Чтение онлайн

Как та, кого можно было взять в беспомощном состоянии, пока ее тело пронизывала боль от недостатка «Какусея». Как та, которую он продолжал брать снова и снова, явно наслаждаясь этим насилием. Явно упиваясь своими возможностями.

Вскоре Эйлине это надоело.

* * *

– Почему бы тебе не поздороваться со своим учителем, Стрелок? Почему ты избегаешь этого? Или тебе просто стыдно за то, что ты не смог следовать тому, чему он тебя учил? Тебе стыдно за то, что ты переступил грань, правда... Брюс?

Зрачки Джека расширились.

Палец Брюса приготовился спустить курок. Последние слова Эйлины помогли ему принять верное решение.

– Брюс!
– крикнула, бросившись к нему, Ли. Странник удержал ее.

– Это его решение.

Эйлина закрыла глаза. Думая, что она сделала больно человеку, к которому ее постоянно тянуло, она ошиблась. Делая больно ему, она сделала еще больнее себе. И была бы благодарна Брюсу, если бы эта боль сейчас кончилась. Навсегда кончилась.

Не нужно было бы страдать из-за насилия Лайта над ней. Не нужно было бы страдать от осознания того, что человека, которого она по-настоящему любила, она потеряла.

«Ну же, Брюс. Закончи это.»

Рука Стрелка дрогнула. Полноценной готовности убивать у него не было.

Прозвучал выстрел.

Дуло пистолета, направленное в голову Эйлине, теперь смотрело немного вбок. Тело девушки, которой пуля из пистолета Стрелка выбила глаз, медленно упало на землю. К ней, оттолкнув Брюса, тут же ринулся Странник. Взглянул на нее мельком и, создав две своих копии, отправил их бегом по улице.

– Скорая! Вызовите кто-нибудь скорую!

Пистолет выпал из рук Брюса. На Эйлину - живую ли, мертвую ли?
– он не смотрел. На подкашивающихся ногах он, сам того не замечая, дошел до лежавшего на земле Джека и упал перед ним на колени.

В глазах мужчины не было жалости или сострадания. Его взгляд был холодным.

– Что с тобой случилось, парень...

Брюс не ответил.

– Я спрашиваю, что с тобой случилось?
– еще тверже произнес Джек.

– Я... подвел... вас...

Мужчина покачал головой.

– Нет, Брюс. Я всего лишь твой учитель. Всего лишь тот, кто научил тебя обращаться с оружием. Не я тебе судья. Не я решаю, кого тебе стоит убивать, а кого не стоит. Эта девушка... она, я думаю, этого заслуживала.

– Не знаю...
– прошептал Брюс.

Взгляд Джека немного смягчился. Сзади к Брюсу подошла Ли и обняла его за плечи.

– Я... словно бы выстрелил не я... словно это был кто-то другой... я не... я не понимаю...
– еле слышно забормотал Брюс.

– Позаботься о нем, - сказал Джек, смотря на Ли.
– Он придет в норму. Просто позаботься о нем.

Где-то неподалеку послышался вой сирены «Скорой помощи».

– Уходите. Я найду, что им сказать, - морщась от боли, произнес мужчина. Нижнюю часть тела он уже практически не чувствовал.

Кивнув Джеку и пожав ему руку, Странник потянул за собой Ли и Брюса. Стрелок не был похож сам на себя - он выглядел белее, чем плащ Райли.

– Все будет хорошо, - прошептала ему на ухо Ли.
– Я рядом. Все обязательно будет хорошо.

Зима в Японии полностью вступила в свои права - буквально неделю назад закончились новогодние праздники, приходилось вновь идти на работу... но были среди японцев и те, для которых работа была жизнью. Смыслом существования. Причиной, по которой они работали и в выходные дни, и в праздники.

К таковым, как успел заметить Лайт, тридцатилетний американец, сидевший сейчас в кабинете своего «делового партнера» - так он называл женщину, ответственную за все происходящее в лаборатории «Райз», где он, собственно, и находился, - относилась и та, кого он ожидал. Пару недель назад, в преддверие Нового года, он порадовал ее успешным завершением второй фазы их планов. Компания из тридцати человек, употребивших «Какусей» и выживших, была собрана и вместе с ним преодолела Тихий океан, дабы оказаться здесь, в Японии.

Женщину, которую он ждал, все ее подчиненные и партнеры знали под прозвищем «Председатель». Своего настоящего имени она не сообщала никому. Лайт порой даже задумывался, а знает ли ее семья ее имя? И вообще, есть ли у нее семья? Сорокалетняя женщина всегда была настолько строгой и холодной, что, казалось, ужиться рядом с ней мог бы лишь тот, кто согласился бы беспрекословно выполнять все ее приказы и подчиняться каждому ее слову. Он к числу таких людей не относился.

Лайт дотронулся до кончика своей шляпы. Этот головной убор он предпочитал не снимать даже в помещении - у него возникало ощущение, что снимая его, он отделяет часть своего тела и духа. Сравнение столь же глупое, сколь и вполне реальное. Все же он, как живущий в человеческом мире, не мог не подчиняться простому закону мироздания - человек - это дитя ритуалов и раб привычек.

Наконец, двери кабинета открылись, впуская внутрь Председателя. Даже не поздоровавшись с Лайтом - она в принципе не считала необходимым соблюдение формальностей - она заняла свое место за столом и обратила взгляд на мужчину.

– Вы задержались, - проговорил он, с интересом глядя на женщину. В особенности его привлекала ее кожа. Да уж, пожалуй, не будь она настолько преданна работе, он, быть может, и предпринял какие-то действия. Но не в настоящий момент.
– Надеюсь, третья фаза идет согласно плану?

Председатель включила стоявший на столе компьютер и, дожидаясь пока он запустится, вновь посмотрела на Лайта.

– Совершенно верно. Образцы, что вы нам предоставили, оказались весьма впечатляющими. Думаю, трех десятков должно хватить. Конечно, выборка не особо большая, но и времени на повторное распространение наркотика у нас нет.

– Образцы?
– зацепился слух мужчины за не особо корректную формулировку.
– Председатель, они же все-таки люди...

Женщина бросила на него холодный взгляд.

– Большую часть своей жизни я провела в лаборатории. Это, знаете ли, учит по-другому относиться ко всем живым существам, в том числе и людям. Они - мои образцы. Экспериментальный подвид людей, если хотите. Я не могу считать их людьми.

Она заметила, как на мгновение сузились зрачки Лайта.

– Вы с чем-то не согласны, Лайт?

– Лишь с вашим определением, Председатель. Я прекрасно понимаю цели этой кампании, я знаю, ради чего вы меня наняли... но называть живых людей, в чью жизнь мы вмешались, образцами... не думаю, что это правильно.