Чтение онлайн

Я использовал тот же прием, когда женщина начинала питать ложную надежду. Например, она говорит: «Думаю, нам не просто будет встречаться. Ты позвонишь мне? По-твоему, у нас получится?» «Получится? Ты смеешься? О чем, по-твоему, я сейчас размышлял? Придумывал имена для наших детишек. У нас будет трое. Да, и собака. Тебе нравится кличка „Рекс“ или слишком избитая?» Ущипнув меня, она смеется. «Глупыш, у нас не будет ни детей, ни собаки. Через неделю мы, вероятно, расстанемся, никогда больше не увидимся и даже не поговорим». И вновь тема исчерпана.

Не знаю почему, но по какой-то причине косвенное указание на неправомерность их ложных ожиданий с помощью преувеличения снимает напряжение, женщины расслабляются, словно я сказал им: «Я чувствую точно так же, как ты. Я бы и сам хотел продолжать встречаться, но мы оба знаем, что этого не произойдет».

Им необходимо создавать видимость надежды, чтобы позволить себе определенную степень интимности, иначе они будут чувствовать себя шлюхами. С помощью преувеличения я давал им знать, что понимаю их, что мы настроены одинаково. Я не мог сказать напрямик: «Да, я бы тоже хотел встречаться, но мы оба знаем, что этого не будет». Почему? А потому что женщины всегда подозревают своих недавних знакомых во лжи. Они бы решили, что я лгу, и обиделись бы, что я пытаюсь высмеять их, говоря то, что им хочется услышать.

Преувеличение же срабатывало великолепно, ибо ставило их в тупик. Им не приходилось лихорадочно размышлять: «Постой-ка, я знаю, что он лжет. Однако звучит хорошо. Он врет, но в чем? Так врет он или нет?» Мои преувеличения бывали так нелепы, что и анализировать-то было нечего. Ясно, что вру. То была очевидная ложь, которая ставила все на свои места. Мои преувеличения, кроме того, вызывали в них некоторую тревогу: «О боже, неужели он и в самом деле думает, что мы будем встречаться? Надо дать ему понять, что это не так». Неожиданно они начинали чувствовать, что должны спустить меня на землю, а не я должен проделывать эту процедуру с ними. Звучит малость замысловато, да, ребята? Скажу иначе: я заставлял их перейти из обороны в нападение.

Помимо того, полагаю, им льстило, что я старался быть изобретательным в своих преувеличениях. А главное, оставался верен себе, сохраняя самоуважение за то, что не обманул ни одну женщину. А это очень важно – оставаться самим собой.

Конечно же, я больше никогда, ни единожды, ни при каких обстоятельствах не провожал женщину из моей машины к ее. Всегда только подвозил…

Правила секс-охоты по-быстрому

Многие мужчины жалуются, что самое трудное – растопить лед, поэтому они нередко прибегают к стихам. Я не поклонник стихов. Звучит неискренне, некоторые уже затасканы и устарели, и если женщина клюет на них, я, как правило, теряю к ней уважение, а вслед за тем и интерес.

Вместо того лучше поискать некие точки соприкосновения, общий знаменатель, что ли, то, что у вас есть общего. Общий знаменатель всегда есть, надо только поискать его.

Например, однажды я с приятелем ожидал, когда освободится стол для игры в пул. Мы сидели неподалеку от стола, за которым играли три женщины, одна из которых сразу же привлекла мое внимание. Я выжидал. В результате одного из ее ударов шар прошел по краю стола, чуть не выпав, но затем свалился прямо в лузу. Бинго. После того как она с подругами отсмеялась над таким ударом, я подошел к ней с поднятым бокалом пива.

– Я немало играл в пул, но это – самый оригинальный удар, какой я когда-либо видел.

Она в ответ приподняла свой бокал и рассмеялась. Вскоре одна из женщин ушла, и я предложил двум оставшимся сыграть на пару. Та, которая мне понравилась, взяла мой номер телефона и позвонила на следующий же день.

Ищите общий знаменатель, он найдется, и беседа потечет гораздо естественнее. Между прочим, это одинаково хорошо срабатывает и для женщин, пытающихся познакомиться с мужчинами…

Какой-нибудь общий знаменатель можно использовать неоднократно, когда ничего иного не приходит в голову. Мой излюбленный и весьма эффективный прием – завязывать знакомство в пятницу вечером. Я всегда прибегаю к нему, когда не могу придумать чего-то новенького, чтобы вступить в беседу. Подхожу к женщине и говорю:

– Празднуете окончание хорошей недели или пытаетесь забыть не самую удачную?

Беспроигрышный вариант, включая тот первый раз, когда я пустил его в ход. (Только, чур, это мой приемчик, придумывайте себе сами!)

Каждый клуб имеет свою категорию. Клубы высшей категории пестрят громкими именами – скажем, тех, кто часто мелькает на ТВ, в комедийных сериалах. Они, как правило, дают представления пять-семь раз в неделю. Клубы более низкой категории не могут похвастаться знаменитостями и обычно работают три-пять раз в неделю, хотя актеры, задействованные в их шоу, не менее талантливы, чем нашумевшие, – просто не встретили нужных людей. В шоу-бизнесе повстречать нужного человека – большое дело. Клубы как первой, так и второй категории чаще всего расположены в крупных городах.

Бывают и разовые – ангажемент на один вечер, они могут находиться где угодно, чаще в небольших провинциальных городках. Клубы, где есть выпивка, называют «адской работой». В большинстве случаев актеры не знают, что приглашены в клуб такого рода, пока не окажутся там. Однажды я выступал в кегельбане – хуже некуда. Другие актеры и я полагали, что представление будет проходить в отдельном помещении, скажем, в баре, но не тут-то было: администратор просто разогнал посетителей в середине зала, и это стало сценой. Мы давали представление, стоя наполовину на кеглевой дорожке, в то время как вокруг нас, на других дорожках, продолжали играть. Вот так.

Мое первое представление в клубе первой категории состоялось, когда мне было девятнадцать, в южном пригороде Чикаго. Я открывал вечер в клубе «Риддлз». Когда я был на сцене, восходящая звезда актер Джимми Пардо и владелец клуба Кен околачивались закулисами. Я появлялся с Джимми только в заключительной части шоу, когда мы оба выходили на сцену с финальными репликами – между нами происходило что-то вроде соревнования на участие в «Ежевечернем шоу».

Кен взял со стола небольшую афишку с анонсом актеров на последующие несколько месяцев и, указав на нее, сказал Джимми:

– Мне нужен конферансье вот на эту неделю. Есть предложения?

Джимми ткнул в меня и спросил:

– Как насчет Яна?

Вовремя оказаться в нужном месте – великое дело для шоубизнеса. Если бы Джимми не сидел с Кеном в тот момент, когда я был на сцене, и Кен не заговорил на эту тему, ему бы, вероятно, никогда и в голову не пришло подумать о моей кандидатуре. Старик Джимми.

Когда я спустился со сцены, Кен подошел ко мне с афишей.

– Эй, малыш, мне нужен кто-то, кто будет открывать представление на этой неделе. Ты свободен?

Я узнал портрет того, кто должен был стать гвоздем программы. Он выступал в этом шоу неоднократно, а также во множестве других телевизионных шоу. Его звали Дру Кэри.

В то время я учился в Иллинойсе, в полутора часах езды от клуба. У меня не было тачки, а неделя выступлений предстояла в январе, когда в школе шла сессия. (В тот момент у меня еще были каникулы.) Я посмотрел на Кена и не колеблясь заявил:

– Да, меня устраивает.

И тут же меня охватила паника: какого черта я сказал это? Я не могу принять этот ангажемент никоим образом. Никакой общественный транспорт к клубу не подходил, а приятель, привезший меня туда тем вечером, возвращался в школу в Айове.