Чтение онлайн

Маниакальный блеск в глазах принцессы, поразил меня. Ирсана явно наслаждалась происходящим. Я перевела взгляд на принца Глендауэра, который восхищенно шептал ей на ушко какие-то нежности. И мне стало откровенно жалко позера. Мы-то сейчас отмучаемся, а ему с этой ненормальной всю жизнь куковать. А, зная изворотливый ум принцессы, было понятно, что сбежать от нее Глену вряд ли уже удастся.

— Брайан Веймор, — все так же бесстрастно и торжественно произнес церемониймейстер, — каково твое последнее желание?

Любимый гордо выпрямился и, отыскав взглядом бывшего канцлера лавийской империи, громко сказал:

— Я хотел бы проститься с отцом!

Когда на помост ввели господина Морвера в магических наручниках, толпа на площади, включавшая в себя, как простых горожан, так и знатных вельмож империи, ахнула и начала роптать:

— Сын? У канцлера есть сын? Не может быть!

Не имея возможности обнять друг друга, так как оба были в наручниках, Брайан с отцом, встав рядом, прислонились друг с другом лбами и о чем-то тихо шептались, словно опасаясь, что их прервут. Так и случилось, у императора быстро кончилось терпение, он почему-то был жутко недоволен, что родство Брайана и канцлера стало достоянием общественности, и хотел уже приказать увести с подиума канцлера, но тут что-то лязгнуло о помост, грянул взрыв, нас заволокло дымом, сквозь который я услышала крик Брайана:

— Айлин, быстро в портал!

Глава 151

Лихорадочно озираясь, я пыталась понять в каком направлении мне бежать и, наконец, слева от возведенной для меня гильотины разглядела огненное кольцо пространственной двери. Собрав все имеющиеся силы, я рванула к нему. Что-то обжигающее пролетело мимо меня и ударилоа прямо об огненную кайму портала, отчего тот захлопнулся, взорвав пространство рядом с собой. Меня откинуло взрывной волной на помост, больно ударив о доски. Я вскинула голову, ища глазами Брайана.

Он тоже распластался на подиуме, его голова лежала на коленях у отца, руки, уже свободные от наручников, были раскинуты в разные стороны. Они не пытались сопротивляться, так как их окружили десятка полтора гвардейцев с огненными шарами в руках. Лицо Брайана было забрызгано кровью, а в груди зияла огромная рваная рана. Любимый был очень бледен, зубы крепко сжаты от мучительной боли. Мы встретились взглядами, и Брайан беззвучно прошептал:

— Прости, любимая!

— Браво! — захлопав в ладоши, прокричала Ирсана, наслаждаясь нашим поражением. — Как волнительно!

— Надеюсь, моя дорогая, Вы не разочарованы в том сюрпризе, что устроил для нас разжалованный капитан? — намеренно избегая любого упоминания о родстве Брайана с канцлером Лавии, поинтересовался император.

— Все было прекрасно! Юноша использовал свой единственный шанс для спасения любимой! Как это романтично! — хлопая в ладоши, неистовствовала маньячка.

Повелитель закатил глаза.

— Пора заканчивать этот фарс! — пробормотал он себе под нос, затем, махнув палачу рукой, громко приказал: — Приступай!

Огромный верзила с красным колпаком на голове, закрывающим лицо, подхватил Брайана за плечо и поволок к гильотине. Парень не мог сопротивляться, как только палач разместил Брайана на скамейке смертельно опасного механизма, его голова безвольно опустилась вниз, ровно над корзиной. Огромный нож был возведен и в любой момент был готов отсечь голову несчастному. Бывший канцлер бросился к сыну, но его тут же скрутили гвардейцы, грубо повалив на пол и больно вывернув руки за спиной. При этом никто не закрывал ему обзор, давая в полной мере «насладиться» казнью сына.

— Остановитесь! — мучительно хрипя, кричал господин Морвер. — Казните меня! Я хочу занять его место!

На его крики никто не обращал внимания, два главных зрителя получали невероятное удовольствие от общей композицииразыгрывавшегося представления. В ужасе я тоже метнулась любимому. Не знаю, на что я надеялась, в бессильной ярости пытаясь хотя бы дотронуться до него. Но не дав пробежать и пары метров, все те же гвардейцы сбили меня с ног, затем, дернув за волосы, вновь заставили встать на колени.

— Руби! — холодно приказал император.

Неожиданно на помосте появился черный с рыжими подпалинами пушистый комочек шерсти и отчаянно вцепился в ногу палача. От неожиданности верзила тоненько взвизгнул, неловко оступился, подвернув ногу, и свалился. Щенок, радуясь своей победе, кружил вокруг палача и, громко лая, методично кусал его за руки и за ноги.

— Верный, осторожно! — пыталась я предупредить пса.

Подскочив к щенку со спины, Алекс со всей силы пнул по нему, и маленькое тельце друга, отчаянно скуля, полетело куда-то в толпу. Мой Верный до последнего пытался исполнить свой долг и защитить меня.

Изрядно помятый и покусанный палач по знаку повелителя потянулся к веревке, чтобы привести страшный механизм в движение, когда я в отчаянии закричала:

— Нет! А как же мое желание? Я требую исполнения древних традиций!

— И, действительно, папенька, — закапризничала тенерийская наследница, пытаясь разглядеть в толпе щенка. — Ну, куда Вы все спешите?

«Папеньку» знатно передернуло, вся многолюдная площадь услышала скрежет его зубов. Лишь неимоверным усилием воли императору Лавии удалось сдержаться и не положить на лавку второй, предназначенной для меня гильотины, свою свежеиспеченную «дочурку». Повелитель прикрыл глаза и нервно взмахнул рукой, давая знакцеремониймейстеру, чтобы тот продолжал страшный спектакль:

— Айлин Мекер, каково твое последнее желание?

Я задумалась и, трезво оценивая нашу безысходную ситуацию, попыталась понять, какое мое желание император согласился бы выполнить. Меня трясло от мелкой дрожи, руки сводило от страха. На спасение надеяться не приходилось, захотелось укрыться в уютных маминых объятиях, спрятать лицо в нежных руках родного человека и забыть о творящемся вокруг кошмаре, как о страшном сне. И мне вспомнились лишь одни руки, которые полтора года назад так заботливо утешали меня, отгоняя прочь мои страхи.

— Я бы хотела проститься с настоятельницей женской обители, где я воспитывалась, — пытаясь справиться с дрожью в голосе, произнесла я.

— Ну и что Вы, моя дорогая невестка, здесь находите любопытного? — повернувшись к принцессе Ирсане, с ленцой в голосе недовольно спросил император, явно предлагая перейти к финальной части спектакля.

— Я надеюсь на еще один неожиданный поворот нашей мистерии! — воодушевленно ответила тенерийка.

Император повелительно кивнул новому капитану лавийских гвардейцев, посчитав мое желание безобидным, и Алекс скрылся в портале. Пару минут на центральной площади столицы сохранялась звенящая тишина. Я не теряла времени, беззвучно прощаясь с Мадиной, Харольдом, Оливером, Джонатаном, удивительным волшебником Северной Академии — ректором Нови, его замечательным замом — профессором Домини и другими преподавателями, так отважно вступившимися за меня, несмотря на грозившее им теперь наказание.