– А если повторить захочешь ты?

Север остановился на мгновение. Его пальцы вонзились в ее талию, она не вырывалась и не двигалась, и можно было обмануться, что тело, застывшее в крепких руках, уже приручено, уже его…

– Поэтому долго? – наконец, ответила Яна. – Любишь долго разговаривать?

Север подхватил девушку, и она как-то по-детски ахнула, будто меньше всего ожидала, что ее понесут. И этот ее вздох, короткий, сдавленный, прорезал его насквозь. Отрезвил.

Он не стал зажигать свет в гостиной и на ощупь шагнул к дивану. Опустил ее и сел рядом. И сразу же ощутил ее пальцы, она ухватилась за ремень брюк.

– Да, Яна, – кивнул он устало, – отсоси мне, именно.

Она решила, что он серьезно. И ему пришлось сжимать ее плечи. Черт, слишком сильно, он вновь разозлился и не рассчитал силу. Следом он потянул и посадил ее на колени. Лицом к себе, пытаясь поймать ее взгляд. Отсвет уличный фонарей прочертил неуверенную тропу по полу и расходился мягким светом. Если не набрести на доверие в полутемной комнате, то уже нигде…

– Остановись.

– Не встает?

– Напротив, – он повторил ее наглую улыбочку, – уже ненавижу эти тесные джинсы.

Север заметил, что ее челка сбилась наверх. И осторожным прикосновением пригладил ее волосы.

– Чего ты так боишься? – шепнул он. – Чего?

Все-таки она безумно красива. Безупречна. Или это все тот же голод нашептывает? Ее большие глубокие глаза дурманили, им шло даже сомнение или злоба. И она умела смотреть одновременно с вызовом и затравленно. Будто пугалась и тут же напоминала себе, что сильная.

– Здесь только я, – он вложил свои ладони в ее. – Нет никаких угроз, брата…

– У тебя оружие.

Да. Он вспомнил о стволе, заправленном за ремень.

– Умеешь стрелять?

Ей не понравился вопрос.

– В теории.

– Всё теория до первого погибшего, – сказал он, не подумав.

Потом вытащил оружие, нащупав рукоять правой рукой.

– Я чаще и чаще достаю его, чтобы напугать или успокоить, – признался он. – И рано или поздно выстрелю.

Прозвучало приговором. И Север сам скривился от собственных слов. Он достал обойму и швырнул ее в другой конец комнаты, и, судя по звуку, угадил куда-то в полку.

– Там еще один, – напомнила Яна.

Север извлек досланный патрон и отдал его ей.

– Что еще?

– Нож?

– Нет, я ничего больше не ношу с собой , – Север качнул головой и похлопал по пустым карманам рубашки. – Руки, к сожалению, не отстегиваются.

Она не смягчила заостренный взгляд и не улыбнулась на шутку.

– Ты все-таки притихла.

– Я жду.

– Чего?

– Когда ты наболтаешься.

– Я же вижу, элитка. Ты даже дышишь по-другому, спокойно, размеренно.

И он дотронулся до ее щеки тыльной стороной ладони.

– Все замки заперты, а ты без одежды в моей квартире. И я намного сильнее тебя.

– И?

– Спокойно и размеренно.

Север перенес ладонь ей на грудь.

– Вдох-выдох, – проследил он, – вдох-выдох. А я вот скоро задохнусь.

Впрочем, ее дыхание от настойчивого касания тоже надломилось. И он продолжил массировать ее кожу, забираясь пальцами дальше и настойчивее.

– Я хочу поцеловать тебя, – произнес Север и приблизился, поймав ее за плечи.

Кажется, она сама запуталась, должна она поддаваться или отбиваться. И Север не стал ждать, притянул к своим губам и поцеловал. Нежно и неспешно, скользнув языком меж ее губ. Черт, тогда в клубе было просто сладко, а теперь… теперь… И она отвечала, он уловил, как дернулись ее бедра, как она неосознанно подалась вперед и чуть вверх.

– Я же не противен тебе, я знаю, – шепнул он, отстранившись всего на сантиметр.

– Не противен.

Ее обжигающее дыхание коснулось щеки, и Север смял девушку в руках, вбирая ее жар в себя. Вновь поцеловал, глубже, настырнее. Он опустил правую руку и коснулся ее груди, сжал затвердевший сосок и почувствовал, как она выдохнула стоном ему в рот. И задвигалась. Так, словно он уже был в ней. Они извели друг друга затянувшейся прелюдией. И теперь разогретое животным желанием тело посылало сминающие импульсы и заставляло выгибаться, убыстряться.

Ее руки вернулись к ремню, но их скрутила судорога, когда он коснулся ее между ног. Нежное касание, он провел пальцами, лаская.

– Выше, – подсказала Яна.

И он надавил выше. Вскоре она перестала сдерживаться и застонала, скрутившись в пульсирующий узел. Север обнял ее за плечи и увлек на диван. Навис над ней, продолжая надавливать и гладить там, где она попросила. И он жадно смотрел на нее, как она морщилась и закусывала губу, и беспокойно искала опору руками. Сжимала то спинку дивана, то его плечи или шею. До боли, оставляя красные отметины. Она уже была так далеко из-за наслаждения, подрагивая. Потерялась и запуталась в наваждении. И у него кружилась голова от того, что он делал с ней. От того, как отзывчиво и благодарно его ласке ее тело.

– Войди в меня, – выдохнула она.

Ее ладони нашли мужские руки и, вцепившись в них, она приблизилась к нему, прижалась и жадными поцелуями покрыла его кожу. Он ощущал ее горячий язык и ее испарину, что выступила от его стараний.

– Хочешь?

– Да, я хочу. Хочу тебя.

Север прождал в машине минут пятнадцать. И, когда Яна, наконец, забралась в салон, не сдержал усталый вздох.

– Я и так быстро, – бросила она в ответ.

И это было правдой. Нечетный позвонил в восемь утра и приказал срочно явиться. Завтрак отменился сам собой, как и будильник, заведенный на пару часов позже. Север уже научился спать лишнее и впрок, когда представлялась возможность, и десять, и двенадцать часов, потому что завтра могла образоваться суточная и больше смена. Его расписание постоянно тасовали и вырывали часы отдыха без спроса. Но он все же решил сперва отвезти Яну домой, к счастью, жила она рядом с клубом и по дороге.

– Высади меня у пешика. Не надо в квартал, – она попыталась сэкономить ему пару минут.

– Успею.

Она запахнула черный плащ, который норовил распахнуться и оголить ее ноги. И Север заметил, что она натянула его синюю футболку.

– Она несвежая.

– Первая попавшаяся, – сказала она с кивком. – И пахнет тобой, да.

Он вывернул на дорогу, что уже гудела от спешащих на работу, и встроился в общий поток, который то и дело замирал. К тому же они поймали красную волну.

– Ты молчишь, – произнес Север.

– Как и ты.

– Боюсь, сказать не то.

– Или вернее моей реакции?